Читать онлайн «Капитализм, социализм и демократия». Страница 203

Однако еще более важно следующее. По мере того, как экономические проблемы смещаются из частной в общественную сферу, многие требования, вызывающие эту миграцию, оказываются полностью или частично удовлетворенными, так что данная тенденция может утратить свою движущую силу. Некоторые экономисты в дополнение к этому отмечают, что постепенное движение в сторону планируемой из центра экономики способно вызвать неблагоприятные процессы, выступающие в качестве сдерживающих факторов. У меня нет времени объяснять причины, почему обе эти точки зрения я не расцениваю достаточно высоко и почему, в частности, результаты, которые, как мне представляется, не будут иметь благоприятных последствий для достаточно важных социальных групп, тем не менее будут оказывать скорее стимулирующее, нежели сдерживающее, воздействие на весь процесс, т. е. в качестве лекарства против неудачной социализации будут предлагаться еще большие дозы этой социализации. Но для нашей цели существенно отметить, что большинство аргументов, обосновывающих выводы в пользу выживания частнопредпринимательской экономики, в действительности вовсе не отрицают существования тенденции к социализму в нашем понимании этого слова. Эти аргументы лишь отрицают, что эта тенденция проявит себя полностью. Поскольку никто не оспаривает такой возможности, то существует опасность, что весь спор превратится в словесную баталию, особенно в Соединенных Штатах, где слова очень высоко ценятся, где термин "социализм" непопулярен, за исключением очень небольших групп, и где люди, которым все же нравится сама вещь, но не нравится слово, предпочитают заменить его другим, например либерализм [По очевидным причинам еще больше проблем с термином "коммунизм", который, за исключением российского понимания, следует использовать как синоним социализма.]. Поэтому я и считал необходимым коротко остановиться на классификации.

3. Причины, по которым, как мы полагаем, капиталистический порядок имеет тенденцию к саморазрушению, а централистский социализм, — с учетом упомянутых выше пояснений, — является его вероятным наследником, я уже объяснял. Вкратце и весьма поверхностно эти причины могут быть сведены к четырем пунктам. Во-первых, сам успех класса деловых людей в развитии производительных сил этой страны и сам факт, что этот успех создал новый жизненный уровень для всех классов общества, парадоксальным образом подорвал социальные и политические позиции этого самого класса деловых людей, экономическая функция которых, хотя и не устарела полностью, но имеет тенденцию к устареванию и к обюрокрачиванию. Во-вторых, капиталистическая деятельность, будучи по сути "рациональной", имеет тенденцию к распространению рационального образа мышления и к разрушению тех привычек к лояльности и к подчинению низших слоев высшим, которые, однако, важны для эффективного функционирования институционализированного лидерства на производственном предприятии: ни одна социальная система не может функционировать, если она базируется исключительно на сети свободных контрактов между (законодательно) равными партнерами, в которой каждый руководствуется не чем иным, кроме собственных (краткосрочных) утилитарных целей. В-третьих, концентрация класса деловых людей на проблемах предприятия и офиса создала политическую систему, структура которой, и интеллектуальный класс, интересы которого развивались независимо, а временами и противоположно интересам большого бизнеса. Последний становится все более неспособным защищать себя от атак, в краткосрочном плане очень выгодных для других классов. В-четвертых, в результате всего этого система ценностей капиталистического общества, хотя и обусловившая его успехи, теряет свою власть не только над общественным мнением в целом, но и над самим слоем "капиталистов". Не надо много времени, — хотя и больше, чем есть в моем распоряжении, — чтобы показать, каким образом современные устремления к обеспеченности, равенству и регулированию (экономической инженерии) объясняются с помощью этих процессов.

Лучший способ убедиться в том, как идет процесс дезинтеграции капиталистического общества, это наблюдать, в какой мере его внутренние особенности принимаются за данные и самим классом деловых людей, и значительным числом экономистов, которые считают себя (на все 100 процентов) противниками социализма и привычно отрицают существование тенденции к его наступлению. Скажу только о последних. Они принимают, не подвергая сомнению, и даже с одобрением:

(1) различные меры стабилизационной политики, направленные на предотвращение спадов или по крайней мере депрессий, а именно — значительные масштабы государственного регулирования деловой конъюнктуры, если не сам принцип полной занятости;

(2) "политику большего равенства в доходах", редко определяя, до какой степени равенства готовы они пойти, и в связи с этим — принцип перераспределительного налогообложения;

(3) богатый ассортимент мер по регулированию цен, нередко обосновываемых с помощью антитрестовских лозунгов;

(4) различную степень государственного контроля, хотя и сильно различающиеся по своим масштабам, над рынком труда и денежным рынком;

(5) неопределенное расширение сферы потребностей, которые ныне или в будущем должны удовлетворяться с помощью государственного предпринимательства, бесплатно или за плату, как, например, потребность в услугах почты;

(6) конечно же, все виды законодательства, регулирующего рынок ценных бумаг.

Мне кажется, на какой-то горе в Швейцарии проходили конгрессы экономистов, которые выразили неодобрение всем этим мероприятиям или большинству из них. Но эти анафемы даже не удостоились каких-либо возражений.

Было бы полным непониманием моей аргументации, если бы вы подумали, что я "не одобряю" или намереваюсь критиковать все эти мероприятия. Не отношусь я и к тем, кто считает все или некоторые из них "социалистическими". Некоторые из них были выдвинуты еще в XVIII столетии консервативными и даже аристократическими правителями, другие содержались в программах консервативных партий и осуществлялись ими задолго до "Нового курса". Все, что мне хочется подчеркнуть, — это то, что мы действительно далеко ушли от принципов капитализма свободного предпринимательства, а также то, что можно развивать и регулировать капиталистические институты — в той мере, в какой речь идет о функционировании частного предприятия, — таким способом, который, хотя и отличается от истинно социалистического планирования, но не слишком сильно. Экономисты, которых я имею в виду, Несомненно, подчеркивают различия, которые, по их мнению, сохраняются.