Читать онлайн «Чётки». Страница 114

Так вот, в отличие от своих собеседников, автоматически причисляющих себя к определённой конфессии, я бы, скорее ответил так:

Вы мне льстите и незаслуженно приписываете то, к чему я всей душой хотел бы устремиться, но у меня пока не получается. Поскольку, я также как и Вы, иногда делаю различия и – в редкие минуты гнева – могу противопоставлять одних людей другим. Потому что, просыпаясь утром, сам себе уже в тысячный раз повторяю как заклинание, что с этого момента брошу пить, но по окончании рабочего дня, скорее бегу домой и чуть ли не с порога, первым делом ставлю водку в морозилку, с тем, чтобы, когда переоденусь и вымою руки, она хоть немного бы остыла. Потому что я не совершаю многих обязательных ритуалов, предписанных для мусульман, поскольку молиться механически, без искренности я считаю ещё бОльшим прегрешением пред Ним, нежели не молиться вовсе.

Но, тем не менее, мне бы очень хотелось быть мусульманином. Настоящим мусульманином. Потому, что в моем понятии – быть настоящим мусульманином – это означает: не делать никаких различий между людьми, проявлять любовь и сострадание ко всему живому и неживому, стараться во всем быть искренним и правдивым, и пытаться каждый день понемногу избавляться от лицемерия, ханжества и лжи. Проявлять терпение и лояльность к оппоненту, уважать возраст человека и проявлять снисходительность по отношению к нему даже тогда, когда он (по твоему мнению) глубоко неправ. Пытаться уважать другую точку зрения, другую культуру, иные идеалы, мировоззрение и духовные ценности. Одинаково чтить всех пророков и Учителей мудрости, что были ниспосланы в назидание человечеству, поскольку источник, откуда они к нам пришли, Один и Един.

Правильно: в конечном итоге получается, что – быть настоящим мусульманином – это означает – быть настоящим иудеем, или христианином, или буддистом, ибо все эти конфессии являются надстройкой, институтами, созданными для удобства людей. И если один человек, в своей сокровенной молитве обращается к Будде, другой – к Христу, третий – к Яхве, четвёртый к Аллаху и так далее, то разве не к одному и тому же Сущему мы протягиваем свои руки?

Когда тебя мучает жажда, и ты хочешь пить, разве обращаешь особо внимание на сосуд, в котором тебе подаётся вода? Алюминиевая кружка, пиала, бокал или обычная чашка – какая разница – какую форму он имеет? Тебе ведь нужно содержимое, а не внешняя форма…

Я много раз думал над истоками возникновения национализма, шовинизма, фашизма, расизма и тому подобных «измов». Почему моё поколение, воспитанное в самом что ни на есть тоталитарном обществе, не было так поражено той «чумой», которая после так называемой перестройки стала расти бурными темпами, с каждым годом чуть ли не в геометрической прогрессии, покрывая метастазами бывшую территорию некогда огромного государства, под названием СССР?

Нет, нет: я далеко не сторонник оправдания тогдашнего режима и существовавшей в то время идеологии. Не знаю, кто сказал, но со сказанным согласен: «Тот, кто пытается повернуть историю вспять и восстановить бывший Союз – не имеет головы, но тот, кто охаивает и чернит своё прошлое – не имеет сердца».

Я то, прекрасно помню своих одноклассников, а затем и однокурсников: это теперь, задним числом, вдруг открываю для себя, что почти все мы были разных национальностей! А ведь, тогда мы даже и думать не смели, что этот – татарин, тот – узбек, этот – русский, а тот – еврей. Да, многие у нас имели клички, порою довольно обидные, но они никак не были связаны с национальностью конкретного человека. И, если кого-то, бывало, недолюбливали, то это – как правило – связывалось с какими-нибудь негативными качествами, чертами характера, которые осуждаются в любом обществе: жадность, скупость, лицемерие, эгоизм и так далее. Но, чтобы ненавидеть человека только за то, что он родился евреем, русским или таджиком – такого я не припомню. То есть я знал, что такие люди существуют на свете, но ничего, кроме жалости они во мне не вызывали, потому как, такое явление в сознании большинства нормальных людей считалось патологией, а больных следует жалеть.

Понимаю: меня, конечно же, вполне резонно могут упрекнуть в лукавстве, и в качестве примера привести случаи национализма и негативного отношения к русским имевшим место в ряде республик Прибалтики, в западной части Украины, да и в некоторых регионах России (та же Чечня, крымские татары и так далее…). Более того, в многочисленных своих поездках по бывшей стране, я и сам становился непосредственным свидетелем таких случаев: скажем, в той же самой Прибалтике («оккупанты» и прочее…) Но, в таком случае, давайте, и мы с вами постараемся честно ответить самим себе: «Как такое могло возникнуть, и почему они „ни с того, ни с сего“ затаили такую злобу на нас?» Но – как известно – «дыма без огня не бывает». И по некотором истечении времени, «вдруг» выясняются историками и политологами и предаются огласке такие факты, как: «сталинское переселение народов», пакт «Молотова и Риббентропа» и много других, не делающих чести тогдашнему руководству страны.

Нисколько, ни в малейшей степени, не оправдывая случаи национализма, имевшие место в этих республиках, я только хочу указать, что те ошибки, что были допущены имперской политикой бывшего руководства, вылились в настоящую трагедию и бумерангом возвратились в нашу сегодняшнюю жизнь.

На Востоке существует такая поговорка: разбитую чашку уже не склеишь. Что ж, возможно это и так. Но, на то и даётся история, чтобы человек, проследив за её ходом, сумел извлечь для себя и последующих поколений хоть какой-то урок.

Не сделаю открытия, если скажу: там, где доминирует политическая и идеологическая составляющая, базирующаяся на исключительной роли конкретной нации, и её влиянии на мировые процессы, там с определённой долей вероятности, можно сказать, подготовлена унавоженная и благодатная почва для всякого рода «измов», одним из которых является «патриотизм». Точнее по этому поводу выразился Самюэль Джонсон: «Патриотизм – это последнее прибежище негодяя». Поскольку, когда иссякают последние аргументы и крыть более нечем, тогда лезут за пазуху и вытаскивают огромный булыжник под названием «патриотизм».

«Как же так? – в благородном гневе вспыхнет воображаемый оппонент – А как же быть со здоровым чувством патриотизма, выраженном в стремлении защищать свою родину, свои духовные культурные ценности?»

Но в том то всё и дело, что истинные духовные ценности всегда, во все времена являлись общечеловеческими, вневременными ценностями; они были надрелигиозны, наднациональны и ни в коей мере не были связаны с идеологией, а уж с политикой – тем более. Совсем другое дело – обычаи, традиции, народный фольклор – словом, та самая этнографическая изюминка, без которой немыслим любой народ и который необходимо поддерживать и передавать из поколение в поколение, ибо всё возникшее там, возникло естественным путём из недр самого народа, что и составляет национальный стержень и неповторимый колорит той или иной нации.