Читать онлайн «Ты услышишь мой голос». Страница 70

Теперь всё складывалось как нельзя лучше.

Уснул Дима только под утро. Проснувшись, понял, что на лекции уже не успеет. Решив, что работа отвлечёт от грустных мыслей, сел в машину и поехал в студию.

Осенний дождь лил стеной, насквозь промывая тёмно-серый октябрьский вечер, и звуки от летящих капель барабанной дробью рассыпались по стеклу. Неподвижно сидя в углу дивана, Наташа не слышала ни этой барабанной дроби, ни стука часов на стене. Она даже не замечала, что в комнате стемнело, невидящим взглядом уставившись в одну точку. Она точно так же просидела всю прошлую ночь, после ухода Димы, ненадолго забывшись тяжёлым сном на рассвете. Идти на лекции не было сил, и девушка провела весь день дома, не отвечая ни на чьи звонки.

Не звонил только Дима…

Понимая, что сама зашла в тупик, Наташка всё же совершенно не ожидала, что он вот так просто возьмёт и уйдёт… Ещё вчера она знала, что в это время он должен вернуться домой… Она знала, что увидит его, услышит… несмотря ни на что, почувствует его объятия… А теперь ожидать больше нечего.

О н у ш ё л.

П у с т о.

Ну, почему она ему всё не рассказала?

Нужно… нужно было всё ему рассказать…

А сейчас… Поздно?

Он должен быть ещё там… Она ему всё расскажет. И они вместе вернутся домой.

Позвонить? Вдруг, он не ответит… Нет, она должна его увидеть.

Торопливо одевшись, она выбежала в мокрую темноту. Маршрутка… семь остановок… пересадка… ещё девять остановок… Пешком — два квартала…

Дождь никак не унимался, и девушка, накинув на голову капюшон, за несколько минут добежала от автобусной остановки до здания, в котором располагался продюсерский центр. Димина машина стояла на стоянке во дворе, и Наташа, прислонившись к стволу высокого дерева, замерла в ожидании…

Прошло около десяти минут, прежде чем открылись входные двери. Наташа подалась вперёд, пытаясь разглядеть за пеленой дождя того, кто вышел. Но людей было двое…

Щёлкнул электронный замок, и Кристина, торопливо подбежав к машине, уверенно распахнула пассажирскую дверь. Дима, который шёл сзади, дождавшись, пока она усядется на сиденье, заботливо захлопнул дверь, затем, обойдя «фольксваген», взялся за ручку с водительской стороны. Мотор завёлся.

Наташке было видно, как в кабине Дима о чём-то разговаривает с Кристиной. В груди что-то тупо заныло, медленно поползло вверх, комом застряло в горле…

Выскочив из укрытия, она кинулась навстречу тронувшейся машине, не думая ни о лужах, ни о дожде, ни о том, что автомобиль резко набирает скорость… Дима едва успел затормозить, когда увидел в свете фар её фигуру. Выскочив из кабины, бросился к ней, но она, оттолкнув его, подбежала к двери, за которой сидела Кристина, дёрнула за ручку…

— Возьми… Это теперь твоё… — вложив что-то ей в руку, бросилась прочь.

— Наташа, подожди!.. — догнав девушку, Дима схватил её за плечи, — Наташка… ты как тут оказалась?!

— Не бойся, больше ты меня здесь не увидишь! — стараясь вырваться из его рук, выкрикнула она.

— Пойдём в машину, я отвезу тебя домой.

— Тебе есть кого везти. Пусти меня!

— Наташка, перестань… обхватив её, Дима сильнее сжал руки.

— Перестань — что? Любить тебя?! — сквозь слёзы крикнула с каким-то детским отчаянием и обидой, — А я и не люблю!.. И не любила никогда!.. Ты слышишь?!

— Наташка… У тебя истерика… ты вся промокла… идём в машину…

— У тебя уже есть пассажир!.. Вот и вези её домой, а то она промокнет!..

— Идём…

— Идите вы с ней!..

— Наташа… — Дима резко отпустил её, — Как же ты меня измучила…

— Да… Измучила… — медленно отступая назад, Наташка устало опустила руки, голос стал и глуше, и тише, — Но я тебя отпускаю… Ты свободен, Дима… Прощай…

Развернувшись, пошла прочь, стирая с лица то ли дождь… то ли слёзы…

Вернувшись в кабину, он некоторое время сидел молча.

— Вот, возьми… Она мне отдала, — Кристина что-то протянула ему в руке.

— Что это? — Дима раскрыл ладонь… Маленькое золотое колечко с тремя камешками блеснуло в полутёмном салоне… Его подарок Наташе…

— Это что, розыгрыш? — Сашка недоверчиво посмотрел на Диму, — В каком месте смеяться?

— Я не знаю, смогу ли когда-нибудь смеяться, Саня, — глядя в пол, тот сцепил, по обыкновению, пальцы.

— Что произошло-то у вас?! — Говоров никак не мог поверить в то, что рассказал ему Димка.

— Если бы я знал… Понимаешь, её как будто подменили… Не разговаривает, ничего не объясняет… Плачет только, и всё… И так почти месяц.

— Ты не говорил ничего.

— Ну, а зачем? Я думал, что всё само собой образуется. Но не образовалось…

— Слушай, Димыч… Короче, у меня как-то девчонка была, ну, и того, залетела… А у неё параллельно ещё парень был… Так вот, она в такую же депрессуху ушла, не знала, как поступить. Понимала, что я не серьёзно с ней, но и парня обманывать не хотела…

— Что ты хочешь этим сказать?! — взгляд Морозова не обещал ничего хорошего, и Сашка поспешил исправиться:

— Ну, я в том смысле, может, Наташка залетела?.. В смысле — от тебя? И боится тебе сказать, чтобы не бросил?

— Я — бросил?! — Дима возмущённо приподнял брови, — Да я только и ждал, чтобы она… И она знает об этом. Нет, Саня, не то… Тем более, что беременности у неё нет, я точно знаю.

— Ну, тогда я не знаю, — Сашка пожал плечами, — и как теперь? Ты что, не вернёшься больше? А свадьба? У вас же через неделю свадьба… мы с парнями сюрприз приготовили.

— Чтобы вернуться, нужно знать, почему она так… А она так и не сказала. Свадьба… — Дима устало потёр лицо ладонями, — Свадьбы, видимо, не будет… Так что…

— Может, тебе с ней ещё поговорить?

— Да сколько уже можно говорить, Саш? Я пытался, но она — как непробиваемая стена. Она даже в продюсерский центр вчера приехала, чтобы кольцо отдать… — Дима хотел рассказать в подробностях о прошедшем вечере, но, почувствовав душевную усталость, замолчал.

— Да… ситуация… — Говоров нервно постукивал носком туфли по полу, — Ты это, Димыч… держись…

— Держусь… — Дима хмуро кивнул, — Кстати. Как у тебя тогда с той девчонкой-то разрулилось?

— Да никак… — Сашка хмыкнул, — Сама исчезла с горизонта. И детей мне никто не предъявлял.

— Саня, а вдруг у неё твой ребёнок сейчас есть? — Дима внимательно посмотрел на друга, — Как тогда?

— Да никак, — снова пожал плечами Сашка, — Димыч, я на такие вещи не заморачиваюсь. Сказать можно всё, что угодно. Если все бабы, с которыми у меня были отношения, станут предъявлять мне детей, то я — отец-герой… Только это — просто слова. Тем более, я никого не насиловал… Сами же приходят.