Читать онлайн «Другой взгляд на Сталина». Страница 136

Развивая идею о «вздохе облегчения советского народа», Мандель мечтал о хорошей кульминации своей книги. И вот вкратце последняя страница.

«Эволюция курса подтверждает анализ и предсказания, сделанные Львом Троцким полвека назад; более того, они оказались реалистичными и вероятными. „С развитием активности пролетариата сталинистский строй окажется подвешенным в воздухе. Это произойдет, несмотря на все противостоящее сопротивление, и применения мер гражданской войны не потребуется, пожалуй, только мер политического порядка. В любом случае предстоит никакое не восстание против диктатуры пролетариата, но ампутация злокачественных наростов, которые в ней находятся“.

И еще: „Революция, которую бюрократия приготовила сама собой, не будет социальной, как в октябре 1917 года, она не обязательно изменит экономические основы общества, заменит одну форму собственности на другую. Она будет иной“»{1000}.

Со стороны Манделя похвально приобщить к своему анализу гласности (который послужил, всего лишь год спустя, для его разоблачения как непримиримого антикоммуниста) старину Троцкого. В действительности гротескные контрреволюционные интриги Манделя привели к последним итогам антибольшевистских, уже софистических речей Троцкого. После 300-страничного анализа Мандель делает заключение, что «предсказание» Троцкого могло бы сейчас реализоваться благодаря гласности. Полвека назад Троцкий пытался спровоцировать антибольшевистское восстание. Поскольку диктатура пролетариата была устойчива, а большевистская партия энергично мобилизовала рабочие массы и крестьянство, Троцкий прибег к заманчивой демагогии «левизны»: когда будет свергнута «сталинистская» партия, диктатура пролетариата останется нетронутой, будет покончено только с «наростами бюрократии». Ампутация удалит паразита со здорового тела. В теле советского народа больше не будет реакционных классов и реваншистов, а также новых буржуазных сил: тело социализма восстанет против сталинистского паразита. И Троцкий уверял рабочих, что эта ампутация, конечно, не изменит экономического базиса социализма, о восстановлении частной собственности не может быть и речи. Безусловно. Пятьдесят лет спустя Мандель даст те же заверения, используя эту цитату для завершения своей книги: гласность и «демократизация» советского общества, доведенные до крайности, сохранят и усовершенствуют диктатуру пролетариата, но не изменят экономический базис общества. Двумя годами позже мы увидели контрреволюционные криминальные потрясения, которые были введены и оправданы этими медоточивыми словами.

В течение шестидесяти лет троцкисты утверждали, что хотят опрокинуть «бюрократию» в социалистических странах с помощью «политической революции». Ненависть Троцкого к социалистической системе прорывалась в таких определениях большевистского пути Советского Союза, как «каста хищных выскочек», «тоталитарная олигархия», «новая аристократия», «шайка сталинских бандитов»{1001}, «новая каста угнетателей и паразитов», «тоталитарная бюрократия», «клика автократов», «руководство асоциальных элементов и отбросов»{1002}. Этот же язык можно найти в фашистской литературе конца 30-х.

По Троцкому, мобилизация всех сил против «бюрократии» приведет к «политической революции», которая освободит подлинное социалистическое общество от узурпаторов и бюрократических паразитов. Эта теория составляет, согласно Манделю и его группировке, саму суть доктрины троцкизма: «теоретизация бюрократического вырождения СССР и политической революции – важнейшее программное преимущество троцкистского движения. Политическая революция и задачи, которые ставит ее подготовка, – вот подлинный смысл существования IV Интернационала»{1003}.

Истинное значение теории «политической революции» стало очевидным в ходе войн 30-х годов. Вся западная буржуазия высказала свою положительную оценку «проницательного анализа преданной революции», сделанного Троцким. В действительности Троцкий высказался как фанатик антикоммунизма, и его речам против партии большевиков и против Сталина аплодировали и аплодируют идеологи империализма.

Ограничимся лишь одним особо показательным примером. В 1982 году Анри Бернар, почетный профессор Королевской военной школы Бельгии, публикует книгу, чтобы обратить внимание общественного мнения на опасность советской агрессии. В ней говорится следующее: 1939 год похож на 1982-й, нацисты прошлого – это нынешние коммунисты, антифашист Эйнштейн нашел преемника в антикоммунисте Солженицыне{1004}. Для того чтобы выразить ужасающую угрозу для Запада в 1982 году, Анри Бернар счел полезным устроить для нас экскурс в историю Советского Союза, начиная с 1917 года.

Вот несколько цитат, собранных за время этого долгого путешествия: «В частной жизни Ленину, как и Троцкому, не было чуждо человеческое. Любовь в его жизни не была лишена утонченности. В обычных условиях Троцкий стал бы преемником Ленина. Несмотря на разницу взглядов, Ленин испытывал симпатию к Троцкому. Он воспринимал его как своего преемника. Он считал Сталина слишком грубым. В частной жизни Троцкий выступал против ошеломляющей бюрократии, которая парализует машину коммунизма. Наконец, Троцкий утверждал, что система не может свободно развиваться без большой свободы слова и духа конструктивной критики. Артистичный, высокообразованный, нонконформист и зачастую пророк, он не смог жить в догматическом примитивизме партии»{1005}.

Вот с каким вдохновением один из руководителей службы военной разведки говорит о «достоинствах» Троцкого.

В 1938 году, в момент, когда гитлеровская агрессия представляла собой постоянную угрозу Советскому Союзу, в момент, когда коммунистическая партия вела решительный бой со всеми пораженческими и капитулянтскими элементами, в момент, когда партия мобилизовала все силы для грядущей гигантской баталии, Троцкий ведет агитацию как провокатор, слова которого являются оружием в руках нацистских агентов. В 1938 году все советские коммунисты и патриоты самоотверженно жертвовали собой во имя реализации политической и военной подготовки в ожидании нацистской агрессии. Безумные призывы Троцкого к вооруженному восстанию могли найти отклик только у злейших врагов социализма. Вот несколько речей, которые Троцкий вел в 1938–1940 годах.

«Невозможно обеспечить защиту страны иначе, кроме как истребить автократическую клику саботажников и капитулянтов» (3 июля 1938 года){1006}.