Читать онлайн «Григорий Явлинский». Страница 60

Рейтинг Г. А. Явлинского стабильно держался на высоком уровне. Его блок уверенно шел к финишу, рассчитывая примерно на 70 мест в Думе. Но у самого финиша его обогнал В. Жириновский. Не знаю, что сыграло роль, то ли его обещания помочь выжить, то ли усталость избирателей от чересчур умных политиков. Феномен Жириновского, наверное, будет еще изучаться. Он слишком вольно себя ведет, так вольно, что порой задумываешься о необходимости медицинского освидетельствования. Пожалуй, пройдут многие годы, прежде чем мы поймем, почему становится возможным приход к власти людей с криминальным прошлым вроде А. Клементьева, людей с вульгарным настоящим вроде В. Жириновского.

«ЯБЛоко» получило 20 депутатских мандатов по общефедеральному округу. Болдырева вновь поддержал С.-Петербург, семеро прошли по одномандатным округам. Начался новый этап в жизни Явлинского. Однако борьба борьбе рознь. Г. А. Явлинский пришел на политическую сцену, вооруженный и боксерскими перчатками, и шпагой, и револьвером… А борьба перешла в сферу булавок, компотных дуэлей, резвых потасовок и черноязычия. Знаменитое высказывание Черчилля о борьбе бульдогов под ковром не отражает специфики Госдумы, здесь, наверное, надо вести речь о мышах.

После выборов 1993 года, пожалуй, уже не могло быть вооруженного противостояния между президентом и парламентом. Страсти поулеглись. Но, несмотря на это, индивидуальные позиции лидеров фракций, депутатов, прочих лидеров оставались очень шаткими. Это неизбежно вело к подковерным играм. Не побоюсь сказать, что и сейчас главный девиз мирного сосуществования думских фракций — топи соперника. Не знаю, хорошо ли плавает Григорий Алексеевич, тем более, что плавать приходится в очень грязной воде, поживем — увидим.

В заключение приведу официальные документы, предоставленные мне пресс-службой «ЯБЛока»:

После разгона Верховного Совета осенью 1993 года нам не легко далось решение об участии в парламентских выборах. Были большие сомнения в целесообразности парламентской работы после того, как граждане оказались перед необходимостью голосовать за новую Конституцию, отводящую Государственной Думе призрачную роль. И уже совсем никакого доверия не вызывало «министерство демократии» — подчиненный Президенту Центризбирком. Не было, казалось, никакого смысла участвовать в игре без арбитра и возможности узнать, выиграл ты или проиграл.

Однако мы были ответственны перед людьми, которым несколько лет в глаза говорили о том, что в России может быть нормальная власть и гражданское общество. На нас лежала ответственность, так как мы понимали необходимость демократической оппозиции существующей власти и опасность любой внепарламентской оппозиции для России.

И еще. У нас был план действий, позволяющий России стать сильным и демократическим государством. Мы знали, что на это уйдут годы, но работу нужно было начинать немедленно. Ради этого мы пошли в Государственную Думу.

В 1993 году за нас проголосовало более 4 миллионов наших сограждан. Так в Государственной Думе появилась фракция «ЯБЛоко», в ней 27 депутатов. Многие предрекали нам раскол, но… Своих депутатов «растеряли» почти все, из «ЯБЛока» же за два года перешел в другую фракцию только один человек.

За время работы в Государственной Думе ни один из членов нашей фракции не воспользовался предоставленными президентом льготами и не получил ни привилегированных дач, ни квартир, ни автомобилей.

В начале 1996 года я приехала в командировку в Ремонтненский район Ростовской области. Район этот в советское время славился овцеводством. И сейчас тоже я вместе с сопровождающими поехала по овцеводческим хозяйствам. Далеко в степи затерялся домик чабана-чеченца. Встретил он нас приветливо, усадил за стол. Невольно речь зашла о войне, о Чечне. Его жена с болью в голосе сказала: «Они не боевики, они — люди!» и ушла. Мне показалось, что она заплакала. Тогда я не написала об этом в газете, потому что тема моей статьи была другой. Но мне очень запомнилась их гостеприимная большая семья. Прощаясь, глава семьи пожал мне руку и я почувствовала прикосновение жестких старых мозолей на его ладони.

И тогда я подумала, что нам — русским и чеченцам — нечего делить друг с другом. Мы понимаем друг друга, потому что у нас есть общий язык — язык труда. Политики делят между собой сферы влияния и для этого им нужна война, ради этого они не брезгуют человеческой кровью. 18 февраля 1992 года «Независимая газета» опубликовала интервью с Джохаром Дудаевым, поставив в заголовок его слова:

— И пусть я буду вандалом, если цель достигается.

Но обвинить в бедах, причиненных войной, одного лишь Дудаева, пожалуй, будет неправильно. Виновато руководство России, виноваты и мы все, молчаливо позволившие случиться этой позорной для России войне.

Политическая активность демократической оппозиции, в том числе Г. А. Явлинского, фракции «ЯБЛоко», напоминала аналогичные действия оппозиции времен перестройки, за которой последовала отставка М. Горбачева. Но если оппозиция времен перестройки сделала возможным принятие общественным мнением Беловежского соглашения, то сейчас общественное мнение не поддержало демократическую оппозицию. Ни сейчас — в начале Чеченской войны, ни потом — на президентских выборах 1996 года не было мобилизации масс вокруг демократических символов. Это заставляет задуматься над тем, а нужна ли нам демократия?

Отсутствие политической культуры приводит к тому, что коллективный интеллект простых смертных смешивает авторитарные и демократические представления. Например, многие выступают за наведение жесткого порядка, но одновременно хотят сохранить и свободу слова, и свободу вероисповедания, и прочие демократические завоевания. Многие россияне связывают надежды на улучшение с приходом к власти «Жесткой руки», но избрать ее хотят демократическим путем. «Жесткая рука», как правило, захватывает власть силой, политическим переворотом, аферой, но не демократическим путем.

Накануне Чеченской войны, в 1993 году, был проведен опрос общественного мнения. Среди прочих вопросов был вопрос об отношении к тезису о том, что одной из задач режима «Жесткой руки» является применение силы для предотвращения распада России. Из сторонников установления «Жесткой руки» для достижения экономических целей «за» высказалось 35 %, «против» — 31; из сторонников социалистического авторитаризма «за» — 37, «против» — 28; из сторонников капиталистического авторитаризма «за» — 30, «против» — 38 %. Опрос был проведен среди жителей России 88 городских и сельских населенных пунктов (в 11 регионах страны). Такому опросу трудно не верить. Но если подавляющее большинство высказалось за применение силы для предотвращения распада России, то правильно ли обвинять в войне одних лишь правителей?