Читать онлайн «Радикал рок-н-ролла: жизнь и таинственная смерть Дина Рида». Страница 69

Положение международного изгоя ничуть не заставило Пиночета сбавить обороты. Согласно докладам гражданского правительства, пришедшего на смену пиночетовской диктатуре в 1990 году, в целом режим генерала обвиняется в убийстве по политическим мотивам почти трех тысяч двухсот человек, включая примерно тысячу диссидентов, арестованных спецслужбами и исчезнувших навсегда [258]. Факты биографии Пиночета были настолько чудовищны, что послужили причиной того, что Испания выдала ордер на его арест, который и был осуществлен британскими властями в октябре 1998 года, когда Пиночет приехал в Англию для проведения операции на позвоночнике. Испания добивалась его выдачи по подозрению в убийствах сотен чилийских и испанских граждан. В обвинениях испанской стороны значилось большое число людей, похищенных в Чили в период с 1976 по 1983 годы, увезенных в Аргентину и пропавших без вести.[259]

Не было человека, более осведомленного о кровавом правлении диктатора, чем Рид. В течение многих лет он поддевал Пиночета издалека, однако теперь решил, что настало время подобраться поближе и бросить генералу вызов лично. В своих записях Рид поясняет, что воспользовался тем, что является гражданином США, поскольку это позволило ему отправиться в Чили, не заботясь о получении визы. Рид пишет, что чувствует себя обязанным поехать туда, поскольку считает, что сможет помочь.[260]

Однако кровожадные наклонности Пиночета страшили Рида. Он подготовился к поездке так, будто не был уверен, что вернется живым. Он составил завещание. А 4-го июля написал длинное письмо дочери Рамоне, которой в это время уже было 15 лет.

«Любимая Рамона,

Мама приезжает завтра на две недели, затем Ренате, Александр и я отправимся в Тунис на каникулы по приглашению Арафата, а затем, 15 августа, после десятилетнего перерыва, я возвращаюсь в Сантьяго-де-Чили. Я хотел написать тебе письмо до моего отъезда в Чили. Как ты, вероятно, знаешь, Чили находится под командованием жестокой фашисткой диктатуры с 1973 года, когда демократически избранный президент Сальвадор Альенде был убит и низвергнут фашистами. Правительство Соединенных Штатов ответственно за его убийство и за свержение демократического правительства Чили. Чилийский народ уже 10 лет живет под гнетом диктатуры генерала Пиночета. Он принес моральный и экономический крах своей стране и своему народу. В этом году народ Чили поднимается и пытается взять судьбу в свои руки. Отныне они отказываются жить, стоя на коленях. Они начинают выходить на улицы и устраивать забастовки на своих предприятиях. Пришло время, и я возвращаюсь в Чили, чтобы попытаться оказать чилийцам поддержку и придать им мужества в сражении. Неизвестно, что может произойти, когда я приеду в Чили, и как отреагирует генерал Пиночет на мое прибытие. Я знаю, что рискую своей жизнью и благополучием, но каждый человек как гражданин мира должен выполнить свою миссию. Каждый человек должен быть готов рисковать чем-то ради того, чтобы другие люди имели возможность жить свободно и мирно.

Я просто хотел сказал, что рад тому, что ты живешь в этом мире. Мне жаль, что я порой не мог сделать так, чтобы твоя жизнь была легче. Я никогда в жизни не был так счастлив, как сейчас. И поэтому в моей душе есть страх перед этой поездкой, ведь мне есть, что терять. Но у меня есть чувство ответственности не только за Александра и Ренате, но также за чилийский народ. Я только тогда могу быть для Ренате хорошим мужем и хорошим отцом, когда я также являюсь хорошим человеком, а слова сами по себе не делают ни одного человека хорошим».[261]

Рид и Робертс прибыли в Сантьяго 15 августа 1983 года. Друзья встретили их в аэропорту и кратко посвятили Рида в то, что происходило вокруг. Они рассказали актеру, что всего четыре дня назад прошли массовые демонстрации и генерал направил тысячи солдат на их подавление. Войска применили слезоточивый газ на студенческой демонстрации в университете, многих участников избили и арестовали. Двадцать семь человек погибли на улицах Сантьяго. Рид сказал, что хочет дать концерт и выступить в защиту демонстрантов. Именно на это надеялись и этого ожидали от него друзья. Все уже было подготовлено. Рид знал, что практически бросает вызов могуществу Пиночета, поэтому на следующий день он направился в посольство США и зарегистрировался. Они с Робертсом попросили и получили номер домашнего телефона генерального консула. Он также проинформировал посольство, что остановился в доме Марии Малуэнды, активиста Чилийской коммунистической партии.[262]

Затем Рид приступил к уже привычным делам. Он провел пресс-конференцию, на которой осудил политику правительства Пиночета и поддержку, оказываемую диктатору Соединенными Штатами. Он напомнил представителям прессы о своих тесных связях с руководством Альенде и о том, как стирал американский флаг у посольства США накануне избрания Альенде президентом страны. Этого было уже достаточно, учитывая тотальный контроль Пиночета над медиа, да и всей Республикой. Но Рид еще только разминался. 17 августа он направился в Ранкагуа, где его уже поджидали сотрудники полиции. Они официально предъявили ему приказ, запрещающий выступления с концертами на том основании, что Дин Рид находится в Чили как турист, а не как артист. Рид парировал тем, что даже турист может петь все, что ему захочется, и столько, сколько захочется слушать его друзьям, причем, совершенно бесплатно.

Представители шахтерского профсоюза, последовав за логикой Рида, заявили полицейским, что являются его друзьями и в качестве гостя пригласили его в свой самый большой и красивый дом, который по случаю оказался дворцом профсоюзов. Во дворце шло собрание профсоюза рабочих медного рудника. Прокоммунистически настроенный профсоюз выступал против Пиночета и его политики. На этом собрании Рид произнес короткую речь, в которой заявил, что верит в демократическое будущее Чили и что Пиночет — вне закона, потому что законно избранным президентом был Альенде. Затем Рид исполнил несколько песен под гитару в знак солидарности с профсоюзными деятелями.

Риск был велик как для членов профсоюза, так и для певца. Служба охранки и полицейские наблюдали за митингом и могли в любой момент арестовать собравшихся. Основные гражданские свободы были попраны Пиночетом и его спецслужбами, и арестованных могли продержать в застенках несколько дней или недель, не предъявляя никаких обвинений и не давая никому знать о том, где они содержатся. Участники профсоюзного движения нервно пошучивали между собою, однако все они были свидетелями или слышали о многих своих товарищах, которые утром перед уходом поцеловали своих жен или возлюбленных и больше домой не вернулись. Пиночет должен быть остановлен, но участь мучеников их совсем не прельщала. Рид также знал, что ходит по острию. Прошло чуть больше десяти лет с тех пор, как за похожие антиправительственные выступления в Аргентине он был подвергнут аресту и мучениям. Он не жаждал повторного приглашения. Но если бы он сидел сложа руки, то чувствовал бы себя ответственным за гибель и зверства, которые постигли его друзей. Поэтому он пел.