Читать онлайн «7 женщин, изменивших мир». Страница 38

Конечно, на самом деле все было не так просто, потому что Коко Шанель полагалась не на везение, а на отважные нововведения и их агрессивный маркетинг. Она поражала работоспособностью и деловыми подходами к ведению дела, совершенно не свойственными для двадцатилетней девушки. С другой стороны, это опять-таки был ее единственный шанс изменить жизнь коренным образом. Просто она очень хотела вырваться из своего круга, забыть запах зловонной нищеты и наслаждаться независимостью и славой, сама мысль о которой вызывала у нее умиленное головокружение. Ради такого можно было работать двадцать четыре часа в сутки. И она ничуть не жалела себя. Впрочем, соблюдая золотое правило наглядного примера, а именно: она осознавала, что сама является единственной моделью и единственной рекламой собственного дела.

С наследником английской династии углепромышленников, заядлым игроком в поло и настоящим аристократом Артуром Кейпелом по прозвищу Бой Коко Шанель познакомилась как раз благодаря Бальсану. Говорили, что Артур обладал необыкновенным обаянием, тонким вкусом и был весьма хорош собой. Возникшая между ним и Габриэль любовная связь, казалось, была неминуема. Ведь расчетливая девушка действовала наотмашь, сражая своих мужчин наповал. Эта-то связь и привела к тому, что в Париже на улице Камбон появился первый собственный бутик Шанель. Со временем он вырос до знаменитого салона мод и на всю жизнь оставался для королевы моды своеобразной штаб-квартирой и напоминанием о мужчине, которого она, по всей видимости, любила. В первые же месяцы она работала едва ли не до изнеможения, создавая удивительные и простые вещи. Она никогда не ждала вдохновения. Жакеты, свитера игроков в поло, блузы с галстуками – все, что заимствовала Шанель у мужчин, после обработки неуемной Коко превращалось в нечто обворожительное и таинственное.

Продвижение идеи изменения моды неожиданно совпало с войной. Казалось бы, все начинания должны были прекратиться, ведь сложно думать о красоте, когда мир в очередной раз вдруг сталкивается со смертью и кровью. Но настойчивая модистка была иного мнения; она утверждала, что война сослужила ей незаменимую службу. Ее острое, восприимчивое к малейшим переменам чутье подсказало, что надо неотступно следовать за клиентурой. Привыкшие к шику и роскоши, богатеи всегда останутся податливыми к дорогостоящему авангардизму. В небольшом и престижном для обитания городке Довилль, куда съезжались обитатели соседних поместий и парижские богачи, Шанель открыла уже не просто аматорскую шляпную мастерскую, а настоящий магазин, ставший источником новой моды. Оригинальные фланелевые жакеты, необычные вязаные туники и юбки прямого покроя с открытыми лодыжками начали завоевывать мир именно с этой точки земного шара. А сами женщины были неожиданно обескуражены какой-то новой свободой, подаренной Шанель. В то время, когда толстосумы и их шикарные дамы состязались в стильности, сама Коко без устали работала над новыми способами совершенствования одежды.

Прошло совсем немного времени, и подобный бутик появился и в Биаррице, фешенебельном курорте, куда в сомнительное время политических перемен стекалась богатая знать, напуганная продвижением немецких войск. Хотя Коко Шанель оперировала ссудами своего богатого друга, она проявила изумляющую для необразованной женщины деловитость. Например, она организовала в Биаррице настоящий Дом моделей, ориентированный на девушек из высшего общества. При этом платья из ее коллекции легко расходились по три тысячи франков. Она уловила, что успехом будут пользоваться более открытые и более откровенные купальники без излишних украшений, заставив клиенток выстраиваться в очереди за своей продукцией. Коко Шанель сама внедряла свои «дурные манеры» в жизнь, например загорая полураздетой под открытыми лучами солнца и взглядами зевак. Она становилась скандально известной и тем самым легко приучала более состоятельных и менее волевых к своему стилю жизни. Незаметно Коко становилась богатой. Но полученные баснословные суммы она и не думала транжирить. В первую очередь Коко Шанель возвратила деньги Артуру Кейпелу, совершив символический акт приобретения независимости и отвержения мужского покровительства, основанного на сексуальной эксплуатации. Отныне дело принадлежало только ей, а изысканная форма проституции осталась позади. Но в таком событии был и иной подтекст – богатый аристократ к тому времени женился на девушке своего круга, чем больно ранил приобретающую известность Шанель. Ей еще раз указали на ее место, и она с еще большим рвением взялась за развитие открытого производства нового стиля.

Уже через несколько лет после начала самостоятельного движения в мире Высокой моды журнал «Харперс Базар» отмечал, что женщина, в гардеробе которой нет хотя бы одной вещи от Шанель, безнадежно отстала от моды. А концу войны, пока сражающиеся мужчины уничтожали друг друга на залитых кровью полях битв, на прилавках Коко впервые появились элегантные бежевые ансамбли из платьев и пальто, а также вечерние платья из черного тюля, украшенные черным янтарем. Все предложенное отличалось удобством и новизной: одежда не стесняла движений, включая между тем элементы, которые выглядели вызывающе.

С Артуром Кейпелом они вроде бы оставались друзьями, но в душе Коко Шанель словно что-то оборвалось. В очередной раз мужчины играли в ее судьбе злую и подлую шутку, заставляя ее ощетиниваться и приобретать все больше мужских черт характера. Внезапная же гибель Кейпела в автомобильной катастрофе через год после женитьбы выбила Коко из колеи на долгие месяцы; это событие показало, что ей не чужда эмоциональность и глубокая привязанность. Не исключено, что, окажись бедная сирота из монастырского приюта избранницей этого мужчины, она отказалась бы от самостоятельного продвижения к успеху и не достигла бы таких головокружительных высот в области Высокой моды, посвятив себя счастливой семейной жизни с любовью и материнством, которые кто-то должен был пробудить. Но время уходило, и традиционная женская роль ускользала, как берег для уплывающего вдаль корабля.

А вот на другом берегу, куда неотступно несло ее корабль, в царстве мужских принципов ждали упорные конкуренты, ненавязчиво стимулирующие дальнейшую трансформацию полоролевой функции. Чтобы утвердиться в самостоятельном неженском бизнесе, необходимо было соединить цикличность, или серийность, нововведений с динамичностью их внедрения в массовое сознание, естественно не теряя творческой жилки. Коко Шанель очень хорошо уловила возможности исторического момента и именно благодаря этому сумела вырвать пальму первенства у Поля Пуаре, который небезосновательно величал себя «тираном» моды. И если знаменитый создатель моды XX века покорил Париж на добрый десяток лет раньше Шанель, открыв еще в первые годы века свой Дом моделей и собственный журнал на Рю Аубер, то неутомимая Коко разрушила его монополию своей экстравагантностью и личным присутствием в продвижении тех или иных предметов одежды. Казалось, она одевала в первую очередь себя, а уж затем весь остальной мир. Сначала запоминалась она сама, а уж с нею – ее одежда, и в этом оказалось основное преимущество Коко.