Читать онлайн «Нострадамус». Страница 116

Три сестры Парки (лат.: tria Fata) – в древнеримской мифологии богини судьбы.

По-видимому, тот же лидер появляется и в катрене 3—35, где уточняется страна его происхождения:

Осталось только выяснить, что такое «глубина Западной Европы» для Нострадамуса. Ответ на этот вопрос можно найти в альманахах: «[Люди, ] пребывающие в самой глубине Запада, окажутся в продолжительных вредных раздумьях, размышлениях над новыми стратагемами и военными хитростями, в частности самые могущественные [люди] счастливейшего Британского острова» (PI 1562, р.125).

«Возникнут… в стороне самых глубинных [жителей] Запада, в частности по всему Британскому острову, некие тайные волнения» (Alm. 1565, octobre).

Получается, что Антихристом, по Нострадамусу, станет англичанин. После его прихода языческие обычаи вернутся в худшем их виде, как об этом говорит катрен 2—30:

«Ганнибаловы» (то есть карфагенские) божества, требовавшие человеческих жертвоприношений, представлялись даже язычникам-римлянам отвратительными, адскими. Жаровни для сожжения тех, кто отказывается поклоняться идолам, упоминаются в библейской книге пророка Даниила (3, 1–9): «Царь Навуходоносор сделал золотой истукан, вышиною в шестьдесят локтей, шириною в шесть локтей, поставил его на поле Деире, в области Вавилонской… Тогда глашатай громко воскликнул: объявляется вам, народы, племена и языки: в то время, как услышите звук трубы, свирели, цитры, цевницы, гуслей и симфонии и всяких музыкальных орудий, падите и поклонитесь золотому истукану, которого поставил царь Навуходоносор. А кто не падет и не поклонится, тотчас брошен будет в печь, раскаленную огнем».

На жаровнях мучили людей и в Древнем Риме. Лактанций в трактате «О смертях гонителей» (XIII, 2–3) пишет: «Некий человек, несмотря на то, что это было небезопасно, с большим мужеством сорвал (со стены) и разорвал на куски этот эдикт, говоря с издевкой, что он представляет победы готов и сарматов. Он был немедленно доставлен, и его подвергли не просто мучениям, но положенным пыткам жаровней, после чего он с поразительным терпением принял смерть на костре».

В катрене 2—46 «обновление времен» (лат.: renovatio temporum) сопровождается целой серией аномальных природных явлений:

Картина «обновления» здесь бесконечна далека от эпических образов Вергилия (Эклога IV, 5): «Сызнова ныне времен зачинается строй величавый…» У Нострадамуса обновление планетного цикла сопровождается смутами, войной, эпидемиями, голодом и зловещими знамениями – небесным огнем, метеорами, необычными дождями. Картина сходна с образами «последних времен» Коммодиана (Апологетическая поэма, 899–904):

Не только войны ослабляют мир; ожидается великий голод, такой сильный, что люди будут поедать листву с деревьев, а молоко у матерей иссякнет:

Языческие обряды вернутся во всей красоте, с жертвоприношениями и воздвижением памятников правителям, как предрекает катрен 3—26:

В Древнем Риме авгуры – одна из древнейших жреческих коллегий, толковавшая волю богов на основании ауспиций – наблюдений за полетом и криком птиц, небесными явлениями, едой священных кур и т. д. Гаруспики в Древнем Риме – жрецы, осуществлявшие экстиспиции – гадание по внутренностям жертвенных животных, а также толковавшие явления природы (гром, молнию и др.). Во второй строке упоминаются авгурские жезлы с загнутыми концами (лат.: lituus), а в третьей – обычай раскрашивать рога жертвенных животных.

В катрене 1—32 Нострадамус затрагивает тему «перемещенной империи»:

У аморфной Священной Римской империи не было общепризнанной столицы, поэтому имперские регалии с течением веков перемещались из города в город. В XVI веке Валуа, раздосадованные монополией Габсбургов на императорскую корону, выдвинули теорию «перемещенной империи» (translatio imperii), согласно которой именно французы, а не германцы, являются законными преемниками древних римлян (и, следовательно, обладают правом на Апеннинский полуостров). Жан Боден в «Методе легкого познания истории» (1566) писал в связи с этим: «Германская империя не является преемником римских форм управления. Немцы распространяют свою власть едва ли на сотой части мира, а король Испании имеет территорию и численность населения куда больше, чем у германцев».[169]

Согласно эсхатологической традиции императорская корона может перемещаться из одной страны в другую, пока последний монарх после Второго пришествия не вернет ее Всевышнему. Ведь монарх – всего лишь наместник Бога на земле в Его отсутствие, и с Его пришествием нужда в светской власти отпадает: «И снимет царь Римский венец свой и возложит его на Крест, и прострет руки свои к небу и передаст царство свое Богу и Отцу» (Слово Мефодия Патарского о царстве народов и последних временах, XII, 7).