Читать онлайн «Бестужев-Рюмин». Страница 92

40

Яковлев Андрей Яковлевич, д.с.с, кабинет-секретарь Анны Иоанновны, арестовывался Бироном по подозрению в заговоре, перенёс пытки. В 1741 г. был снова арестован и предан суду как «конфидент Меншикова», лишён чинов и разжалован в писари астраханского гарнизона.

Христофор Герман Манштейн, прусский офицер, родился в России в 1711 г., на русской службе с 1740 г., был командиром 2-го Московского полка. Как человек, близкий к Миниху, подвергся преследованиям со стороны Елизаветы Петровны, пытался получить отставку, но неудачно. Летом 1744 г. отправился в отпуск на лечение в Германию и записался там волонтёром в прусскую армию. Полагаясь на покровительство Фридриха II, уклонялся от возвращения в Россию, чтобы сдать Московский полк новому командиру. Не помогли увещевания отца, генерал-лейтенанта Себастьяна Манштейна, проживавшего в Лифляндии, и в 1746 г. он был заочно приговорён Военной коллегией к смертной казни. Автор известных записок о России времён Анны Иоанновны, отличающихся серьёзным беспристрастным анализом и симпатиями к России и русским. Погиб в 1757 г. в сражении с австрийцами.

Так в старину называли ордена и медали.

По другим данным, 372 души.

Он же Ласси, Лессий и Леси Пётр Павлович (Питер) (1678—1751), уроженец Ирландии, граф, на русской службе с 1700 г., талантливый полководец, один из немногих иностранцев, честно служивших России. Участник Нарвского и Полтавского сражений и многих баталий Северной войны и последующих войн с турками и шведами, генерал-аншеф, генерал-фельдмаршал (1736), последние годы губернатор Лифляндии. Герцог Лирийский писал, что он был человеком робким и осторожным; его все любили, хотя в обращении с подчинёнными офицерами проявлял высокомерие.

Существует версия, что Шетарди «купил» принцессу Елизавету, помогая ей приобрести отцовский трон взамен на возвращение шведам прибалтийских провинций. К. Валишевский уверенно утверждает, что, во-первых, денежная помощь француза была символичной, а, во-вторых, Елизавета никаких конкретных обещаний ни Шетарди, ни Нолькену не давала и вела себя весьма осторожно. Возможно, она и обещала кое в чём поспособствовать в будущем шведам, но наверняка это было сделано лишь по тактическим соображениям. Она была уверена, что, став императрицей, она «забудет» о всех своих обещаниях.

Неформальная, но важная должность в группе из 10 министров и сановников, выступающих в роли советников императрицы Елизаветы.

Употребляемое нами выражение «Великий канцлер» не несёт оценочной информации: так при Елизавете Петровне называлась должность, присвоенная А.П. Бестужеву-Рюмину.

Английский король Георг II, как и его отец Георг I, представители Ганноверской династии, были одновременно и курфюрстами Ганноверскими.

Имеется в виду Румянцев Александр Иванович (1677—1749), граф, любимец Петра I, участник Северной войны и Персидского похода. Был назначен Анной Иоанновной президентом Камер-коллегии, но Румянцев не принял назначения, за что разгневанной императрицей был сослан в свою деревню, но скоро был прощён, послан в Казань губернатором, в войне с турками в 1736—1739 гг. в звании генерал-поручика командовал дивизией, с 1737 г. генерал-аншеф. Не путать с его знаменитым сыном полководцем Румянцевым (Задунайским) Петром Александровичем (1725—1796).

Не путать с однофамильцем дядей, бывшим посланником Пруссии при дворе Петра II и Анны Иоанновны. Что касается племянника, преемника дяди на дипломатическом посту, то герцог Лирийский, посол Испании при дворе Петра II, писал о нём, что тот «не имел ни малейшей способности быть министром и обладал всеми пороками своего дяди, не имея хороших его качеств». Это был человек умный, но злой, не имевший никакой чести. Он вёл дурную жизнь, любил играть в карты и проигрывал больше, чем мог заплатить.

Бруммер, обычный кавалерийский солдафон, до приезда голштинского принца в Россию был его воспитателем. По сведениям, полученным посланником России в Дании и Швеции Й. Корфом, Бруммер издевался над принцем, унижал его человеческое достоинство и по приезде в Россию, ненавидя всё русское, прививал подобные же чувства своему воспитаннику. Он был один из тех, кто сильно поживился за счёт «бесхозного» герцогства Голштинского и представлял собой наихудший тип средневекового мужлана.

Кейт Джеймс (Яков Виллимович) (1698—1758), шотландец, на русской службе с 1728 года, участник Русско-турецкой войны (1735—1739), наместник Малороссии (1738—1741), генерал-аншеф (1737), в войне со шведами в 1741—1743 гг. занял Аландские о-ва. С 1747 г. на прусской службе с условием не воевать против русских. Погиб в сражении при Хохкирхене во время Семилетней войны.

Фридрих II, планируя захват Силезии, исходил из того, что, во-первых, она в своё время принадлежала Бранденбургскому курфюршеству, но была уступлена императору Священной Римской империи. Теперь (и это во-вторых) император этой фиктивной империи Карл VI умер, а его дочь Мария-Терезия, восшедшая на австрийский престол 9/20 октября 1740 г., никаких прав на Силезию не имела.

С приходом в КИД Воронцов М.И. станет противником бестужевской системы и сближения России с Англией. В 1758 г., после временного устранения от внешних дел, он возглавил КИД и в течение нескольких лет определял внешнюю политику России. Во время переворота 1762 г. остался верен Петру III и отказался присягать Екатерине II, однако на некоторое время оставался на посту канцлера. Его брат Роман (1707—1783), генерал-аншеф, отец знаменитой Екатерины Дашковой и Елизаветы Воронцовой, любовницы Петра III, был «птицей другого полёта»: будучи наместником в ряде губерний, прославился лихоимством и получил кличку Роман — большой карман.

Ныне здание Петербургского университета.

С.В. Лопухин скончается в ссылке в 1748 г. Н.Ф. Лопухина, отбывавшая ссылку в Селенгинске, в 1753 г. просила Елизавету об амнистии, обещая перейти в православие, но только Пётр III в 1762 г. дал ей свободу. Она появилась в Петербурге, но никто не узнал в ней бывшую красавицу. Через 8 месяцев после возвращения из ссылки она умерла. А.Г. Бестужева страдала от голода и холода до самой своей смерти в 1761 г. и скончалась в Якутске в доме при воеводской канцелярии, в то время как её дочь блистала на балах в Санкт-Петербурге, а муж разъезжал по европейским дворам и вступил во второй брак с госпожой Хаугвиц.