Читать онлайн «Мифы Великой Отечественной — 1-2 (военно-исторический сборник)». Страница 97

«Но танк ведь не просто ползет по полю, он ползет и стреляет. Шансы сторон в „дуэли“ танка и противотанковой пушки отнюдь не одинаковые. Бронебойный снаряд, просвистевший в одном сантиметре от башни танка, не принесет ему никакого вреда, в то время как осколочный снаряд (даже если это снаряд малокалиберной 45-мм советской танковой пушки 20К), взорвавшийся на расстоянии нескольких метров от огневой позиции, неизбежно заставит орудие замолчать (45-мм снаряд давал 100 убойных осколков, от которых расчет противотанковой пушки ничем, кроме гимнастерки, не был защищен). Поэтому 5–10 выстрелов, о которых мы сказали выше, в реальном бою являются для расчета противотанковой пушки недосягаемой мечтой — после первых же выстрелов экипаж (хорошо подготовленный и обученный экипаж) танка обнаружит стреляющее орудие и парой осколочных снарядов смахнет пушку с лица земли».

Тягач «Комсомолец» с 45-мм пушкой и расчетом

Казалось бы, а здесь что не так? Да все верно. Вот только картину извращаем изо всех сил. Пишем о Великой Отечественной, а примеры приводим из истории гражданской войны в Испании. Будто и не было чуть более позднего отстрела по 30-мм немецкой броне в Кубинке, когда оказалось, что не берет наш снаряд немецкую броню на дистанциях решительного боя (400 м). Забыта полностью разница в силуэте танка и противотанковой пушки. Но это мелочи. Самое вкусное здесь — приводимые цифры. Если верить Солонину, то своими 100 осколками 45-мм снаряд выкашивает всех врагов на площади 15x6 метров. А на пути только гимнастерка.

Вот только что подразумевается под «зоной поражения»? Обычно в виду имеется зона сплошного поражения.

А так приходилось буксировать Ф-22 с расчетом

Но в данном случае это не так. И 100 осколков — это много? К примеру, 76-мм осколочно-фугасный снаряд дает в среднем 870 осколков. При этом особо мощным он не считается.

Что же нам дают 100 осколков? Давайте возьмем условия Солонина в самом мягком варианте. «Снаряд, взорвавшийся на расстоянии нескольких метров от огневой позиции, неизбежно заставит орудие замолчать» — тут мы возьмем минимально возможное из нескольких метров, а именно 2 метра. И для получения максимально возможного количества осколков в адрес орудия взорвем его сбоку. Теперь считаем. 10 процентов осколков улетают вперед, их можно не считать, 20 процентов назад, их тоже не считаем. В стороны от оси полета снаряда разлетается 70 процентов осколков, или просто 70 штук. Половина из них, 35 штук, или 50 процентов оставшихся, уходит в землю (нижняя полусфера). Учитывая высоту щита орудия и что расчет, укрываясь от фронтального обстрела из-за него, особо не высовывается, и считая, что снаряд взорвался в 2 метрах от орудия, мы получим вертикальный сектор разлета опасных для расчета осколков менее 30 градусов. То есть на весь прямоугольник, в который вписаны расчет и орудие, придется (берем исправный калькулятор) 5–6 осколков. А какую часть этого прямоугольника составляют расчет и уязвимые части орудия? Так что говорить можно только о том, что, взорвавшись в двух метрах сбоку от орудия, снаряд не «неизбежно заставит орудие замолчать.», а в лучшем случае ранит или убьет кого-то из расчета и орудие продолжит бой. Учитывать же ударную волну от такого снаряда в качестве поражающего фактора вообще не имеет смысла.

И примерно таким образом Марк Семенович рассматривает ТТХ всей техники и оружия.

Теперь перейдем к чуть более сложным примерам — трактовка ТТХ и сравнение техники сторон. Начнем с весьма симптоматичного примера на страницах 66–68 цитируемой солонинской книжки

«Огромный конструкторский и технологический „задел“, накопленный в 30-е годы в танковой индустрии СССР, позволил Красной Армии сделать несколько шагов к этому „будущему“ раньше всех в мире. Главной составляющей качественного скачка было создание двух новых типов танков с полноценным противоснарядным бронированием: среднего Т-34 и тяжелого КВ».

Традиционное для Солонина акцентирование с помощью жирного шрифта сейчас его подводит, ибо не позволяет считать это опечаткой. Сразу видно, что Солонин не знаком с французским танкостроением и, например, с В-Ibis, имевшим броню до 100 мм. Но это не суть важно, так как цитата приведена для лучшего понимания следующего абзаца.

«Немцы же с перевооружением танковых частей безнадежно отстали — к 22 июня 1941 г. они не создали ни одного нового типа танка, а все улучшение бронезащиты имеющихся моделей свелось к установке дополнительной 30-мм лобовой плиты на танках Pz-III серий Н и J да увеличению до 50 мм толщины брони лба корпуса и башни на Pz-IV серии F. Боковая поверхность башни, высоченные отвесные борта и корма немецких танков даже самых новых модификаций по-прежнему оставались прикрытыми лишь противопульной 30-мм броней, которая пробивалась огнем советской „сорокапятки“ на предельной (по условиям прицельной стрельбы) дальности 600–700 м».

Немцы, конечно, безнадежно отстали от нас, имея в основном на вооружении танки, разработанные по новым концепциям и принятые на вооружение только в 1937 г. Куда им до нас, с нашими основными танками разработки соответственно 1926 и 1932 г. Дифференцированная по толщине броня, ставшая обязательным элементом всех послевоенных танков, по Солонину, превратилась в недостаток. 30-мм «противопульная» броня по уже упоминавшимся мной отстрелам в Кубинке не пробивалась с 400 метров, а ведь лоб немцев доходил до 60 мм. Что интересно, на «Комсомольце» у Солонина противопульной была броня в 7–10 миллиметров. Так что, у нас и пули были куда сильнее?

То есть Солонин сначала расхваливает наши танки, подчеркивая их отдельные элементы, потом поливает грязью технику противника, акцентируясь на других элементах, и создает заведомо ложную картину, рассчитывая на читателя, который знает боевую технику достаточно слабо, в лучшем случае на уровне справочников. Ну ведь нельзя же всерьез предположить, что Солонин искренне считает 60-мм броню слабее, чем 45-мм, и что 7-мм и 30-мм броня одинаково противопульная?

«Длинноствольная (в отличие от короткоствольного „окурка“ на немецком Pz-IV) 76-мм пушка Ф-34 с большой дальностью прицельной стрельбы позволяла уничтожать на относительно безопасной дистанции как любые немецкие танки, так и легкие полевые укрытия (на дистанции 4 км снаряд пушки Ф-34 пробивал кирпичную кладку в полметра)».

Опять выделения. Про кумулятивный снаряд немецкой пушки, калибр которой, кстати, 75 мм, даже не вспоминаем. А ведь он пробивает любой наш танк на любой дистанции, даже будучи выпущен из короткоствольного «окурка» на немецком Pz-IV. И интересно, почему Солонин не указал, какую кладку на расстоянии 4 км пробивала немецкая пушка?