Читать онлайн «Записки морского офицера, в продолжение кампании на Средиземном море под начальством вице-адмирала Дмитрия Николаевича Сенявина от 1805 по 1810 год». Страница 160

В четыре часа сели мы не за скудную монашескую трапезу, а за обед самый роскошный, где Cassada, Mille foglie, piato di Priccia o di Premura, приправленный в сахаре цитрон и всякого рода сласти с ванилью и шоколадом, вина и плоды подавались одним за другими. Настоятель показывал остроту ума своего, шутил над Вольтером, превозносил нашего Ломоносова и Державина, шутил насчет женщин и бранил, наконец, Бонапарте; когда встали из-за стола, он приказал воспитанникам петь нежные арии Метастазия и уснул на диване. Мы потихоньку вышли в сад.

Растения в Ботаническом саду рассажены по Линнеевой системе. Монах, трудившийся над оным, с важностью, как бы с кафедры, толковал нам свойство каждого цветка и листка. Вычищенный лес лучше мне понравился, нежели правильный сад, еще не оконченный. Под кровом цитронных дерев, на зеленой площадке, в средоточии всех дорожек, излучинами как бы случайно пробитых, я остановился и с полным от удовольствия сердцем, сказал провожавшему меня монаху: вот поистине прекрасный сад и самый Армидин, конечно, не был лучше сего. «Не знаю, существовал ли оный когда, – отвечал мне монах, – но тот, который мы видите, есть плод столетних трудов». Мы вошли в беседку, построенную на холме, откуда открываются вокруг монастыря прекрасные виды.

С одной стороны показывалась часть песчаной долины, по коей извивалась речка со многими мельницами, с другой – зеленые горы, поросшие лесом, а в промежутках их вдали блистали серебристые волны обширного моря. Беседуя с монахом, между прочим узнал от него о происхождении их братства. В IV веке, в память милосердия cв. Мартына, которое объясняет статуя, поставленная в парадных сенях, основалось их братство. Неизвестно, в какое точно время построен на сем месте бедный монастырь; при владычестве испанцев оный получил богатые поместья, состоящие наиболее в мраморных ломках. Монахов считается ныне 80, из коих 30 живут в Неаполе; они бенедиктинского ордена. Настоятель имеет при дворе немаловажную доверенность.

Монахи приглашали нас остаться ночевать, но нам должно было возвратиться на фрегат; и так, изъявив нашу благодарность за вежливость и гостеприимство, мы сели в коляски, когда уже начинало смеркаться. Вечер был тихий и приятный, мы шли несколько пешком, в аллее; повара и слуги монастырские, как бы не нарочно, вышли пожелать нам счастливого пути и похвалить русскую щедрость. Я с удовольствием дал одному талер, другой с умильным видом просил не забыть и его, я дал сему несколько гарлин, но третий и четвертый также подставили руки, это мне не показалось, и я, не сказав им ни слова, сел в коляску. Кучера наши погнали под гору лошадей так скоро, что можно было догадаться, что и они также участвовали в монастырской трапезе, мы им в том не препятствовали и, хотя на частых поворотах могли сломить себе шею, однако ж скоро и благополучно проехали горд и прибыли к пристани.

Знакомство наше с гвардейскими офицерами, весьма благовоспитанными молодыми людьми, доставило нам многие удовольствия, каковых без их руководства мы не могли бы иметь. Внимание министра нашего Д. П. Татищева удовольствия наши соделало более разнообразными. Его Превосходительство рекомендовал нас многим вельможам, а в новый год в Королевском собрании представил королю и королеве. Их Величествам угодно было приказать открыть нам вход во все общественные заведения. Всякий почти день получали мы пригласительные билеты, то от театральной дирекции, то от благородного собрания, то от какого-либо клуба, то от монастыря на духовную ораторию, словом, мы не видали, как время протекало.

В один день по приглашению гвардейских офицеров мы поехали в Монт-Реале обедать. Древний город сей построен на горе в семи верстах от столицы; дорога к нему, высеченная на боку горы, ведет на вершину оной неприметно; с одной стороны сделаны каменные перила, с другой в некоторых расстояниях красивые, мрамором убранные водометы и между ними насажены душистые кустарники. Близ города из отвесной голой скалы выходит быстрый ручей, текущий вниз по сторону дороги и с стремлением, переходя чрез упавшие с горы каменья, низвергается в обширный водоем, заросший водяными лилиями. На вершине скалы, из коей выходит ручей, поставлена статуя молодого человека, топором поражающего ползущую в воду змею; другой молодой человек с камнем в руках идет к нему на помощь; третья статуя изображает крестьянку, в страхе притаившуюся за пнем согнившего дерева. Сию прекрасную дорогу построил своим иждивением славный монтреальский архиепископ Франциск-Мария Теста, который великое богатство свое употреблял на общеполезные и богоугодные заведения. Город, стоящий под навесом скалы, очень невелик и беден; но вид от него на Палермо бесподобен; название Царской горы[96] дано ему по справедливости.

В городе трактира не было, почему принуждены были занять замаранную хижину и послать своего повара на рынок; но там ничего не достали, и мы должны были бы остаться без обеда, если б градоначальник, посетивший нас, не вызвался прислать все нужное; мы пригласили его с собой обедать; пока оный готовили, пошли осматривать древнюю и славную некогда соборную церковь, которая и доныне почитается епархиальной одного из богатейших архиепископств сицилийских.

Готический храм сей, подпертый со всех сторон кирпичными подпорами, стоит на видном месте, на самом краю скалы, подмытой водой, так что, кажется, скоро должен упасть в пропасть. Частью раскрытая крыша, башенки на оной, разнообразные, узкие, с фигурными железными решетками окна, в коих стекла большей частью разбиты, мох и малые растения, проникшие и утвердившиеся в расщелинах на стенах, придают храму вид глубокой и почтенной древности. Два сильных человека едва могли отворить литые медные врата, лики святых изображены на оных выпукло. Какая жалость! внутренность церкви представляет разрушение. Может быть, мы были последние, видевшие остатки готического великолепия древних греческих церквей; ибо сия есть одна из богатейших, построенных греками, кои и доселе имеют свои церкви и своего епископа в Палермо. Они суть униаты, признающие над собой власть папы. Храм имеет вид базилики. Древняя мозаика на стенах достойна особенного примечания. Оная состоит из самоцветных и составных камней; лики святых представлены во весь рост и очень высоки. Фигуры все греческие, в них нет соразмерности и вкуса, только тени положены с отменным тщанием. Главное достоинство сей мозаики состоит в позолоте. Все пространство, где должен быть воздух, небо и земля, составляет золотое поле, не имеющее и теперь ни одного пятна. Позолота положена на кремне; меня уверяли, что искусство сие ныне потеряно и потому мозаика сия есть редкость, которую все путешественники нарочно приезжают видеть и выковыривать из стены по нескольку кусочков оного. Медный помост церкви; витые прямые толстые и тонкие гранитные, мраморные и медные колонны, одна на другую не похожие, украшающие иконостас резные рамы, из коих образа большей частью вынуты и оставлены только такие, с которых краски уже сошли, составляют нечто необыкновенное, нравящееся взору, может быть, потому, что, взирая на сие отсутствие вкуса, невольно переносишься на 800 лет, когда сооружено было сие здание. Архиепископство Монтреальское основано в 1174 году.