Читать онлайн «Войны несчитанные вёрсты». Страница 78

Если учесть, что неудачные наступательные действия сопряжены, как правило, с большими потерями, что неизбежно оказывает угнетающее влияние на настроение личного состава, следует представить себе, какой силой убеждения надо обладать, чтобы в этих условиях поддержать и укрепить в сознании воинов веру в неизбежность близкого успеха. Особенно следовало считаться с тем, что часть бойцов принимала участие в боевых схватках впервые и этой неудачей была особенно подавлена.

В такой обстановке командирам всех степеней, всему партийно-политическому, агитационно-пропагандистскому аппарату войск фронта выпала задача использовать короткую ночную передышку для убеждения всего личного состава в нереальности попыток гитлеровцев задержать ход общего наступления Красной Армии.

В эти минуты широко были использованы сводки Совинформбюро, листовки о подвигах героев первого дня наступления, сообщения об успехах советских войск на других фронтах.

Особое место заняли письма партизан и жителей временно оккупированных территорий. В этих письмах, полученных по каналам партизанской связи и размноженных для войск, содержались горячие призывы к воинам Красной Армии приложить все усилия для освобождения оккупированных территорий, приводились многочисленные факты зверств немецко-фашистских оккупантов в захваченных ими городах и селах, угона молодежи на каторжные работы в Германию.

На другой день, к вечеру, войскам 65-й армии при поддержке соединений 2-й танковой армии удалось сломить сопротивление противника и овладеть городом Севск, однако на этом наше наступление снова застопорилось и развить определившийся здесь успех не удалось. Подкрепленные свежими силами, гитлеровцы предприняли ряд ожесточенных контратак.

Исходя из сложившейся обстановки, Военный совет фронта дал приказ командующему 60-й армией генералу И. Д. Черняховскому нанести вспомогательный удар, поставить противника перед фактом образования второго направления наступления, сковать его возможности маневра силами.

Следует отдать должное генералу И. Д. Черняховскому. Получив приказ, он приступил к его выполнению, действуя так, как умели действовать далеко не многие. Довольно рискованно, он все свои резервы и часть сил перебросил с правого фланга на левый и, собрав таким образом мощную ударную группировку, буквально проломил оборону противника, изменив тем самым всю оперативно-тактическую обстановку в нашу пользу.

Впоследствии стало известно, что командование немецко-фашистских войск не ожидало столь активных ваших действий на этом участке фронта, произвело перегруппировку сил, и оборона южнее Севска оказалась слабо обеспеченной.

Полностью разрушив в полосе удара систему вражеской обороны, не встречая далее сколько-нибудь серьезного сопротивления, войска, возглавляемые Иваном Даниловичем Черняховским, быстро продвинулись далеко вперед.

Командование фронта в целях развития успеха перебросило на это направление фронтовые резервы, подкрепило действия сухопутных войск активными действиями авиации.

Теперь отступление противника напоминало беспорядочное бегство. По сравнительно узкому коридору войска 60-й армии, во взаимодействии со спешно переброшенной сюда 13-й армией, 30 августа освободили город Глухов, а день спустя продвинулись уже на 60 километров и расширили прорыв до 100 километров.

Немецко-фашистское командование пыталось предпринять ряд энергичных оборонительных действий, однако войска фронта прочно удерживали оперативную инициативу. С вводом в сражение 48-й армии вперед двинулся весь фронт. Противник действовал все более неуверенно, его оборона утратила былую организованность. Чувствовалось, что действует он теперь в основном по инерции, не очень-то веря в возможность поправить положение.

Прорвав оборону гитлеровцев и наращивая темпы наступления, 65-я армия менее чем за неделю прошла с боями 125 километров, причем в рейде через Брянские леса ей существенную помощь оказали партизанские соединения. 5 сентября войска армии овладели населенными пунктами Середина-Буда и Хутор Михайловский.

Трудно передать словами духовный подъем воинов, которые теперь, преодолевая сковывавшую усталость, входили победителями в освобожденные села и города, видели, ощущали радостное ликование встречающих их советских людей, дождавшихся наконец своих освободителей.

Эти встречи, эти скромные бесчисленные букеты полевых цветов, слезы радости поднимали боевой дух бойцов, звали на новые подвиги.

Командиры и политработники выступали на стихийно возникавших митингах, заверяли советских людей в том. что никогда не допустят возвращения гитлеровских палачей на освобожденную советскую землю. Жители, в свою очередь, горячо благодарили воинов, желали им скорейшего возвращения домой с победой.

Вот теперь вступили в действие все положительные факторы успешной операции и, в первую очередь, боевой порыв, охвативший в те дни весь личный состав. К тому же на этот раз части и подразделения шли в бой под командованием офицеров - 24 июля Президиум Верховного Совета СССР издал Указ о введении в Красной Армии офицерских званий.

В передовой статье газеты "Правда" от 28 июля, озаглавленной "Советские офицеры", говорилось, что "отныне наименование "офицер" закрепляется за командирами Красной Армии государственным актом. Отныне законом устанавливается офицерский корпус Красной Армии".

Издание Указа определило содержание работы политорганов и партийных организаций с офицерским составом, содействовало укреплению авторитета командиров, воспитанию в этих достойных наследниках русской воинской славы и доблести высокого чувства собственного офицерского достоинства, смелости и самоотверженности в действиях по руководству подчиненными воинами в бою.

Я посчитал уместным упомянуть об этом Указе и работе, развернутой в связи с его опубликованием, именно здесь потому, что в том трудном наступлении офицерский корпус проявил себя выше всякой похвалы.

Можно было бы привести любое количество фактов боевой деятельности подразделений и частей, где решающим образом проявили себя офицерские опыт, знания и воля. Однако речь идет не о единичных примерах, сколь бы они ни были многочисленны, а о качественно возросшем уровне командирского мастерства во всех областях боевой деятельности. Причем это в равной мере касалось и командиров, и политработников, и офицерского состава органов тыла.

Теперь, после Москвы, Сталинграда и Курской дуги, мы имели, несмотря на немалые потери, сложившиеся кадры руководящего состава, обладавшие прочными знаниями и навыками ведения наступательных действий, способные в любых условиях организовать четкое взаимодействие, проявить в условиях изменчивой боевой обстановки хладнокровие, выдержку, зрелое тактическое мастерство.