Читать онлайн «Франклин Рузвельт. Человек и политик (с иллюстрациями)». Страница 207

В частном порядке он высказывался по-другому. Накануне высадки союзников в Нормандии Сталин принял Милована Джиласа из штаба Тито. Призвав югославов не пугать Лондон своим коммунизмом, он продолжал:

— Возможно, вы полагаете, что раз мы с англичанами союзники, то забыли, кто они на самом деле и кто такой Черчилль...

Черчилль — это субъект, который, если за ним не следить, сопрет копейку из вашего кармана. Да, копейку из вашего кармана! Ей-богу, копейку из вашего кармана! А Рузвельт? Рузвельт не таков. Он тянет руку лишь за монетами крупного достоинства...

Стратегия в Европе требовала массирования и сосредоточения сил, единства цели и командования. Стратегия в Тихоокеанском регионе ориентировалась на рассредоточение сил, прагматизм, смену целей, соперничество видов вооруженных сил и командования. Если Рузвельт как администратор долгое время стремился рассредоточить власть среди нескольких подчиненных и позволить им конкурировать друг с другом, то в районе Тихого океана и Дальнего Востока он превосходил себя в этом. В пределах огромной дуги, протянувшейся на 10 тысяч миль от Японии на северо-востоке и далее на юго-запад, Нимиц командовал ВМС в северном и центральном секторах Тихого океана, Макартур — на юго-западе, Стилвелл и Ченнолт — на театре военных действий в секторе Китай — Бирма — Индия. В каждом из этих секторов использовалась своя тактика, делался упор на своеобразное сочетание родов и видов вооруженных сил.

Противоречия возникли в первую очередь между Нимицем и Макартуром. После того как десантные войска Нимица нацелились на острова Гилберта, Кваджелейн и Эниветок, а его тактические соединения безнаказанно распространяли зону своих боевых действий все дальше на запад, адмирал приобретал уверенность в способности своих сил совершить прямой бросок через Тихий океан к Марианским островам, Формозе и побережью Китая. Он не только намеревался обходить небольшие укрепленные острова типа Трук, но не видел никаких оснований для войск рисковать ввязываться в боевые действия на таких больших территориях, как Филиппины. Располагая авианосцами с большим радиусом действия, растущим флотом вспомогательных судов, способных обеспечивать всем необходимым ударные соединения ВМС в море, большим числом «В-29», способных совершать воздушные рейды на большие расстояния, адмирал выступал за продвижение вперед по минимальному количеству островов на кратчайшем пути к Японии.

Макартур гнал японцев назад с дальних рубежей их проникновения на тысячи миль; выкуривал с малых островов, но также и с больших. Кроме того, он был связан обещанием чести — вернуться на Филиппины. Планы флота оценивал очень трезво. Прямое наступление через Тихий океан, докладывал он на заседании Объединенного комитета начальников штабов (ОКНШ), выльется в серию разрозненных мелких ударов десантных сил по позициям противника, укрепленным на большую глубину. Палубная авиация с авианосцев не добьется господства в воздухе в условиях, когда противник пользуется аэродромами на суше. С другой стороны, наступление на его театре войны «начнется с рубежа, расположенного ближе всего к наиболее слабо укрепленной оборонительной линии противника, что гарантирует быстрое продвижение вперед. Это единственный план ведения войны, позволяющий эффективно комбинировать сухопутные силы, ВМС и ВВС». Хорошо укрепленные районы противника можно обойти и позволить им рухнуть в условиях изоляции.

Сомневаясь в поддержке ОКНШ своего плана, Макартур вызвался съездить в Вашингтон, чтобы выступить в Пентагоне и обратиться к президенту. В течение нескольких месяцев Рузвельт медлил с принятием стратегического решения; он даже не пытался посредничать между армией и флотом. С течением времени продолжались дебаты и выдвигались разные планы действий, пока ход событий не закрывал одни возможности и не открывал другие. Тихоокеанская стратегия менее всего контролировала события, скорее являлась их результатом.

Теперь о противнике. Японский флот почти два года придерживался осторожной тактики, поскольку его авианосные соединения уничтожены в сражении у Мидуэя и в более поздних боях, особенно в районе Рабаула. Но императорский штаб не утратил воли к борьбе; он все еще надеялся на крупное морское сражение, которое решит судьбу военно-морского превосходства в центральной части Тихого океана. Случай представился, когда американцы попытались преодолеть ключевой участок оборонительной линии, идущей от Марианских островов через Палау и Вогелкоп к Тимору. Наиболее благоприятная ситуация, чтобы навязать флоту США сражения, возникала, когда он производил высадку десантов и был связан с поддержкой высадившихся войск.

Это решение японцев повлекло за собой одно из величайших морских сражений, потому что именно к Марианским островам привлечено внимание Кинга и Нимица. Наиболее важные острова — Гуам, Тиниан, Сайпан, — у подножия 425-мильной горной цепи, настолько крупны, что могут служить передовыми базами ВМС и ВВС для проникновения в западную часть Тихого океана. Они находятся в 1600 милях от Токио, достаточно близко, чтобы гигантские «В-29» с бомбовой нагрузкой в несколько тонн совершали рейды на территорию противника. А Гуам, сданный японцам в мрачные часы после Пёрл-Харбора, ожидал освобождения. Зная об интересе противника к Марианским островам, императорский штаб приказал в начале 1944 года направить на острова 45 тысяч войск. Хотя американским подлодкам удалось перехватить десяток с лишним транспортов и сухогрузов, направлявшихся на Сайпан, послав на дно около 3600 солдат, а также грузы оружия и военной техники в количестве 4-5 тысяч единиц, Марианские острова, особенно Сайпан, с 35 тысячами солдат гарнизона, представляли собой в июне 1944 года значительные укрепленные бастионы.

В начале месяца, в то время как большие десантные силы штурмовали пляжи Нормандии, другой десант на более чем 500 боевых кораблях и десантных судах со 125 тысячами солдат на борту, две трети из них морские пехотинцы, сосредоточивался у Сайпана, начав свой путь с баз, находившихся на удалении нескольких тысяч миль. В ранние часы, прохладным ясным утром 15 июня, вслед за интенсивным, но малоэффективным обстрелом острова с десятков линкоров и тяжелых крейсеров, занявших позиции в море в 6 милях от острова, с десантных судов высадили морских пехотинцев, которые перебрались через гряду рифов и вышли на пляжи к местности, поросшей кустарником. К наступлению ночи морские пехотинцы закрепились на острове, несмотря на продольный огонь противника. Однако контратаки японцев в этот и следующий день были столь эффективны, что розовые мечты об овладении Сайпаном за несколько дней пришлось оставить.