Читать онлайн «Двор российских императоров. Энциклопедия жизни и быта. В 2 т. Том 2». Страница 124

Пес прижился, и Николай II периодически упоминал о нем. 16 февраля 1896 г. он писал в дневнике: «Играли на катке. Мой Иман обрезал себе лапу довольно сильно». Этот каток был устроен для 28-летнего царя в саду Аничкова дворца. Всю зиму 1896 г. практически ежедневно Николай II со своими друзьями играл в русский вариант хоккея – мячом с гнутыми клюшками. На одной из фотографий в компании с друзьями и подругами царя видны две собаки. Белого пса держит на руках младший брат Николая II – великий князь Михаил Александрович, возможно, это и есть Иман. Справа одна из девушек держит за ошейник взрослого пса колли темного окраса – вряд ли это Иман, который тогда был щенком.

Молодой пес сопровождал Николая II и в его велосипедных прогулках: «После чтения сделал хорошую прогулку на велосипеде, с Иманом». Это приволье продолжалось, пока царь жил весной и осенью в Александровском дворце Царского Села, а летом – в Петергофе с их огромными парками. На зиму царская семья возвращалась в Зимний дворец, который с 1896 по 1904 г. был жилой императорской резиденцией. Собаки по традиции сопровождали своего хозяина во всех переездах. Но в Зимнем дворце возможности для прогулок были очень ограничены, а собак, видимо, держали в подвале. Для организации безопасных прогулок царя у жилого, северо-западного ризалита Зимнего дворца был разбит Собственный садик, обнесенный гранитной двухметровой стеной с решеткой. Николай II практически ежедневно выгуливал собак в своем маленьком садике676.

Любопытно, что и эти прогулки царя с собаками стали темой для слухов и «глобальных» выводов. Одна из мемуаристок в феврале 1898 г. упомянула в дневнике: «Романченко говорил, что проходивший возле сада Зимнего дворца мальчик рассказал ему, что, посмотрев в щелку забора, он увидел в саду царя с двумя собаками; царь бросал палку, которую собаки ловили, при этом царь тоже бегал с собаками. По всему видно, что царь еще молод, что подобные развлечения ему интереснее, чем все доклады министров, которые ему приходится выслушивать»677.

Когда Иман подрос, ему подобрали спутницу. 6 ноября 1896 г. Николай II записал: «Гуляли вдвоем с новой собакой – тоже collie – впоследствии супруга Имана». Примечательно, что новую собаку он называл обезличенно: настоящим для него был только его Иман, а все остальные – просто собаками.

У императрицы Александры Федоровны тоже была своя собака – скорее всего, маленькая болонка по кличке Шилка. По крайней мере на некоторых фотографиях Александра Федоровна снята именно с такой собачкой.

Таким образом, на прогулках императорскую чету сопровождали три собаки. 16 декабря 1896 г. Николай II отметил в дневнике: «Сделал большую прогулку один, с тремя собаками – Шилка отлично следует». Три собаки – это, видимо, Иман, Шилка и безымянная подруга Имана.

В октябре 1902 г. Иман внезапно умер. Царь в дневнике назвал его «верным псом», а его смерть – «чувствительным горем». Ветеринар объяснил, что смерть наступила от порока сердца. В послании к матери, императрице Марии Федоровне, Николай II писал из Ливадии: «Другое мое горе, совсем уже личное горе, потеря милого Имана, случилось в самом начале октября, почти в тот же день, что и бедный Ворон… Это была такая умная, верная и добрая собака»678.

После этого он уже не «приближал» к себе ни одну из собак. Иман, как и Ворон, был похоронен на Детском острове в Александровском парке Царского Села. Над его могилой также соорудили гранитную пирамиду. Вскоре к могилам на Детском острове добавились еще маленькие пирамидки, под которыми были захоронены Шилка и Эйра – собачки императрицы. Эйра – декоративная комнатная собачка породы скотч-терьер, которую очень любила императрица Александра Федоровна. Когда Эйра умерла, императрица плакала. А вот Вырубова эту собачку не любила, поскольку она имела обыкновение неожиданно бросаться из-под кресла или кушетки679.

