Читать онлайн «Выбираю таран». Страница 107

Сын Александра Голтвенко пошел по стопам отца, но летал уже на реактивных самолетах.

«Вместе с эрой винтовой авиации ушел в прошлое и «русский феномен» — воздушный таран», — писал один из зарубежных историков авиации конца 1940-х годов, когда все чаще стали прочерчивать небо белые шлейфы за еле видимой в выси точкой реактивной машины. Но в крылатом племени русских парней должны были найтись герои, что отменят этот приговор тарану, как когда-то отменил такой же приговор нестеровскому удару на винтовом самолете Александр Казаков. И они нашлись — в 1951, 1973, 1981 годах.

«Русские начали демонстрировать свои реактивные самолеты в 1947 году, — пишет в книге «Советская воздушная мощь» американский военный историк Ричард Стокуэлл. — Военные представители видели их в День авиации в Москве, а также в Восточной Германии, Польше и других местах. Темпы прогресса русских в области авиации в конце сороковых годов были просто поразительными, но никто на Западе не обращал на это внимания… Быстрота, с которой русские запустили МиГ-15 в серийное производство, была поистине невероятной. Но ни на кого эти самолеты не произвели должного впечатления».

«Лишь во время войны в Корее, где несколько истребителей МиГ-15 были использованы против новейших реактивных истребителей «Норт Америкен» «сейбр» и прошли там боевое крещение, американцы убедились, — вспоминает в книге «Советские самолеты» А. С. Яковлев, — в превосходстве советской авиационной мысли».

Названный по первым буквам фамилий создателей — А. И. Микояна и М. И. Гуревича — «миг» со стреловидным крылом (35°) впервые оправдал сокровенный смысл своего имени — он действительно мигом, за 2,3 минуты, взмывал до 5 тысяч метров и за 5,9 минуты — забирался за 10 тысяч. Мчался в небе с невероятной для винтовых машин скоростью — 1050 километров в час и был готов поражать противника мощными залпами пушки калибра 37 миллиметров и двух пушек калибра 23 миллиметра. Для безопасности покидания кабины на такой бешеной скорости и с застратосферных высот МиГ-15 был оснащен катапультным креслом.

«Боевое крещение» МиГ-15, а также Як-15 и Як-23 произошло в небе Кореи.

«После того как сражения Второй мировой войны закончились на всех фронтах, мир быстро разделился на два враждующих лагеря при ведущей роли СССР и США и полной несовместимости соответствующих политических идеологий, — пишут английские историки Томас Полак и Кристофер Шоурз. — Европейским странам, освобожденным советскими войсками, было отказано в помощи по плану восстановления Европы, известному как «план Маршалла», и в 1949 году по советской инициативе был создан Совет Экономической Взаимопомощи (СЭВ). На следующий год для взаимной защиты стран Западной Европы была создана организация Североатлантического пакта — НАТО… Вскоре между двумя лагерями произошел прямой военный конфликт…»

В Северной Корее высадилась почти миллионная американская армия, бомбежками ее ВВС был превращен в руины Пхеньян, жертвами воздушных полетов стали сотни тысяч мирных граждан. Но где находятся США, а где — Корея? Их разделяет Тихий океан. А вот для СССР Корея — приграничная соседка.

В ноябре 1950 года на маньчжурско-северокитайскую границу были переброшены соединения советских ВВС. Здесь с ноября 1950 по конец июля 1953 года советские летчики одержали 1100 побед над американскими, сражаясь в основном на реактивном истребителе МиГ-15.

СУББОТИН СЕРАФИМ ПАВЛОВИЧ (1921–1996)

Капитан, летчик 176-го гвардейского авиаполка 324-й истребительной авиадивизии.

18 июня 1951 года (по данным Т. Полакай К. Шоурза — 21 июня), возглавляя восьмерку МиГ-15 бис, на высоте 9 тысяч метров в районе Сейсена встретил группу до 16 американских «сейбров». Несмотря на численное превосходство противника, бой решено было принять. По пикирующему «мигу» Субботина открыл огонь один из «сейбров». И со столь близкой дистанции — до 50 метров, что эту близость и использовал капитан Субботин: выпустил тормозные щитки, резко затормозив стремительный «миг», и нанес удар своей машиной по крылу «сейбра», которое тут же отвалилось, и американский самолет закувыркался к земле.

Субботин благополучно катапультировался.

Награды: Золотая Звезда Героя Советского Союза, орден Ленина, орден Красного Знамени, два ордена Красной Звезды.

Писать о войне в Корее долгое время было нельзя, и биографические данные о С. П. Субботине неполны.

Родился 15 января 1921 года в селе Красногорье Ярославской области. В армию призван в 1938 году, через два года закончил Тамбовскую кавалерийскую школу. Но устаревший род войск не увлек Субботина, и он подал заявление о переходе в ВВС. Война застала его на учебе в Ульяновском высшем авиационном училище.

В Корею попал весной 1951 года капитаном 176-го гвардейского истребительного авиаполка. Уже за первые недели сбил четыре американских самолета! 18 июня одержал пятую и шестую победы, сразив два F-86, один из которых пилотировал известный в американских ВВС Уильям Кроун. Но и сам советский ас был подбит. 18 июня, по данным исследователя А. Докучаева, или 21-го — по данным английских историков, уничтожил «сейбр» тараном.

Позднее получил звание майора, был назначен штурманом полка.

В феврале 1952-го вернулся в Советский Союз, имея на личном счету 15 побед.

В 1956 году окончил Военно-воздушную академию, служил в войсках ПВО.

В 1973 году вышел в отставку в звании полковника.

Жил на Украине, в городе Черкассы.

В тягучие тревожные времена холодной психологической войны советские ВВС выполняли железный приказ — держать границу на замке. Насколько крепок этот замок, не раз проверял вероятный противник, всякий раз объясняя случаи нарушения нашего воздушного пространства случайностью или потерей ориентировки в облаках. Но при потере ориентировки самолеты должны были ответить на принятые в международной практике сигналы и по предложению самолетов-перехватчиков произвести посадку на советском аэродроме, иначе следовала команда с земли: «Цель уничтожить!» О воздушном таране на реактивном МиГ-15 Серафима Субботина на Западе, как видно из энциклопедии Т. Полака и К. Шоурза, знали, а в СССР о воздушной войне в Корее с американскими ВВС военные, по понятным причинам, не распространялись, и тем более не писала о ней наша печать.

Поэтому таранный удар капитана Елисеева, остановивший самолет — нарушитель южных границ СССР, после 15 лет умолчания был назван первым в мире тараном на реактивном самолете. Если же быть точным — он был первым в мире на сверхзвуковом реактивном самолете МиГ-21 (скорость — 2175 километров в час).