Читать онлайн «Адмирал Г И Бутаков». Страница 48

Действия Бутакова находили самую широкую поддержку среди моряков. К этому времени уже многим стало ясно, что бездарное руководство морским министерством весьма печально отразилось на состоянии русского флота. Видимо, это стало понятно и высшим сановникам государства. 13 июля 1881 года великий князь Константин Николаевич был освобожден от обязанностей генерал-адмирала. На этот пост был назначен его племянник, другой великий князь - Алексей, мало чем отличавшийся от своего незадачливого дяди. Управление морским министерством было возложено на И. А. Шестакова.

Шестаков отлично сознавал, что в истории с Кази Бутаков абсолютно прав, а потому, как он пишет об этом в своих воспоминаниях, советовал новому генерал-адмиралу "ликвидировать все дела с Балтийским заводом, иначе он (Алексей) вступит в управление с колодкой на ногах"{168}. Но Алексей дал понять Шестакову, что разоблачение грязных дел Кази может повредить репутации Константина, поэтому он "желает выгородить имя дяди из сомнительного дела". И Шестаков, чтобы угодить "августейшим особам", решил пожертвовать старым другом.

Отношения между управляющим морским министерством и адмиралом Бутаковым резко ухудшились. Усилия адмирала, направленные на то, чтобы спасти миллион государственных денег из лап ловких казнокрадов, не встретили поддержки ни у Шестакова, ни у нового генерал-адмирала.

Вскоре Бутаков неожиданно для себя был снят с занимаемого поста и назначен в Государственный совет, куда определяли обычно престарелых сановников, уже непригодных для работы в государственном аппарате.

Уход Григория Ивановича с флота вызвал глубочайшее сожаление русских моряков, высоко ценивших его труды на пользу отечественных военно-морских сил. "В течение 45 лет все силы Григория Ивановича были посвящены флоту, отмечалось 11 апреля 1882 года в шестом номере журнала "Морское обозрение". - Эпиграф - сигнал, взятый из созданного Григорием Ивановичем сигнального свода, часто поднимавшийся на броненосной эскадре - мы полагаем, что не ошибемся, если скажем, что в жизни автора этого сигнала не было момента, когда подобный сигнал мог бы быть поднят ему самому". Речь шла об известном сигнале Бутакова - "Отстать легко, догнать трудно!"

Сам Григорий Иванович тяжело переживал новое назначение, называя его "сдачей в архив". Переживания отразились на его здоровье. В ночь на 31 мая 1882 года Григорий Иванович скончался от апоплексического удара.

Заключение

Значение деятельности адмирала Григория Ивановича Бутакова для русского военно-морского флота чрезвычайно велико. Оно выходит за пределы простого продолжения традиций передовых русских флотоводцев - адмиралов Ф. Ф. Ушакова, Д. Н. Сенявина и других. Получив отличную морскую выучку и тактическую подготовку у адмирала М. П. Лазарева, а затем у его учеников и сподвижников адмиралов В. А. Корнилова и П. С. Нахимова - лучших представителей военно-морского искусства эпохи парусного флота, Григорий Иванович Бутаков стал выдающимся деятелем новой эпохи в истории военно-морского искусства - эпохи парового броненосного флота. В тот переломный, критический период, когда парусный флот уже устарел, а царская Россия в силу своей политической и экономической отсталости потерпела поражение в Крымской войне 1853-1856 годов и осталась практически совсем без флота, адмирал Бутаков отдал все свои силы созданию в стране первого броненосного флота.

Став во главе первой русской броненосной эскадры, адмирал Г. И. Бутаков проявил себя смелым новатором, военно-морским деятелем с широким теоретическим кругозором. Он был в то время единственным в мире адмиралом, решительно отказавшимся от механического переноса тактических приемов ведения боя, применявшихся парусным флотом, на флот паровой. Глубоко проанализировав боевые действия паровых кораблей в Крымскую войну и определив их новые тактические свойства и боевые возможности, Бутаков разработал начало тактики парового флота России.

Большой заслугой Бутакова является также создание новых принципов подготовки парового флота и воспитание им талантливых русских моряков-ученых, наиболее выдающимся представителем которых был С. О. Макаров. Бутаковские принципы оказали решающее влияние на дальнейшее развитие русской военно-морской тактической мысли.

Ученик Бутакова капитан-лейтенант Л. П. Семечкин в своих теоретических трудах разработал ряд проблем, которые не потеряли ценности до наших дней. Он первый доказал ошибочность взгляда на таран, как на главное оружие в бою, первый дал более широкое определение сущности тактики, вложив в нее не только практическое, но и теоретическое содержание, он поставил вопрос о важности маневра во время боя паровых флотов. Семечкин первый разработал вопрос о взаимосвязи наступления с обороной, указав, что оборона должна быть активной, а наступление должно сочетаться с элементами обороны. Семечкин конкретно поставил вопрос о единстве вооруженных сил страны, подверг справедливой и резкой критике взгляды иностранных военно-морских теоретиков. В своих работах Семечкин на несколько десятков лет опередил иностранную военно-морскую теоретическую мысль.

Большой вклад в развитие тактики русского флота внес другой талантливый ученик и последователь адмирала Г. И. Бутакова - вице-адмирал С. О. Макаров.

Капитальный труд "Рассуждения по вопросам морской тактики" выдвинул Макарова в ряды выдающихся военно-морских теоретиков начала XX столетия. В этой работе сделано глубокое теоретическое обобщение опыта использования в боевых условиях броненосных судов и всех видов существовавшего тогда морского оружия, дано определение сущности морской тактики.

Морскую тактику Макаров определял как "науку о морском бое". Таким определением он близко подошел к правильному пониманию сущности тактики как теории и практики организации и ведения боя.

Макаров сделал в этом труде ряд практических выводов о боевом использовании орудий всех калибров и, в частности, о выборе дистанций и курсовых углов артиллерийской стрельбы в зависимости от различных причин, влияющих на ее меткость.

Считая торпеду активным наступательным оружием, Макаров предложил залповую стрельбу торпедами на дальние дистанции. Научно решив вопросы торпедного вооружения кораблей и торпедной стрельбы (в том числе вопросы стрельбы на малых глубинах, рассеивания торпед и определения углов встречи торпед с целью), Макаров заложил основы теории торпедной стрельбы.

Исключительный интерес представляют рассуждения Макарова о бое как одиночных кораблей, так и эскадр. Маневрирование он считал главным условием успеха в бою. По его мнению, боевой порядок эскадры должен состоять из нескольких отрядов (тактических групп), составленных из кораблей одного боевого предназначения и обладающих одинаковой скоростью хода. В противоположность большинству иностранных военно-морских теоретиков, считавших, что эскадренный строй может быть сохранен только до начала боя, а затем начинается "общая свалка", - Макаров утверждал, что именно сохранение строя в бою обеспечивает адмиралу управление эскадрой, a тем самым и успех боя.