Читать онлайн «Полководцы и военачальники Великой отечественной». Страница 98

Утром 4 июля десанты двинулись вперед под плотным прикрытием истребителей и артиллерии. Трибуц, члены Военного совета через узкий пролив наблюдали за ходом высадки на ближайший из островов. Поступили донесения об успехе. Вдруг перед наблюдательным пунктом упали снаряды.

Все прижались к основанию валуна. К счастью, скоро обстрел прекратился.

Трибуц приказал усилить удары авиации. Врага бомбили пикирующие бомбардировщики, штурмовики. 200 стрельб провела балтийская артиллерия. Видимо, она и заставила замолчать батарею, под обстрел которой попала группа командующего флотом. В течение двух дней были заняты острова, потоплено и повреждено несколько боевых кораблей и транспортов.

К 10 июля все острова Выборгского залива были очищены от противника. Начальник штаба представил отчет об операции.

– Бои кораблей и батарей в связи с географическими условиями велись на коротких дистанциях. Широко использовалась маскировка, выгоды тактического характера, связанные с применением самоходной морской артиллерии. Авиаторы сумели на таком активном и тесном театре безошибочно находить врага.

Что касается минной обстановки и задач траления, – продолжал начальник штаба, – то в этом году придется затралить и уничтожить мин не меньше, чем за три предыдущие кампании, взятые вместе.

Предвидевший необходимость «прогрызать» гогландскую минную позицию, командующий поправил:

– Вдвое больше! Вдвое! Так и ориентируйте командиров соединений, иначе с моря в Таллин и в Рижский залив не попадем.

В нашей литературе немного рассказывается об операции Балтфлота летом 1944 года по уничтожению южного фланга гогландской минной позиции, которую противник оборудовал в течение всей войны.

А именно ее уничтожение было главным в боевой деятельности флота до начала операции по освобождению Прибалтики.

Когда балтийцы протраливали фарватеры, противник стремился снова закупорить их минами. 17 августа флотилия немецких миноносцев вошла в Нарвский залив, чтобы сорвать очистку его от мин. Ошибка привела к тому, что немецкие корабли попали на свое же минное поле. Погибло три миноносца, четвертый получил повреждения. Советские моряки подобрали 107 матросов и офицеров противника. Попал в плен и командир флотилии.

За навигацию только в Нарвском заливе было уничтожено свыше тысячи мин. Операция по прорыву вражеской минной позиции позволила обеспечить безопасность наших коммуникаций и боевую деятельность кораблей в Балтийском море.

Терпя поражение за поражением, противник яростно защищался. В 1944 году заметно возросла активность его подводных лодок, участились случаи проникновения их в восточную часть Финского залива. Командующий приказал усилить разведку и противолодочную оборону. Было выявлено, что в заливе одновременно находились две-три немецкие и одна-две финские лодки. Их присутствие, однако, вначале мало чем подтверждалось. Но вдруг погибло по неизвестным причинам судно «Коллектор».

Трибуца взволновала и гибель судна, и незнание причин потери. Не было известно, что явилось причиной гибели: то ли мина, то ли торпеда. «Бури не было, значит, меньше вероятность встречи с сорванной с якоря миной… Все-таки подводная лодка», – крепло мнение Трибуна. Он приказал командующему Кронштадтским морским оборонительным районом усилить бдительность дозорной службы, особенно наблюдение за подводными лодками, и провести контрольное траление, чтобы убедиться, что в том районе мин нет.

Мнение Трибуца подтвердилось уже через несколько дней и результатами траления, и новым тревожным донесением. Получил сильное повреждение дозорный катер МО-304. Как выяснилось, на катере около двух часов ночи 18 июля гидроакустик уловил шум винтов подводной лодки. Поиск не дал результатов. Катер вернулся на линию дозора, и вдруг грянул взрыв.

Небольшой корабль был атакован двумя торпедами. Одна нашла цель, а другая взорвалась у берега. Катеру оторвало носовую часть до рубки, но он остался на плаву и задним ходом пришел в базу. Вскоре получил повреждения и другой морской охотник. Такого, чтобы подводная лодка атаковала столь малую цель, как катер, в практике боевых действий на море еще не бывало. Удивляло и то, что ни в одном из случаев наши моряки не видели следы торпеды – пузырьков воздуха на поверхности воды. Тут было над чем подумать: пенный след мог не заметить один наблюдатель, двое. Но чтобы его не заметили десятки людей на разных кораблях, такого быть не могло. Постепенно сложилось мнение, что противник нападает на катера не для обозначения своей боевой активности, а спешит опробовать какой-то новый вид торпедного оружия, но не находит более крупных целей.

– Подловить бы нам одну подводную лодку, потопить ее, а потом поднять, – говорил начальник штаба флота Петров. – Вот тогда и стало бы нам ясно, какие у фашистов торпеды…

Эта мысль не раз приходила и командующему. Оставшись после ухода Петрова один, он надолго задумался. Все, казалось бы, сделано. План усиления противолодочной обороны должен был способствовать успеху в борьбе с вражескими подводными лодками. Торпедные катера ставили минные заграждения в финских шхерах. В дозоры посылают по два малых охотника. Им приказано не стопорить моторы, не ложиться в дрейф. Усилены действия авиации, она ищет лодки в море, бомбит места базирования. В готовности все противолодочные средства на плавающих кораблях.

Но чувство удовлетворения не приходило. Слишком много «белых пятен» было еще в утвержденном командующим плане. И словно нарочно новая беда: 30 июля был потоплен дозорный катер МО-105. Узнав о его гибели, Трибуц помрачнел, вызвал штабных специалистов, потребовал от командования Кронштадтского морского оборонительного района еще более активных действий, улучшения поиска лодок.

И не зря говорится – кто ищет, тот найдет. Работа командующего, штаба, всех моряков дала результаты. Корабли дивизиона катерных тральщиков заметили перископ подводной лодки. Причем эти катера не имели глубинных бомб для уничтожения лодок. Катер вызвал МО-103. Тот подошел уже через несколько минут. Сигнальщик катера обратил внимание на едва различимую «дорожку» пузырьков, которую могли создать на глубине винты сумбарины. Гидроакустик доложил о подводной лодке. Малый охотник точно положил глубинные бомбы. На поверхности воды появились матрацы, подушки, другие предметы, а вскоре и люди – шестеро в спасательных жилетах. В числе пленных оказался и командир корабля капитан-лейтенант Вернер Шмидт. Выяснилось, что была потоплена подводная лодка V-250 – новейшая в немецком флоте.

Сведения о лодке и пленных были переданы из Койвисто, куда пришли катера, в штаб флота. Командующий был в Ленинграде, и радостную весть ему лишь в полночь сообщил прямо на пристани встречавший его заместитель начальника штаба флота, имевший приказ докладывать о немецких лодках в любое время суток.