Читать онлайн «Флагман штурмовой авиации». Страница 67

Штурмовики, сделав заход, подавили сначала зенитки, затем с отвесного пикирования стали прочесывать парк…

Генерал Венк начал первые атаки на участке Белитц-Трейенбритцен, стремясь прорвать позиции 5-го гвардейского мехкорпуса генерала И. П. Ермакова силами пехотной дивизии «Теодор Кернер» и 243-й бригады штурмовых орудий. Срывая яростные атаки гитлеровцев, гвардейцы Ермакова стояли насмерть.

В разгар этих событий на КП генерала Ермакова приехали Лелюшенко и Рязанов. Отсюда, с крыши одного из домов на окраине Трейенбритцена, они нацеливали грозные машины на танковые группы 12-й армии. Штурмовики корпуса произвели в этот период четыреста самолето-вылетов, сожгли десятки танков, уничтожили огромное количество живой силы врага. Мастерски обрабатывали наземные цели, показали истинно рязановскую школу штурмовки летчики И. Бойко, Б. Бондарев, А. Исаев, Н Петров, С. Перегудов, Н. Опрышко, П. Шакурин, С. Щербаков, К. Алдыяров, В. Сухов, Н. Новиков, И. Голик, Б. Щенников, В. Тостановский, С. Земцев, В. Лобов, Г. Мушников, В. Зотов, П. Новожилов, А. Суворов, Н. Лапутин…

Рядом с ними действовали надежные стражи экипажей воздушные стрелки Н. Губасов, И. Гребенсков, Н. Сидоркин, М. Митраков, Н. Тихомиров, С. Кобзарев, В. Зайцев, К. Тюрин, В. Шорохов, В. Синельников, Г. Белоус, Е. Снегирев, А. Андреев, Д. Глазырин, Ф. Чибиряк, В. Ваньжа, А. Махлай, С. Кудляк, В. Уланов, Е. Артамонов, С. Грузнов…

Огромный вклад в исход последних сражений внесли и истребители прикрытия И. Гнездилов, Н. Лошак, В. Шевчук, А. Овчаренко, В. Артамонов, В. Поваров, В. Усов, И. Ганенко, Б. Михайлов, А. Максимов.

Потерпев неудачу, гитлеровцы перенесли свои усилия на новое направление — на Белитц.

Помню, генерал В. Г. Рязанов после двух бессонных суток прибыл на НП командира 12-й гвардейской мехбригады полковника Г. Я. Борисенко, оборудованный на вышке бывшего жандармского управления Луккенвальде.

Накануне, после полуночи 1 мая, наземная разведка обнаружила в лесу юго-западнее Луккенвальде большое скопление гитлеровцев. Едва забрезжил рассвет, противник открыл сначала плотный артиллерийский огонь, а вслед за обстрелом из леса повалили густые цепи пехоты.

Не преувеличу, если скажу, что накал боя достиг своей высшей точки: подразделения полковника Борисенко еле сдерживали натиск обезумевших немцев, рвущихся на запад.

Все было пущено в ход: бойцы и командиры отбивались гранатами и трофейными фаустпатронами, дело доходило до рукопашной. Для бригады создалась напряженная обстановка, на исходе были боеприпасы. Что делать? Вызывать авиацию? Но ведь немцы подошли вплотную к боевым порядкам бригады, обтекали ее оборону. При таком тесном соприкосновении войск штурмовка с воздуха не допускалась. И все же генерал Рязанов рискнул, принял это единственно спасительное решение — вызвал своих штурмовиков.

Когда «илы» оказались в указанном квадрате, речь уже шла не о районе штурмовки — Василий Георгиевич отдал приказ на штурмовку контратакующего противника. У многих командиров экипажей, как они позже рассказывали, волосы встали дыбом: штурмовать квадрат, где работал сам генерал Рязанов! Даже переспросили, Но он спокойно повторил:

— Бейте!

Никогда еще летчики не испытывали такого напряжения. Каждый старался бить идеально точно. «Ильюшины» «клевали» и «клевали» фашистов, пока те не поползли в разные стороны…

«Штурмовики Рязанова, — писал в своих мемуарах „Записки командующего фронтом“ Маршал Советского Союза И. С. Конев, — имевшие большой опыт борьбы с танками, и на этот раз превосходно показали себя. Парируя удар достаточно сильной и крупной группировки противника, они помогли не только 5-му гвардейскому мехкорпусу и армии Лелюшенко, но и всему нашему фронту».

Разгром гитлеровцев в Берлинской операции стал для 1-го гвардейского штурмового авиакорпуса вершиной его боевого мастерства. Тесно взаимодействуя с общевойсковыми соединениями, он наносил неотразимые удары по врагу, разрушал его оборонительные сооружения, подавлял огневые средства и живую силу, бомбардировал колонны гитлеровцев на дорогах, при выдвижении их из глубины обороны, на выходе из окружения, нарушал управление. В конечном счете боевое применение авиации в Берлинской операции наиболее полно выражало сущность той формы ведения боевых действий, которая в годы войны именовалась авиационным наступлением.

Родина высоко оценила боевые действия авиаторов.

В приказе Верховного Главнокомандующего № 359 от 2 мая 1945 года в связи с завершением разгрома берлинской группировки и овладением городом Берлин были отмечены многие, объединения, соединения и авиационные части, в том числе и гвардейский штурмовой авиакорпус генерала В. Г. Рязанова. Корпусу было присвоено почетное наименование «Берлинский».

8 мая представители поверженной фашистской Германии подписали акт о безоговорочной капитуляции. Но войне еще не пришел конец. В Чехословакии действовали войска группы армий «Центр» и «Австрия», которыми командовали фельдмаршал Ф. Шернер и генерал Л. Рендулич. Они отказались капитулировать и стремились вывести свои дивизии для сдачи в плен американской армии. Необходимость усилить удары по врагу, не допустить его прорыва на запад и завершить освобождение Чехословакии диктовала и внутренняя обстановка, сложившаяся к началу мая. По этой причине командование 1-го Украинского фронта в небывало короткий срок произвело переброску войск из района Берлина на дрезденское направление.

Решительным натиском советские войска сломили сопротивление вражеских дивизий и устремились к Праге, в ночь на 9 мая передовые отряды с различных направлений вступили в город. Над Златой Прагой взвилось Красное Знамя.

Под занавес произошло следующее: наши танкисты наголову разбили гитлеровцев под Дрезденом, развили высокий темп наступления к Праге. И здесь в штаб фронта принесли радиограмму: «Нахожусь в Праге. Еременко».

Маршал И. С. Конев расстроился: ведь его командармы Рыбалко и Лелюшенко должны там быть первыми, почему же в Праге оказался командующий войсками 4-го Украинского фронта генерал А. И. Еременко?

Иван Степанович приказал вызвать по радио Рыбалко или Лелюшенко, выяснить обстановку, но те молчали. Тогда он связался со штабом 2-й воздушной армии, спросил генерала С. А. Красовского:

— Вы знаете, что наши войска вступили уже в столицу Чехословакии?

— Да, об этом донесли воздушные разведчики.

— Какие же части там находятся? Мне доложили, что в Праге сейчас Еременко.

— Трудно сказать…

— Пошлите своих летчиков и уточните, кто же вошел в город.