Читать онлайн «Фюрер как полководец». Страница 97

К марту 1944 г. в распоряжении Вермахта было достаточно запасов нервно-паралитических газов табуна и зарина, причем ими уже было оснащено большое количество боеприпасов.

Хорошая возможность применить новое оружие представилась в июне, когда союзники начали операцию «Оверлорд». Высадка десанта осуществлялась на довольно ограниченном участке французского побережья протяженностью несколько десятков километров. Хотя американцам и англичанам сразу удалось закрепиться на плацдарме, это была лишь узкая полоска между морем и немецкими укреплениями. В этих условиях массированное применение химического оружия могло привести к огромным потерям и панике среди атакующих.

Однако фюрер в это время слепо верил в другое «чудо-оружие» – крылатые ракеты V-1, поэтому историческое решение снова не было принято. Хотя для химического удара по Англии и войскам союзников с технической точки зрения все было готово. Об этом говорит тот факт, что со временем американские войска захватили несколько огромных подземных хранилищ химического оружия, где хранились десятки тысяч снарядов, а также 130 тысяч авиационных 250 кг и 500 кг бомб, начиненных нервно-паралитическими газами.

Что интересно, сами союзники, ничего не ведавшие о нервно-паралитических газах, боялись, что Гитлер применит против них… радиологическое оружие.

Американская разведка знала о том, что в Третьем рейхе идут работы по созданию ядерного оружия. При этом было известно, что в создании непосредственно бомбы немцы скорее всего отстали, однако выявить и создать сами радиоактивные материалы они вполне были в состоянии. Еще 25 мая 1943 г. Роберт Оппенгеймер писал своему коллеге физику Энрике Ферми, что некоторые радиоактивные материалы, к примеру стронций, вполне можно использовать для заражения местности. В июле 1943 г. американские ученые уже получили представление о том, что в процессе расщепления урана выделяется радиоактивное излучение, опасное для жизни человека. В связи с этим по указанию начальника штаба армии генерала Маршалла для войск была заказана большая партия портативных счетчиков Гейгера-Мюллера.

К началу 1944 г. американские ученые уже имели довольно четкое представление о поражающих факторах атомного оружия и радиоактивном излучении. Тогда и появился термин «радиологическое оружие». Имелось в виду, что радиоактивные вещества можно было использовать для поражения людей ионизирующим излучением, заражения окружающей среды, военной техники и других объектов. Вещества же эти могли быть получены из продуктов отхода первых действующих атомных реакторов или выделены специальным путем. Генерал Лесли Гровс, руководитель американского атомного проекта, уже понимавший, что из себя будет представлять атомная бомба, весной 1944 г. был уверен в том, что существует реальная угроза применения Вермахтом радиологического оружия с помощью артиллерийских снарядов и авиационных бомб.

Надо заметить, что в тот момент он еще не знал о крылатых ракетах, в противном случае страхи генерала еще больше бы усилились.

22 марта Гровс направил в военное министерство секретное письмо, в котором говорилось:

«1. Радиоактивные вещества обладают весьма эффективным поражающим действием. Немцы, которым известно об их существовании, могли наладить их производство с целью использования в качестве оружия. Возможно, это оружие будет внезапно применено против союзных войск при их вторжении на побережье Западной Европы.

2. По мнению большинства специалистов, вероятность их применения невелика, но, если они все же будут применены и какая-либо воинская часть подвергнется их внушающему страх воздействию, может возникнуть сложная обстановка…»

Накануне операции «Оверлорд» об опасности применения немцами радиологического оружия был информирован генерал Эйзенхауэр. В результате в план высадки были внесены некоторые изменения, а подразделения химической службы получили счетчики Гейгера. Медицинские службы также получили примерные ориентировки о возможности радиоактивного облучения. Все эти мероприятия проводились в строжайшей секретности, в т. ч. и с целью не допустить паники в войсках.

Можно себе представить, каково было бы изумление союзников, если бы вместо мифического радиологического оружия они бы познакомились на побережье Нормандии с табуном и зарином?! Однако Гитлер и здесь проявил нерешительность, вследствие чего удобный момент был упущен.

Надо заметить, что о возможности применения отравляющих веществ порой задумывались и противники Германии. За несколько месяцев до начала обстрела Лондона ракетами «Фау-1» в Лондоне всерьез обсуждался вопрос о химической бомбардировке уже обнаруженных на французском побережье стартовых площадок. Рассматривались и варианты использования оружия массового поражения в других местах. Однако после всестороннего изучения этот план был отклонен. Англичане пришли к выводу, что преимущество в данном случае однозначно будет на стороне Германии. И были правы. Во-первых, химические боеприпасы, стоявшие на вооружении английских войск, были устаревшими и не представляли серьезной угрозы, учитывая хорошее обеспечение Вермахта противогазами. Во-вторых, подобная атака развязала бы руки фюреру, который потом мог ответить британцам теми же «Фау-1», только уже начиненными нервно-паралитическими газами.

Тем не менее в июле 1944 г. британское правительство, находившееся под впечатлением массированных ударов крылатых ракет, вновь вернулось к вопросу о бомбардировке их стартовых позиций химическими бомбами. Однако по понятным причинам это радикальное и бессмысленное предложение снова было отвергнуто. Главнокомандующий союзными войсками в Европе генерал Дуайт Эйзенхауэр в записке, адресованной своему британскому заместителю, недвусмысленно выразился: «Как я уже говорил ранее, я против ответного удара как метода прекращения германской атаки. Прошу Вас и впредь придерживаться этой стратегии».

Осенью 1944 г. фюрер еще раз задумался о возможности использования химического оружия. Естественно, при возникновении этих вопросов задумывались и о том, как именно применить чудо-оружие. Отравляющими веществами можно было оснастить ракеты, реактивные мины, можно было разбрызгивать их с самолетов. Периодически проводились эксперименты по оснащению новой военной техники средствами доставки отравляющих веществ. Два самолета Не-219V15 и V32 были оснащены аэрозольными распылителями новейшей конструкции.

Гитлер понимал, что в случае начала химической войны союзники не преминут нанести ответный удар. Впрочем, качество и токсические свойства, по сути, устаревших боеприпасов, стоявших на вооружении антигитлеровской коалиции, оставляли желать лучшего. В войска поступили прорезиненные общевойсковые защитные комплекты, гарантировавшие защиту всего тела. По своей конструкции эти средства защиты были самыми совершенными в мире. Получив их, германские войска могли не бояться люизита и иприта, в то время как от их оружия не могло защитить ничто! Это был реальный шанс вернуть германской армии былую непобедимость.