Читать онлайн «Мэри Пикфорд». Страница 121

В 1929 году историк кино Пол Рота написал серьезный труд под названием «Кино: от начала до нашего времени». Эта книга раскладывала все по полочкам, как и другие книги, авторы которых считали кино искусством, и была выдержана в академическом духе. Там можно отыскать такие главы, как «Цели кино в общем и в частности» или «Концепция драматического содержания при подготовке сценария», а также очерки о наиболее известных артистах. Несколько страниц уделено великолепному Фэрбенксу, а потом автор словно спотыкается и пишет: «Что касается Мэри Пикфорд, то в ней есть какая-то неопределенность; значимость ее вклада в кино не совсем ясна». Можно предположить, что для Рота образ Маленькой Мэри затмил личность актрисы, которая создала этот образ на экране.

Это странное отношение к Пикфорд продолжалось и в дальнейшем, в чем частично виновата она сама. Когда в 1931 году Мэри заявила, что хочет сжечь свои фильмы, ее друзья яростно воспротивились этому. «Они не принадлежат тебе, — писала Лилиан Гиш. — Они принадлежат обществу». — «Но пройдет время, — отвечала Мэри, — и люди начнут сравнивать меня с современными актрисами».

Мэри боялась, что мир будет смеяться над ней. Вероятно, она также полагала, что немое кино уступает звуковому как вид искусства. Этого мнения придерживались многие люди. Немое кино стало единственным видом искусства, которое человечество нашло, развило и отвергло на протяжении жизни одного поколения. Даже в период своего расцвета немое кино считалось проходящим явлением. В 20-х годах Мэри сожгла двадцать одну копию «Розиты» и семнадцать копий «Поллианны», в то время как негативы по-прежнему оставались в подвалах, приходя в негодность и портясь от сырости.

В 1930 году Мэри Пикфорд встретилась с Айрис Барри, заведующей отделом кино в Нью-йоркском музее современного искусства. Она показала ей брошюру, где писалось, что кино является единственным великим искусством XX века, но практически неизвестно той части американской общественности, которая могла бы его оценить. Когда Барри приехала в Голливуд посмотреть фонды ей позволили остановиться в Пикфэре (позже Мэри послала ей счет за пользование дровами для камина). Кульминацией вечера стал показ фильма «На западном фронте без перемен» (1930).

Луи Вольхайм, сыгравший в нем одну из главных ролей, незадолго до этого умер от рака. Сидящим в зале актерам пришло в голову, что сохранение их фильмов обеспечит им жизнь после смерти. Вечер прошел успешно; гости не скупились на пожертвования и приобрели несколько лент.

Однако лишь немногие хотели купить для себя работы Мэри, да и она сама не горела желанием расставаться с ними. Даже Барри, писавшая в своей книге «Пойдемте в кино», что «Чаплин и Пикфорд навсегда останутся величайшими фигурами в истории кино», не смогла приобрести фильмы для своего отдела.

В 1945 году Пикфорд, наконец, смягчилась и отдала коробки с негативами в библиотеку Конгресса. Но целых девяносто частей ранних фильмов уже были безнадежно испорчены. Среди пропавших лент — «Добрый маленький чертенок», плохой фильм по словам, тех, кто его видел, но ценный документ эпохи становления кино, и «Сверчок Фанчон», где во второстепенных ролях снялись Джек и Лотти.

Мы уже никогда не увидим такие картины, как «Маленькая королева» (1914), «За кулисами» (1914) и «Вечная работа» (1916). Безнадежно пострадали «Гулда из Голландии», фильм Уильяма Десмонда Тейлора «Как ты могла, Джин?» (1918), «Капитан Кид» (1919) и, к несчастью, «Вечерняя девушка» (1915), картина Френсис Марион, пропитанная сатирой и критикой нравов, что являлось редкостью для работ Пикфорд. Что касается фильмов Джеймса Кёрквуда, то ровно половина из них пропала. По воле счастливого случая, его лента «Маленький друг» нашлась во Франции. Две картины 1915 года, «Рассвет завтрашнего дня» (Мэри сыграла там очень типичного для своих ролей маленького мальчишку) и романтическую драму «Эсмеральда», уничтожило время. Но наибольшую жалость вызывает потеря фильмов студии «Феймес Артисте» — «В карете с епископом», «Каприз» и «Разлученные сердца», — ведь они свидетельствовали о становлении славы актрисы.

Многие классические ленты Пикфорд уцелели, однако находились в ужасном состоянии. У Пикфорд оставался негатив «Розиты», но она категорически отказывалась отдавать его. Она пригрозила Мэри Кемп, в течение полувека отвечавшей за сохранность ее фильмов, что уволит ее и подаст на нее в суд, если та посмеет отреставрировать эту картину. Впоследствии копию «Розиты» нашли в России.

В 1947 году Конгресс США сократил финансирование библиотеки, и несколько лет за состоянием пленок никто не следил. Между тем фильмы Пикфорд не показывались на фестивалях, что было бы крайне важно для поддержания репутации Мэри и сохранения памяти о ней. «Просматривая эти фильмы, — писал Джеймс Кард, который увидел картины Пикфорд в 1959 году после того, как сотрудники Истмена помогли Конгрессу в их реставрации, — поражаешься тому пробелу в истории кино, который существует на данный момент». Ученый Артур Найт, посмотрев фильмы Мэри в 1970 году, публично покаялся за то, что не упомянул ее в своей книге «Живое искусство» (1957): «По жестокой иронии судьбы, одна из величайших пионерок кино, являющегося одновременно искусством и индустрией, была непростительно забыта». Найт призывал к настоящему, полному пониманию художественного гения Мэри Пикфорд.

Сегодня компания «Мэри Пикфорд» реставрирует и выпускает в прокат фильмы Мэри. Но и в наше время некоторых критиков не покидают сомнения в глубине ее таланта. Через несколько лет после ее смерти лондонская «Таймс» писала, что никто не утверждает, будто Пикфорд «была великой актрисой или кем-то в этом роде». Образ Маленькой Мэри потускнел в сознании человечества. Гордые титулы Маленькая Мэри и Любимица Америки кажутся теперь излишне слащавыми в отрыве от свежести ее былой славы и той наивной культуры, в которой зарождалось кино. В 1970 году, после показа фильма «Поллианна», один критик написал, что после пятнадцати минут просмотра у него создалось впечатление, словно он уже видел не только эту картину, но и все фильмы Мэри Пикфорд.

Среди критиков-феминисток преобладает мнение, что детские роли Пикфорд подавляют сексуальность актрисы, чего хотела как сама Мэри, так и ее инфантильные зрители. Это ошибочное мнение, так как немое кино не стоит воспринимать так же буквально, как звуковое. По сравнению с современными картинами, немое кино кажется публике неполноценным. Но его уместнее сравнить с танцем, особенно с повествовательным балетом, который, как и немой, фильм, рассказывает историю без слов, в то время как музыка как бы является оформлением, плотью драмы. Если смотреть на игру Мэри с этой точки зрения, то ее дети будут вполне уместны, ибо в сегодняшнем балете балерины и в сорок лет танцуют девочек.