Читать онлайн «Войны несчитанные вёрсты». Страница 92

Вызволяя из неволи узников фашистских концлагерей, а только в районе Озаричей воинами 65-й армии было освобождено более 30 000 человек, войска делились с ними всем, чем могли - пищей, одеждой и обувью.

По мере освобождения из-под оккупации районов действия партизанских сил, многие партизанские отряды вливались в регулярные войска, пополняя их состав. Очень часто, еще до образования райвоенкоматов, прямо в воинские части приходили местные жители с просьбой зачислить их в ряды Красной Армии, дать оружие для возмездия гитлеровским оккупантам за учиненные ими злодеяния.

Учитывая поистине бедственное состояние освобожденных районов, Военным советом по согласованию с ЦК КП (б) Белоруссии и белорусским правительством многие партизанские командиры, политработники и специалисты народного хозяйства были оставлены для организации восстановления разрушенной экономики, помощи местному населению.

Мы все знали, что в самое ближайшее время будет продолжено освобождение Белоруссии, в победном результате которого никто не сомневался. Однако, как ни велики были наши успехи, они не давали ни малейшего повода для самоуспокоения, тем более что, выполнив первую часть задачи, поставленной Ставкой Верховного Главнокомандования, и овладев Калинковичами и Мозырем, вторую часть - о наступлении главными силами на Бобруйск, Минск, а частью сил на Лунинец фронт выполнить так и не смог.

15 апреля, во исполнение приказа Ставки, фронт перешел к обороне и приступил к разработке предложений по организации наступательных действий. Оценив в ходе недавно завершенных боев силу и оперативные возможности партизанских соединений, мы прежде всего осуществили ряд практических мер по совершенствованию взаимодействия регулярных войск Красной Армии с партизанами, продолжавшими действовать в тылу врага.

При активном содействии первого секретаря ЦК КП (б) Белоруссии П. К. Пономаренко и секретаря ЦК П. З. Калинина Военный совет фронта обстоятельнейшим образом ознакомился с составом, расстановкой сил и боевыми возможностями партизанского движения, наносившего удары по противнику. Как мне стало известно впоследствии, к началу лета 1944 года в тылу врага действовало около 1100 партизанских отрядов, насчитывавших в своем составе более 180 000 человек. Почти 150 000 из них сражалось на территории Белоруссии и Литвы. Во всех областях Белоруссии функционировали областные и районные партийные и комсомольские комитеты. Координировал всю многогранную деятельность партизанских отрядов, партийного и комсомольского подполья Белорусский штаб партизанского движения, возглавляемый секретарем ЦК КП (б) Белоруссии товарищем П. З. Калининым, который к этому времени перенес место своего постоянного пребывания в штаб Белорусского фронта.

Помнится, новый, 1944 год руководящий состав фронта встречал за общим столом с прославленными руководителями партийного подполья и командирами партизанских соединений, прибывшими в освобожденный Гомель через линию фронта. Встреча эта мало походила на традиционное новогоднее застолье. Разговоры шли самые деловые, вопросы решались самые конкретные, относившиеся к согласованным совместным акциям.

В дальнейшем успешная координация действий войск фронта и партизан была достигнута в значительной мере благодаря тому, что П. З. .Калинин как-то очень легко, я бы сказал, органически, "вписался" в круг дел и повседневных забот дружного коллектива командования и штаба фронта. Укрепляя связи и взаимодействие с партизанами, только за время подготовки к Белорусской операции наша авиация совершила 369 самолето-вылетов в тыл врага, сбросила на парашютах и доставила на посадочные площадки около двухсот тонн боевых грузов, 37 работников руководящего звена, радистов и других специалистов. Обратными рейсами авиаторы вывезли 305 больных и тяжело раненных партизан, большое количество партизанских детей.

Мы понимали, что успех приближавшихся наступательных действий фронта, его участия в летней наступательной кампании (а другой она, естественно, теперь уже и быть не могла) будет в значительной мере зависеть от нашей осведомленности о расположении, организации и огневой насыщенности обороны противника. Вопросы деятельности разведки вновь выдвигались на передний план. Военный совет фронта вынужден был уделить повышенное внимание укреплению разведподразделений и всей службы разведки в целом.

Политорганы направили в подразделения разведки самых боевых и опытных в военном отношении коммунистов и комсомольцев, бывалых воинов, уже зарекомендовавших себя с положительной стороны.

Была заметно усилена воспитательная работа в органах и подразделениях разведки. Дивизионные и армейские газеты широко освещали подвиги разведчиков, политуправление фронта издало целую серию листовок, поднимавших престиж этой боевой профессии. Военный совет фронта и Военные советы армий позаботились о том, чтобы ни один подвиг разведчика не остался без внимания, чтобы все отличившиеся своевременно и по достоинству награждались за выполнение боевых заданий.

В то время приобрела широкое распространение практика посылки командованием благодарственных писем родителям лучших воинов, а также на предприятия и в колхозы, где герои трудились До войны.

Между тем войска Красной Армии своими боевыми действиями на советско-германском фронте закладывали прочный фундамент разгрома немецко-фашистских войск в предстоявших летних сражениях.

Еще в конце декабря 1943 года началось успешное наступление войск 1-го Украинского фронта, которое в дальнейшем продолжалось с участием всех четырех Украинских фронтов. В начале 1944 года в соответствии с планами Ставки начались три объединенные общим замыслом наступательные операции Корсунь-Шевченковская, проводимая войсками 1-го и 2-го Украинских фронтов, Ровенско-Луцкая, на правом фланге 1-го Украинского фронта, и Никопольско-Криворожская, проводимая силами 3-го и 4-го Украинских фронтов.

Теперь войска Красной Армии неудержимо шли вперед, опираясь на прочное, широкое, заблаговременно организованное взаимодействие. Последовательные, взаимосвязанные, чаще всего внезапные удары по различным районам обороны противника на всем советско-германском фронте вносили в действия верховного гитлеровского командования лихорадочность и сумятицу, все чаще приводили к принятию решений скорее отчаянных, чем продиктованных трезвым оперативным расчетом.

Все это, как и потеря еще недавно оккупированных территорий Советского Союза, вносило в умы и настроения рядового и офицерского состава гитлеровских войск, в умы и настроения наиболее трезвомыслящего генералитета разброд, потерю веры в позитивные перспективы войны, развязанной против Советского государства, мысли о последствиях неизбежного поражения.