Читать онлайн «Оружие особого рода». Страница 150

— Хорошо продирает! После такой штуковины ночью сонливость исчезает и приобретается рабочее настроение. В боевой обстановке — незаменимое средство.

Мы вспомнили далекие времена нашей совместной службы, друзей-кавалеристов, Староконстантинов времен 1927 года, когда там стоял наш кавполк, и времен 1944 года, когда его освободили войска 1-го Украинского фронта. И все-таки о далеком прошлом говорили мало. Нас обоих, и тем более командарма Войска Польского, интересовал вопрос: как быстро и скрытно сосредоточить выгружавшиеся в районе Вислы польские части на дрезденском направлении и подготовить их к завершающим наступательным боям? Генерал был буквально поглощен мыслями о том, как лучше выполнить приказ командующего 1-м Украинским фронтом, в оперативное подчинение которого поступала 2-я армия Войска Польского.

— Трудно утаить от противника появление польских частей. Армия — не иголка! — вздохнул Кароль Сверчевский и, показав на свои серебряные генеральские галуны, произнес: — Да и форма у нас приметная, броская. Пястовский орел на шапках-ушанках и конфедератки, наверное, за версту видны. Но вместе с тем это поднимает боевой дух Войска Польского и возвышает национальное достоинство поляков, которых так унижали гитлеровские оккупанты.

Как только зашла речь о гитлеровцах, Сверчевский-Вальтер встал и зашагал по комнате, нервно дергая плечом. Когда он был взволнован, давала себя знать полученная им в боях контузия. — Эти проклятые наци, холера им в бок, — гневно воскликнул генерал и крепко выругался, использовав возможности как польского, так и русского языка. — Мои сынки, польские жолнежи, люто ненавидят фашистских палачей и с нетерпением ждут того часа, когда можно будет расплатиться с нацистами за трагедию сентября тридцать девятого года, за руины Варшавы, за Майданек и Освенцим…

Командарм рассказал мне, как офицеры по политпросветработе готовили польских воинов к выступлению на фронт и к боевым испытаниям. Здесь стало традицией приводить к присяге на верность польской земле и польскому народу в годовщину битвы под Грюнвальдом, что символизировало многовековую дружбу и нерушимый боевой союз русского и польского народов.

Генерал рассказал мне, что перед отправкой на фронт он напомнил своим солдатам, что поляки будут сражаться плечом к плечу с легендарными героями Сталинградской и Курской битв, с героями Днепра и Вислы, что в едином строю с советскими братьями они победят смерть и фашизм на вечные времена!

У Кароля Сверчевского, проработавшего много лет на штабных должностях, бумага никогда не заслоняла человека. На первом плане у него всегда был воин. Я знал это по совместной работе в 7-м кавполку. Хорошая черта коммуниста-воспитателя, как я убедился, в нем еще более развилась. Волевого, решительного и требовательного командарма К. Сверчевского, обладавшего общительным характером, живым и острым умом, любили в Войске Польском и в Советской Армии. Польские жолнежи готовы были идти за своим командармом в огонь и в воду!

После беседы с Каролем Сверчевским я порекомендовал начальнику политуправления фронта генералу Ф. В. Яшечкину усилить в наших войсках, и особенно в 5-й гвардейской и 52-й армиях, которые должны были соседствовать с вновь прибывшей братской армией, пропаганду боевой дружбы советских воинов с польскими жолнежами.

Политуправление 1-го Украинского фронта выделило для 2-й армии Войска Польского 5 тысяч экземпляров издававшейся нами газеты на польском языке "Нове жиче", послало туда листовку с Обращением Военного совета фронта к польскому населению и другие документы. Кроме того, мы напечатали большим тиражом листовку на польском языке с призывом ЦК ВКП(б) к 27-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции: "Привет польскому народу, борющемуся против немецко-фашистских захватчиков! Патриоты Польши!

Всеми силами помогайте нашим освободителям — Красной Армии и Войску Польскому быстрее разгромить ненавистных немецких оккупантов! Да здравствуют доблестные солдаты и офицеры Войска Польского!"

У нас, надо заметить, имелся многолетний опыт интернационального воспитания и боевого содружества с личным составом 1-го армейского чехословацкого корпуса Людвика Свободы, прошедшего вместе с войсками 1-го Украинского фронта большой боевой путь от Киева до Дуклы. Мы теперь в полной мере использовали этот драгоценный опыт.

В частях 2-й армии Войска Польского наши кинопередвижки демонстрировали фильмы "Битва за Россию", "Небо Москвы", "Ленин в 1918 году", «Зоя», «Радуга» и другие. Перед поляками выступал с товарищескими концертами фронтовой ансамбль песни и пляски.

Нижне-Силезская наступательная операция, продолжавшаяся с 8 по 24 февраля 1945 года, завершилась выходом войск фронта на реку Нейсе.

Несмотря на то что эта операция была непродолжительной, она решала большую политическую задачу освобождения западных земель братской Польской республики, чьи границы ныне навсегда определены по рекам Одра, Ныса-Лужицка и Балтике.

Наступление локализовало попытку немецко-фашистского командования нанести контрудар на стыке 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов. Наши войска вышли на уровень правофлангового соседа и заняли выгодное исходное положение для завершающего наступления на берлинском направлении.

О важном значении Нижне-Силезской операции свидетельствовал и тот факт, что Верховный Главнокомандующий И. В. Сталин неоднократно звонил И. С. Коневу и расспрашивал, как идут дела. Подобные переговоры проходили даже во время Крымской конференции, когда И. В. Сталин был необычайно занят государственными делами и решал очень важные дипломатические вопросы. Еще в ноябре 1944 года, когда только вчерне разрабатывался план наступления с сандомирского плацдарма, Верховный Главнокомандующий обращал внимание Военного совета фронта на Силезский промышленный район, подчеркивая взаимосвязь стратегии и экономики. Находясь на Крымской конференции, Сталин позвонил из Ялты И. С. Коневу и, выслушав его доклад об успешном развитии Нижне-Силезской операции, предостерег, что гитлеровцы собираются нанести нам сильный контрудар на юге, на ратиборском направлении.

— Немцы не примирились с потерей Силезии и могут ее у вас отобрать, сказал Сталин Коневу и поинтересовался, какие армии и под чьим командованием стоят на левом, фланге фронта.

По его предложению И. С. Конев, Военный совет и штаб начали подготовку и представили на утверждение Ставки план Верхне-Силезской наступательной операции, в ходе которой надлежало разгромить оппельнско-ратиборскую группировку гитлеровцев.