Читать онлайн «Русская артиллерия в мировую войну (Том 1)». Страница 91

В мае 1917 г., согласно приказу Ставки, формировались 9 отдельных скорострельных восьмиорудийных траншейных батарей с 47-мм пушками Гочкиса, выделенными из отдельной морской артиллерийской бригады особого назначения, но затем через 2 мес., в июле, формирование этих батарей было отменено и вместо них сформированы были лишь 2 траншейные пехотные команды с теми же пушками.

Из сформированных в 1916 г. 18 отдельных траншейных батарей батареи за No 3, 7, 8, 10 и 13 по приказу Ставки, в июне 1917 г., были перевооружены 76-мм короткими пушками обр. 1913г. (на неразъемном горном лафете обр. 1909 г.) и названы "отдельными штурмовыми горными батареями". Эти короткие пушки несколько тяжелее 76-мм траншейных пушек обр. 1910 г. (вес системы в боевом положении пушки 1913 г. около 615 кг, а пушки 1910 г. 540 кг), но балистические качества их гораздо выше (предельная дальность их - шрапнели 5335 м и гранаты 7040 м, тогда как у пушки 1910 г. она для шрапнели и гранаты равна лишь 2560 м).

Последней сформированной уже в ноябре 1917 г. была 19-я отдельная штурмовая горная батарея (с короткими 76-мм пушками обр. 1913 г.).

В мировую войну бомбометы и минометы раньше всех появились у немцев. Бомбометы со снарядами преимущественно осколочного действия применялись для поражения защитников окопов при их атаке, минометы с минами преимущественно фугасного действия служили для разрушения блиндажей и проволочных заграждений.

Ввиду относительно несложной конструкции этих орудий изготовление их началось в 1915 г. кустарным способом в ближайших к фронту мастерских по образцам нескольких таких орудий, захваченных нашими войсками у немцев. Затем стали поступать случайные и бессистемные требования от войск в ГАУ, которые первое время не давали достаточно ясного представления о том, каким именно условиям должны удовлетворять бомбометы и минометы.

Первоначально войска требовали только бомбометы, причем приезжавшие в ГАУ представители фронта объясняли, что важнейшими качествами бомбометов являются их легкость, подвижность, удобоприменяемость к местности и простота в обращении, позволяющая обходиться с ними пехоте без помощи артиллеристов и таскать их за собою всюду в любое время. О дальности стрельбы и о действии снарядов представители фронта говорили лишь вскользь. С явным удовлетворением они представляли в ГАУ привезенный ими образец самодельного бомбомета, представлявшего собою железную трубу с навинтованным дном, укрепленную на деревянной колоде. Дальность таких бомбометов не превосходила сотни шагов, стреляли они "картечью" из подручного материала, причем стрельба бывала не безопасной для самих стреляющих и требовала осторожности.

Вопрос о бомбометах, по существу артиллерийский, начал разрабатываться на фронте без участия артиллеристов, и первая стадия разработки этого вопроса протекала в условиях порядочной бестолковщины.

В августе 1915 г. поступило в ГАУ первое определенное требование Ставки и сразу на 10 000 бомбометов; при этом не было никакого разделения на бомбометы и минометы. В конце 1915 г. Ставка потребовала - и на этот раз уже минометы в количестве 4550 шт., а военный министр Поливанов, по собственной инициативе, приказал увеличить их число до 9 500, причем его решение основывалось не на требованиях с фронта, а в силу "корреспондентских обследований" разных добровольцев из так называемых "общественных деятелей".

Потребность в бомбометах и минометах была этими "деятелями" раздута до крайности на основании будто бы воплей с фронта о крайнем их недостатке. Объяснялось это отчасти тем, что при бедности русской армии в артиллерии поневоле приходилось прибегать к этим упрощенным орудиям. Многие видели в них чуть ли не универсальное средство на все случаи боя, с другой стороны,относились к ним почти как к "игрушечным" орудиям. Между тем бомбометы и минометы хотя и являлись суррогатами настоящих орудий, но все же были артиллерией специального назначения, которая должна была соответственно применяться в бою, имея надлежащую организацию, обеспечивающую ее наиболее целесообразное боевое использование.

Только в 1916 г., после почти двух лет довольно бестолкового употребления траншейных орудий, дело стало налаживаться.

В марте 1916 г. состоялся приказ Ставки, воспрещающий производство в районе военных действий армии всевозможных опытов и работ по введению изменений в существующих образцах вооружения, как-то: бомбометов, минометов, снарядов к ним, ручных гранат и пр. Все предлагаемые усовершенствования и изобретения по артиллерийской части, заслуживающие внимания, предлагалось направлять в ГАУ (обыкновенно направлялись они не в ГАУ, а в Упарт, и отсюда по рассмотрении, иногда после испытания, передавались с заключением Упарта в Артком ГАУ).

В мае 1916 г. была определена Упартом норма снабжения бомбометами и минометами. По этой норме на пехотный полк полагалось иметь или по 8 бомбометов, из которых 4 составляли вооружение полка и возились в полковом обозе, а остальные 4 являлись принадлежностью фронта и выдавались в полки по мере надобности, или по 4 миномета, из которых 2 - при полку, а 2 составляли принадлежность фронта для выдачи полкам по мере надобности{258}. Почти в то же время докладом Упарта наштаверху предусматривалась необходимость перевозочных средств для полкового и дивизионного траншейного имущества (бомбометы и минометы с боевым комплектом, ручные гранаты, осветительные и сигнальные средства). "Ввиду изменчивости боевой обстановки и невозможности во всех случаях своевременно подать к боевым частям армии все нужное им и соответствии с боевыми задачами траншейное имущество при войсках надлежит иметь некоторый минимум этого имущества, заключающий в себе все виды его"... - говорилось в докладе начальника Упарта{259}.

В том же мае Упарт сообщил в ГАУ, что принятые в тылу Особым совещанием по обороне нормы на бомбометы и минометы следует признать явно преувеличенными, и что если эти нормы будут осуществлены, то "большая часть этих орудий не найдет себе применения на фронте", что для армии требуется всего 7 000 бомбометов, 4 500 легких и 2 400 тяжелых минометов.

Подтверждение того, что нормы Особого совещания - по нескольку десятков тысяч бомбометов и минометов - были действительно несообразно велики, служило то обстоятельство, что к июлю 1916 г. войска действующей армии отказались совсем принимать бомбометы, вследствие, чего их скопилось в тыловых складах до 3000 шт.

Легкие 58-мм минометы Дюмезиля не удовлетворяли войска, так как дальность их - до 500 шагов - очень ограничивала случаи их применения. Армия требовала увеличить дальность минометов втрое (до 1 км).

Вследствие этого решено было приостановить дальнейшее изготовление бомбометов, количество 58-мм минометов Дюмезиля ограничить до 3 500 шт., изготовить 1 000 легких 47-мм минометов Лихонина; впредь изготовлять минометы только более дальнобойные и в состав ТАОН включить батареи с тяжелыми минометами 89-мм Ижорского завода или 9,45-дм. (около 240-мм) английскими.