Читать онлайн «Влюбленный Дракула». Страница 135

Что касается романа, вышедшего из-под пера рыжеволосого писателя, то, несмотря на всю рекламную шумиху, поднятую вокруг этого опуса, и довольно бойкий язык, которым он написан, книга не завоевала успеха ни у читателей, ни у критики. Полагаю, роман ожидает участь, постигающая большинство сочинений подобного рода, — немногочисленные читатели очень скоро его забудут, и через несколько лет книги, залежавшиеся на прилавках, будут отправлены на свалку или же в огонь. На полках библиотек этим злополучным книжонкам суждено пылиться несколько дольше, но и оттуда их выбросят, чтобы освободить место для новых, более увлекательных плодов человеческого воображения. Боюсь, мои дети, увидев в одной из таких пустых историй имена своих родителей, окажутся в плену заблуждения; для того, чтобы рассказать им правду, я и предприняла этот труд.

«Моя дорогая Мина, почему мужчины так благородны, а женщины так мало достойны их?»

«Отважная мужская кровь — лучшее средство для женщины, попавшей в беду».

В романе Брэма Стокера «Дракула» вы встретите множество подобных утверждений, причем ни в одном из них не ощущается ни малейшего привкуса иронии. Сегодня этот роман нередко воспринимается как предостережение против женской сексуальности, которая заявила о себе в конце девятнадцатого века. Именно поэтому мне захотелось вывернуть эту историю и представить читателю ее изнанку, так называемую «подсознательную подкладку», высветив те культурные мифы, а также страхи и предрассудки, которыми насквозь пропитано творение Стокера.

В эпоху, когда был написан «Дракула», женщины, за исключением тех немногих, что пополняли ряды сторонниц эмансипации, были всецело привержены викторианским идеалам чистоты и добродетели. Полное отсутствие сексуальных желаний считалось единственно возможной нормой. Я изобразила психиатрическую клинику доктора Сиварда такой, какой она могла быть в те времена, сделав ее пациентами не опасных для общества безумцев, но женщин, единственный недуг которых состоял в том, что сегодня мы назвали бы нормальным сексуальным аппетитом. Истории болезни пациенток клиники я почерпнула из подлинных документов конца девятнадцатого века, с которыми познакомилась в архивах королевской больницы в Бетлеме, более известной как Бедлам. (Исключение составляют эксперименты фон Хельсингера по улучшению женской породы посредством переливания женщинам мужской крови. Эти псевдонаучные опыты всецело являются плодом моей фантазии.)

Не могу не отметить двух удивительных совпадений, произошедших во время работы над этой книгой. Я избрала Слиго местом рождения Мины прежде, чем выяснила, что именно в этом графстве появилась на свет матушка Брэма Стокера, рассказавшая своему сыну множество народных преданий о духах и привидениях. Характер одной из героинь, одноклассницы Мины, эмансипированной журналистки по имени Джулия Рид, я придумала задолго до того, как прочла записи Стокера, где встречается сходный персонаж. У Стокера подругу Мины зовут Кейт Рид, и я, пораженная подобным совпадением, решила переименовать свою героиню. У Стокера поместье Дракулы находится в Стайрии, и я сохранила это местоположение, дабы указать фанатам вампирских историй на источник своего вдохновения.

Вампир, порожденный фантазией Брэма Стокера, произвел на свет щедрое литературное потомство. Мне хотелось привлечь внимание к историческим и мифологическим корням этого героя, некогда воспламенившего мое детское воображение, вновь посетить мир, где женщины исполнены магической силы, столь опасной для некоторых мужчин. Надеюсь, бессмертная душа мистера Стокера, которому я глубоко благодарна за его замечательное творение, примет мою книгу с благосклонностью. Надеюсь также, что всякий, кто откроет мой роман, прочтет его с таким же увлечением, с каким я его писала.

Приношу свою глубокую признательность не только тем, кто помог мне в работе над этим романом, но и всем, кто сделал возможной мою писательскую карьеру. В Даблдей Билл Томас и Эллисон Каллгэн вдохновили меня на освоение литературной территории, и Эллисон, с ее твердой рукой, тонкой интуицией и неизменной готовностью к сотрудничеству, немало сделала, чтобы вселить в меня уверенность в собственных силах. Я благодарна Тодду Дафти и Эдриен Спаркс за их искренний энтузиазм и творческое мышление. В точности то же самое я могу сказать и о Рассел Перролт и Лизе Вейнерт из издательства Винтаж/Анкор (Vintage/Anchor). Благодарю креативного директора Джона Фонтана за то, что он снабдил меня прекрасными книгами; Нору Рейхард за ее ангельское терпение и усердие; всех сотрудников за их неизменную поддержку. Я счастлива, что моя книга вышла в свет именно в Даблдей и Винтаж/Анкор (Vintage/Anchor).

Эми Уильямс из Нью-Йорка, Дженни Фрэнкел и Николь Клеменс из Лос-Анджелеса я с полным правом могу назвать не только своими представителями, но и творческими партнерами и верными друзьями. Не представляю, что бы я делала без этого триумвирата энергичных женщин.

В Лондоне Кэти Хикман распахнула передо мной двери своего дома, ввела меня в общество своих друзей и помогла мне в решении многих проблем. Каролин Келлетт-Фрейси оказала мне неоценимое содействие в эзотерических изысканиях. По эту сторону океана мои давние друзья Вирджиния Филд, Элани Спербер и Ник Манзи делали все от них зависящее, чтобы вселить в меня бодрость духа.

В течение пятнадцати лет Брюс Фейлер («Совет Брюса») поощрял мои амбиции, разрешал мои сомнения и прилагал немало усилий, чтобы я поверила в себя как в писателя. Майкл Кратц оказывал мне поддержку всегда и во всем. В зависимости от того, в чем я больше нуждалась в данный момент, Беверли Кил щедро одаривал меня то своей душевной теплотой, то своим острым как бритва юмором. Я не знаю более внимательного и чуткого слушателя, чем С. В. Кортнер, которая по моей милости провела не один час с телефонной трубкой у уха. Мой брат Ричард с энтузиазмом читал все, выходившее из-под моего пера, и сделал мне немало дельных замечаний. Мама и отчим изрядно надоели всем своим друзьям и знакомым, вознося моему будущему роману самые беззастенчивые хвалы.

В Лос-Анджелесе неизменный оптимизм Винса Джордана помогал мне не опустить руки, а длинные задушевные разговоры с Джейн Маккей служили источником творческих сил. Циничный юмор Кейт Фокс служил замечательной приправой к превосходной еде и винам, которыми она меня снабжала. Благодаря заказанным ею авиабилетам я смогла посетить экзотические страны, в которых происходит действие моих книг. Мою дочь Оливию я с полным правом могу назвать своей музой, так как она не только вдохновляла и вдохновляет меня, но и является прообразом многих моих героинь. Именно ей, моей отважной и жизнерадостной девочке, я посвящаю эту книгу.