Читать онлайн «Бакарди и долгая битва за Кубу. Биография идеи». Страница 152

После первоначального всплеска энтузиазма по поводу возможности инвестиций на Кубе иностранные предприятия все сильнее убеждались, что рассчитывать на прибыль на острове не приходится. Все жаловались на несоблюдение законов и контрактов.

Независимого судопроизводства на Кубе не было, поэтому если предприятия обнаруживали, что с них взимают незаконные налоги, нарушают контракты, неправильно применяют подзаконные акты, обращаться за апелляцией было некуда. Нельзя было уйти от простого факта — Куба по-прежнему оставалось диктатурой, где власти относились к иностранцам крайне подозрительно и считали необходимым следить за каждым их шагом.

Один испанский бизнесмен, потеряв терпение после нескольких лет общения с кубинским государственным аппаратом, написал открытое письмо, в котором советовал коллегам держаться от острова подальше. «Договоренности и сделки совершаются не между настоящими предпринимателями, — писал он, — а скорее в сумрачной вселенной шпионов и полиции». К 2006 году Отдел экономической разведки, располагающийся в Лондоне, считал, что Куба принадлежит к числу самых непривлекательных для бизнеса новостей – она оказалась на восьмидесятом месте из восьмидесяти двух стран, ниже были только Иран и Ангола.

По решению Кастро кубинское правительство к этому времени снова установило централизованный контроль над экономикой, лишив руководство государственных предприятий и их зарубежных партнеров даже той скудной независимости, которую они получили в ходе реформ середины девяностых. Любые экономические, инвестиционные и торговые нововведения имели только одну цель — сохранить абсолютную власть режима.

В сфере туризма правительство рекомендовало создавать огромные физически изолированные комплексы, которые легко было контролировать, и всячески содействовало тому, чтобы туристы приезжали по системе «все включено», потому что иначе они пользовались бы относительной свободой и общались с обычными кубинцами.

В других отраслях тайные инвестиционные сделки с Венесуэлой и Китаем предпочитались прозрачным договоренностям с западными фирмами. К концу 2006 года количество кубинских предприятий, которые действовали совместно с зарубежными партнерами, сократилось почти на 50 процентов по сравнению с уровнем четырехлетней давности. Выжили в основном масштабные предприятия в тех сферах, которые приносили высокие прибыли: добыча полезных ископаемых, энергетика, туризм, телекоммуникации, биотехнологии. И ром.

На земле нет ни одного бара, где подавали бы такой отменный мохито, как на террасе изысканной гаванской гостиницы «Отель-Насиональ». У колоннады седые гитаристы в соломенных шляпах и белых рубашках-гуаяверах распевают старинные кубинские песни о любви и раскачиваются в ритме барабанчиков-конга в руках сияющих юных музыкантов. Сады при гостинице кончаются каменистым обрывом — дальше лишь море и синее небо. В воздухе висит дымка, и когда появляется официант с ледяным напитком, салфетка, которой обернут бокал, всегда влажная. Сладость рома и тростникового сахара и аромат толченых листьев мяты мгновенно освежают.

Ром, как и сигары, — одно из немногих сокровищ, которое сохраняет на Кубе почетное место при любой идеологии. Джулия Уорд Хоу, бостонская певица и суфражистка, была на Кубе в 1859 году, и ее потрясло, что, куда бы она ни приходила с визитом, ей всегда предлагали выпить. «Слово «ром» на Кубе вовсе не скверное!» — в изумлении записала она в дневнике. Оно так и не стало скверным и никогда не станет.

Когда кубинцы собираются поиграть в домино или карты в парке или переулке, у когонибудь под рукой почти всегда стоит бутылка. Из каждой открытой бутылки сначала отливают несколько капель рома на землю — освящают место встречи. Историю Кубы можно выстроить вокруг историй о роме — он был символом кубинской жизни со времен рабов на сахарных плантациях и до сегодняшнего дня, когда кончается эпоха Кастро.

Приезжающие на остров туристы, которые дома пьют ром очень редко, сразу просят налить стаканчик — и так было всегда.

Гостиница «Отель-Насиональ» славилась своими мохито с ромом еще в те времена, когда здесь любили собираться американские гангстеры и голливудские звезды, и в марте 2004 года совместное предприятие «Гавана-Клуб» отмечало десятилетний юбилей именно в ее ресторане. Апофеозом праздника, который длился целую неделю, стал «Международный гран-при «Гавана-Клуб»» — конкурс по смешиванию коктейлей, который французско-кубинское совместное предприятие устроило ради рекламы своей продукции. На состязания в Гавану слетелись самые колоритные бармены со всего мира, а также сотни приглашенных гостей. Участники состязаний — представители 23 стран – собрались на сцене в бальном зале отеля и по очереди готовили четыре коктейля с ромом «Гавана-Клуб» — мохито, дайкири, «Куба либре» и «Хабанисима» — тот же мохито, только без содовой воды. На то, чтобы смешать напитки на глазах жюри, участникам давалось пять минут, и оценивалось не только качество конечного продукта, но и стиль исполнения. Собравшихся гостей постоянно снабжали бесплатными напитками на пробу.

Куба была полицейским государством, но постепенно к ней возвращалась живость и игривость — как было в золотой век, когда прекрасные люди приезжали в Гавану и поддавались очарованию сладких ритмов мамбы и карибской романтики. Власти пришли к выводу, что их страна экономически заинтересована в продвижении туризма, рома и сигар, даже если ради этого нужно было привнести в образ Кубы воспоминания скорее о сладкой жизни пятидесятых, чем о Че Геваре и левых бригадах. Сотрудничество с «Перно Рикар» для продвижения и маркетинга рома «Гавана-Клуб» было одним из немногих союзов, заключенных правительством с западными капиталистическими фирмами и действительных до сих пор, а теперь и вовсе стало важнейшим приоритетом. «Отель-Насиональ» был государственным предприятием, поэтому рубашки всех музыкантов и все бокалы с напитками, подававшимися в баре отеля, были украшены логотипом «Гавана-Клуб». Желтые скутеры-такси, припаркованные у главных ворот, тоже щеголяли этим логотипом, а на всех водителях были фирменные футболки «Гавана-Клуб».

Французско-кубинское совместное предприятие имело не только коммерческое, но и стратегическое значение. Продвижение на мировом рынке рома «Гавана-Клуб» означало продвижение Кубы. Предприятие нанимало исполнителей кубинской музыки сальса, одевало их в наряды с символикой «Гавана-Клуб» и отправляла в гастроли по Европе, чтобы выступать на фестивалях под открытым небом и на культурных мероприятиях в качестве рекламы кубинского стиля жизни. «Перно Рикар» заключила союз не просто с государственной компанией — это был союз с самим государством. У этого союза был и политический аспект — не потому, что он рекламировал революционный социализм или анти-американизм, нет: просто он представлял Кубу с исключительно положительной стороны.