Все эти, казалось бы, малозначительные эпизоды весьма полно характеризуют особенности личности Николая II, о которых по сей день спорят историки. Если для Александра III его пес Камчатка был настоящим другом, о гибели которого он искренне горевал долгие годы, то для Николая II его собаки были только привычным антуражем – они являлись некоей собственностью, к которой он привык и о потере которой горевал недолго. Так же он относился и к людям. Поэтому неудивительно то, с какой легкостью в феврале 1917 г. пала монархия, а императорская семья моментально оказалась в трагическом одиночестве. Это было платой за многолетнее пренебрежение верными людьми.

После Имана у Николая II были другие собаки, но уже безымянные. В своем дневнике он называл их просто собаками. Они продолжали сопровождать хозяев во время сезонных переездов по пригородным дворцам. В январе 1904 г. императорская семья задержалась в Царском Селе, и Николай II отметил в дневнике: «Сделал длинную прогулку без собак, т. к. их уже перевезли в город». А в марте 1904 г. он писал: «Днем долго гулял с собаками». Лето 1904 г. семья, как обычно, проводила в Петергофе, и вновь упоминание: «Возился с собаками у моря».

В 1905 г. царская семья перебралась на постоянное жительство из Зимнего дворца в Петербурге в Александровский дворец Царского Села, который был окружен прекрасным, ухоженным парком и где для животных имелись прекрасные условия. Личных собак царской семьи по традиции содержали на средства Министерства императорского двора680. Поскольку собак было достаточно много, то для них непосредственно в подвале Александровского дворца была устроена так называемая собачья кухня.

Самого Николая II на прогулках сопровождали его шотландские овчарки – колли. По воспоминаниям А. А. Вырубовой, их было одиннадцать. Для них рядом с Александровским дворцом соорудили специальный собачий домик. Как писала фрейлина С. К. Бухсгевден: «Выпив стакан чаю, выкурив папиросу, он выходил в парк на короткую прогулку со своими любимыми «колибри» (породистые собачки), которые жили в конурах в саду, им не разрешалось входить внутрь дворца»681.

Рядом с монархом были и другие собаки. В 1906 г. распоряжением дворцового коменданта Д. Ф. Трепова, отвечавшего за охрану и безопасность царской семьи, близ Александровского дворца в селе Александровка был устроен питомник для сторожевых собак. Позже такой же питомник организовали и в Петергофе. Этих собак использовали для охраны периметра Александровского парка в Царском Селе и других пригородных императорских резиденций.

Все эти факты достаточно известны. Вместе с тем в отношениях последней царской семьи к собакам есть и малоизвестные страницы. Николай II, как его дед и отец, был страстным охотником. По принятому в Министерстве императорского двора порядку в конце каждого охотничьего сезона составлялся итоговый список царских охотничьих трофеев. Так вот, в этом списке у Николая II наряду с традиционными медведями, зубрами, оленями, волками постоянно присутствовали и другие «хищники», причем в неимоверных количествах. Например, вороны – их царь отстреливал из винтовки, гуляя по аллеям Александровского парка. Об этом он упоминал в своем дневнике. За шесть лет он застрелил 20 547 ворон. Цифра велика, но не потрясает. Наряду с воронами он, видимо, периодически отстреливал и других «хищников» – бродячих кошек и собак. По подсчетам автора с 1884 по 1911 г., то есть за 27 лет, Николаем II были застрелены 11 582 бродячие собаки, 18 679 бродячих кошек682. Получается, что Николай II в среднем уничтожал по 429 собак ежегодно и по 36 собак ежемесячно. Причем он занялся отстрелами собак с 1884 г., когда ему исполнилось 16 лет, начав с 12 собак в год, и самым «успешным» для него стал 1909 г., когда ему удалось установить личный «рекорд», убив 903 собаки.