Читать онлайн «В водовороте века. Мемуары. Том 3». Страница 67

Я критиковал ошибки Хуньчуньского партизанского отряда, допущенные им в Дахуангоу, обратил внимание представителей партизанских отрядов всех уездов на вредность ультрадемократии, которая повлекла за собой гибель 13 бойцов.

Наши потомки, вероятно, не смогут толком понять или даже не смогут поверить тем или иным эпизодам, на которых я вкратце остановился в своих рассказах. Им будет трудно также представить себе о примитивности «детской болезни» этой ультрадемократии. Но все обстояло именно так, это факт.

Проникновение ультрадемократии в ряды армии в тот период, когда только что началась вооруженная борьба, не могло не стать определенным испытанием для нас, взявших на себя тяжелое бремя защиты опорной базы и создания единого фронта, несших ответственность за управление отрядами.

На совещании мы еще раз подчеркивали необходимость командовать и управлять отрядами по принципу личной ответственности, основанной на демократии.

После происшествия в Дахуангоу возникли в партизанских отрядах два противоречащих друг другу мнения: первое заключалось во внедрении единоначалия командира, второе — в дальнейшем усилении демократического принципа управления отрядами. Оба имели как положительный, так и отрицательный моменты.

Абсолютизация единоначалия могла бы породить самоуправство и субъективизм в командовании и управлении отрядами, а абсолютизация демократии привела бы к лишению оперативности и маневренности в этом деле. Поэтому я выдвинул принцип личной ответственности, основанной на демократии, и представил его на обсуждение.

Под личной ответственностью, основанной на демократии, подразумевается то, что командир с полной личной ответственностью командует и управляет своим отрядом на основе решений, принятых партийной организацией путем коллективного обсуждения. Система коллективного обсуждения, основанная на демократии, позволяла успешно разрешать с помощью коллективного разума масс сложные и трудные военные задачи, встающие на каждом этапе деятельности. Основанная же на этом принципе личная ответственность за порученное дело позволяла повысить ответственность и роль командира в соответствии с требованиями военных операций, предполагающих высокую оперативность и решительность, согласованность действий.

Мы подчеркивали и необходимость установить стройную систему приказов и железную дисциплину в антияпонских партизанских отрядах.

Приказ командира — это не отражение воли какой-нибудь одной личности, а проявление демократической и в то же время организованной воли вышестоящего органа. Военный приказ носит характер закона и начальник, отдавший приказ, за него отвечает перед законом. Бойцы нисколько не должны преувеличивать или преуменьшать суть приказа, или же торговаться с командиром при получении его приказов. Они обязаны исполнить их своевременно и непременно при любых, самых трудных условиях. Командиры же призваны правильно направлять и строго контролировать ход исполнения приказов.

Мы обсуждали на совещании также задачу создания в партизанских отрядах здоровой идейной атмосферы. Речь шла о вопросах усиления изучения коммунистических идей и борьбы с мелкобуржуазной идеологией, выраженной в примитивном равноправии и анархизме, которые исповедует ультрадемократия. При этом была обсуждена также и задача по установлению революционной атмосферы единства начальников и подчиненных.

Совещание в Шилипине способствовало пробуждению командиров партизанских отрядов. В горниле испытаний, в непрерывных боях, была полностью преодолена ультрадемократия, наблюдавшаяся в армии.

Если бы нам не удалось полностью преодолеть это зло уже в начальный период антияпонской войны, то мы не смогли бы за столь короткий срок после освобождения страны укрепить Народную Армию как непобедимую когорту борцов и выйти победителями в борьбе с международной империалистической коалицией во главе с американским империализмом.

Разумеется, в рядах нашей Народной Армии нет таких, кто бы настаивал на беспринципном равноправии и уравниловке, нет таких, кто бы пререкался, получая приказ вышестоящего начальника. На приказ командира рядовые отвечают только одним словом «Слушаюсь!» Наша Народная Армия является коллективом преданных бойцов, которые с первых же дней после воинской присяги до последнего момента — получения повестки на демобилизацию, неизменно живут в духе единства командиров и подчиненных, единства армии и народа, в духе опоры на собственные силы и упорной борьбы с трудностями.

Достаточно будет взглянуть на боевой девиз наших воинов: «Партия решит — мы сделаем!», чтобы понять их взгляды на демократию. Чтобы представить себе суть единства командиров и подчиненных, проявляемого среди наших воинов, достаточно будет узнать лишь о героической смерти Героя КНДР Ким Гван Чхора[4]и Героя КНДР Хан Ен Чхора[5], которые спасли многих боевых друзей ценой собственной жизни.

Давно уже преодолена ультрадемократия в армии, но по сей день не теряет своего значения вопрос о борьбе против этого идеологического течения. Мы защищаем демократию, но выступаем против крайней демократии, настаиваем на равноправии, но считаем недопустимым чрезмерное равенство. Ибо как крайняя демократия, так и крайнее равенство служат лазейкой для проникновения в нашу среду ревизионизма.

На земном шаре немало таких людей, которые всячески пытаются заразить социализм нашего образца вредным болезнетворным микробом ревизионизма. Но наш народ и наша Народная Армия ни в коем случае не допускают проникновение ревизионизма в наш государственный организм. Мы не хотим, чтобы наша партия превратилась в клуб или базар вследствие крайней демократии. Призывают нас к стойкости пережитые горькие испытания периода антияпонской войны, навязанные нам ультрадемократией в армии, а также уроки стран Восточной

В том году осенью в партизанском районе вспыхнула «жаркая» эпидемия. Симптомы — лихорадка, высокая температура, появление на коже красных пятен. Заразная болезнь с поразительной быстротой охватила все ущелье Сяованцина. И меня надолго приковала она к постели в Шилипине. Позже выяснилось, что это был брюшной тиф.

Новое поколение наших дней не имеет даже представления об этой коварной болезни. Оно живет, что называется, в стерильных условиях на земле, где давно исчезли многие инфекционные заболевания.

Однако 60 лет тому назад, когда мы в горах вели вооруженную борьбу, население опорной партизанской базы ужасно страдало от инфекционных заболеваний. В не так уж большом ущелье в тесноте и скученности обитало много тысяч местных жителей. Поэтому гуляли там всякие известные и неизвестные заболевания. А тут еще карательные отряды противника чуть ли не ежедневно совершали налеты на населенные пункты, поднимали пальбу, учиняли резню, преследуя жителей, укрывшихся в горах. При всем желании люди не могли улучшить санитарные условия, которые были очень скверными, и не могли принять меры для предотвращения болезней. Когда где-либо вспыхивала инфекционная болезнь, санитары натягивали перед плетеной калиткой соломенные веревки, а то и просто на стене дома делали крупную надпись: «Вход воспрещен, инфекционная болезнь!» Вот так и была наша борьба.