Читать онлайн «Принципы экономической науки». Страница 225

Следовательно, в случае с товарами, в отношении которых закон возрастающей отдачи проявляется с максимальной силой или, иными словами, нормальная цена предложения которых быстро снижается по мере увеличения их производства, прямые затраты на поощрительную субсидию—достаточные, чтобы привести к резкому увеличению предложения по намного более низкой цене,- окажутся значительно меньше обусловленного ими прироста потребительского избытка. А когда оказывается возможным широкое соглашение между потребителями, может быть достигнута договоренность об условиях, при которых такое сильное действие указанного закона обеспечит достаточное вознаграждение для производителей и которые одновременно сохранят значительные выгоды для потребителей. [Хотя он и не имеет большого значения, случай с многократным состоянием (устойчивого) равновесия служит хорошей иллюстрацией ошибочности доктрины максимального удовлетворения, когда ей приписывают значение универсальной истины. Дело в том, что прежде всего достигается состояние, при котором товар производится в небольшом количестве и продается по высокой цене, когда же оно достигнуто, его, согласно рассматриваемой доктрине, будут считать таким состоянием, которое приносит абсолютный максимум совокупного удовлетворения. Между тем иное состояние равновесия, соответствующее большему объему производства и более низкой цене, окажется в равной мере удовлетворительным для производителей и намного более удовлетворительным для потребителей; превышение потребительского избытка во втором случае над потребительским избытком в первом отражает увеличение совокупного удовлетворения]

§ 6. Простейшей представляется идея, согласно которой общество облагает налогом свои собственные доходы или производство товаров, подчиняющихся закону убывающей отдачи, и использует налог для предоставления поощрительной субсидии производству товаров, в отношении которых проявляет наибольшую силу закон возрастающей отдачи. Однако, прежде чем вступить на этот путь, обществу пришлось бы принять в расчет соображения, не входящие в сферу действия рассматриваемой здесь нами общей теории, но тем не менее имеющие большое практическое значение. Ему пришлось бы прикинуть прямые и косвенные издержки, связанные со сбором налога и реализацией поощрительной ссуды, учесть возможные лазейки для обмана и коррупции, а также опасность того, что люди, занятые в производстве, получившем субсидию, и в других производствах, надеющихся получить ее, отвлекут свою энергию от управления собственными предприятиями и сосредоточат ее на том, чтобы управлять людьми, ведающими субсидиями.

Помимо этих полунравственных проблем, здесь возникают другие вопросы строго экономического характера, относящиеся к влиянию, какое способны оказать конкретный налог или субсидия на интересы земельных собственников — городских или сельских, — владеющих землей, пригодной для производства данного товара. Это вопросы, которые не следует игнорировать, но они столь сильно различаются между собой по своим конкретным особенностям, что их здесь невозможно подвергнуть надлежащему анализу. [Пример с налогом на продукцию сельского хозяйства будет рассмотрен позднее с помощью графиков, аналогичных тем, какие изображают плодородие земли (см. кн. IV, гл. III). Рента земельных собственников поглощает известную долю совокупной продажной цены почти всех товаров; не будет большой ошибкой допущение, позволяющее на рис. 33 (воспроизведение рис. 31) примерно изобразить важнейшие аспекты этой проблемы.

В Приложении H, § 1, мы покажем, что мы, строго говоря, не вправе предполагать, что издержки выращивания продукта на более плодородных почвах и при более благоприятных условиях не зависят от масштабов, которых достигает производство, поскольку больший масштаб производства способен привести к лучшей организации если и не самого сельскохозяйственного производства, то вспомогательных отраслей, особенно транспорта. Однако мы можем позволить себе принять это допущение временно, с тем чтобы получить четкое представление о самых общих контурах проблемы, хотя при этом не следует забывать, что при всяком практическом применении основанных на нем общих положений необходимо принимать в расчет факты, которые мы здесь игнорируем. Итак, при указанном допущении SS' - это кривая предложения до введения налога, а рента землевладельца - CSA. После введения налога и повышения кривой предложения до положения ss' «рента земельного собственника приобретает величину, на которую cOha — общая цена, полученная за Oh продукта, проданного по цене ha, - превышает общую сумму налога cFEa вместе с OhES общих издержек производства Oh продукта, исключая ренту, т.е. она превращается в FSE (на графике кривая ss' имеет ту же форму, что и SS', подразумевая тем самым, что налог специфичен, т.е. что он представляет единообразный сбор с каждой единицы товара независимо от ее стоимости. До сих пор наша аргументация не была связана с этим допущением, но если его принять, можно более коротким путем прийти к новой ренте земельного собственника в положении csa, которая таким образом равна FSE). Итак, уменьшение ренты землевладельца - это CFEA, а прибавив сюда сокращение потребительского избытка сСАа, получаем cFEAa, превышающую суммарный налог на аАЕ.

С другой стороны, прямые выплаты в рамках поощрительной субсидии превышают прирост потребительского избытка и прирост нового избытка у земельного собственника, исчисленные на основе принятых выше допущений. Принимая ss' за первоначальное положение кривой предложения и SS' за ее положение после предоставления субсидии, новый избыток землевладельца, согласно этим допущениям, - это CSA или, что то же самое, RsT; этот новый избыток превышает прежнюю ренту земельного собственника csa на RcaT. Прирост потребительского избытка - это сСАа; а поэтому суммарная субсидия, представленная RCAT, превышает прирост потребительского избытка и ренту землевладельца, вместе взятые, на величину ТаА.

По соображениям, изложенным в Приложении Н, § 3, допущение, на котором строится эта аргументация, неприменимо к случаям, когда кривая предложения имеет отрицательный наклон]

§ 7. Уже сказанного выше достаточно, чтобы показать смысл второго крупного ограничения, которое следует ввести в доктрину, а именно что максимальное удовлетворение вообще достигается путем поощрения каждого индивидуума расходовать свои собственные средства таким образом, чтобы это лучше всего отвечало его желаниям. Очевидно, что, когда он тратит свой доход с расчетом увеличить спрос на услуги бедных и повысить их доходы, он присовокупляет что-то большее к общему счастью, чем когда он прибавляет равное количество к доходам богатых, так как богатство, приносимое бедному человеку добавочным шиллингом, гораздо больше, чем богатство, приносимое тем же шиллингом богатому человеку; очевидно также, что он делает добро, покупая вещи, производство которых поднимает достоинство тех, кто их изготовляет, вместо того чтобы покупать вещи, производство которых снижает это достоинство [Ср. кн. III, гл. VI]. Но в дальнейшем, даже если мы допустим, что счастье стоимостью в один шиллинг имеет равное значение для всякого, кому оно достается, и что всякий потребительский избыток стоимостью один шиллинг имеет одинаковое значение независимо от того, от какого товара он проистекает, даже если мы все это допустим, мы все же должны признать, что способ, каким индивидуум тратит свой доход, представляет для общества непосредственный экономический интерес. Дело в том, что до тех пор, пока он тратит его на вещи, которые подчиняются закону убывающей отдачи, он увеличивает трудности приобретения этих вещей своими соседями и, таким образом, сокращает реальную покупательную способность их доходов.