Читать онлайн «Философы от мира сего». Страница 100

     Это еще не все. Под воздействием конкуренции все участники неизменного круговорота будут получать причитающуюся им за участие в производственной деятельности долю, но не более того. Иначе говоря, конкуренция среди работодателей заставит их выплачивать работникам всю ценность производимого последними продукта, а владельцы земли и других природных ресурсов будут получать в качестве ренты ту ценность, что была создана их собственностью. Выходит, рабочим и землевладельцам причитается своя доля в круговом потоке доходов. А что же капиталисты? Приготовьтесь к очередной неожиданности. Если не считать их заработков как управляющих процессом, капиталисты не получат ничего. Причина очень проста: если принадлежащие им средства производства и создавали какую-либо ценность, то она уже давно была выплачена рабочим и землевладельцам в качестве компенсации за использование их ресурсов. Таким образом, Рикардо и Милль правы: в статичной экономике нет места прибыли!

     Почему же Шумпетер демонстрирует нам такой странный, если не сказать искаженный, портрет системы? Похоже, мы способны угадать цель, которую он преследует: модель статичного капитализма необходимо построить для того, чтобы обнаружить источник прибыли.

     Многие экономисты отнеслись к этому вопросу с излишней робостью. Смит метался между взглядами на прибыль как вычет из созданной трудом стоимости и как на своего рода отдельный доход, заложенный в самом капитале. Если прибыль и правда являлась вычетом, это автоматически означало, что труд обманули; если же она была произведена капиталом, то неясно, почему вознаграждение доставалось владельцу машины, а не ее изобретателю или пользователю. Милль предположил, что прибыли - плата капиталистам за своеобразную "умеренность", но не смог объяснить, с какой стати капиталистам полагалась плата за деятельность, соответствовавшую их собственным интересам. Иные экономисты говорили о прибыли как доходе на "капитал" в таком тоне, словно лопата сама получала вознаграждение за свои труды. Разумеется, Маркс утверждал, что Смит был прав, пусть и не подозревал об этом, - прибыли действительно представляли собой вычет из стоимости, созданной рабочим. Но поскольку речь шла о давно дискредитированной трудовой теории стоимости, никто и не думал принимать его точку зрения всерьез.

     Шумпетер предложил блистательный ответ на беспокоивший всех вопрос. Он сказал, что источник прибылей не стоит искать ни в эксплуатации рабочих, ни в вознаграждении капитала. Они были логичным следствием принципиально иного процесса. Прибыли в статичной экономике возникали в том случае, если круговой поток доходов сбивался с привычного ритма.

     Теперь мы в состоянии оценить, насколько удачным был выбор весьма нереалистичного кругового потока в качестве отправной точки для анализа. Рутинный ход событий может быть нарушен в силу многих причин, но одна из них выделяется на общем фоне. Речь идет о технологических или организационных инновациях - новых или более дешевых способах производства продукции либо путях создания абсолютно новых вещей. В результате этих инноваций возникает поток доходов, которые нельзя отнести на счет собственников труда или природных ресурсов. Новая технология позволяет предприимчивому капиталисту создавать те же продукты, что и у конкурентов, но с меньшими затратами, точно так же, как удачно расположенный кусок земли давал возможность своему владельцу снизить издержки производства зерна по сравнению с его не так хорошо расположившимися собратьями. И опять-таки как счастливый земельный собственник передовой капиталист получает своего рода "ренту", равную разнице в издержках. Только эта рента не является следствием посланных свыше преимуществ в расположении или плодородности почвы. Она итог сплава воли и прозорливости новатора и исчезнет в ту минуту, когда остальные капиталисты раскусят секрет первопроходца. А значит, новый поток доходов не есть более или менее постоянная рента. Это преходящая прибыль.

     За инновацией не может не стоять новатор - тот, кто совмещает привычные факторы производства с прежде неизвестным способом. Он нисколько не похож на "нормального" бизнесмена, следующего принятым правилам. Человек, который нарушает мерное течение экономической жизни, принадлежит к совершенно другому классу, а точнее группе, поскольку новаторы вовсе не обязательно происходят из одних и тех же слоев общества. Шумпетер обратился к словарю ранних экономистов и извлек оттуда слово entrepreneur - перекочевавшее из французского в английский язык обозначение предпринимателя. Именно так он и нарек этих революционеров от производства. Таким образом, предприниматели с их новаторской деятельностью и были истинным источником прибыли в капиталистической экономике.

     Конечно, "Теория экономического развития" была не просто хвалебной песней предпринимателю. Из шумпетеровского анализа влияния инноваций на круговорот доходов вытекает не только теория происхождения прибыли, но также процента и кредита, не говоря уже об объяснении природы колебаний экономической активности. Шумпетер говорил, что, как правило, инновациями занимались лишь самые выдающиеся участники рынка, и если шанс стать лидером выпадает нечасто и ноша это тяжелая, то быть последователем почти ничего не стоит. За новатором, по выражению самого Шумпетера, устремляется рой имитаторов. Как следствие - улучшение быстро распространяется по всей отрасли, и волна банковских ссуд и инвестиций заставляет экономику расти. А стоит новой идее пойти в тираж, как новизна пропадает, а с ней улетучивается и разница в издержках. Конкуренция пристально следит за тем, чтобы цена установилась на уровне новых издержек производства; с воцарением привычных практик снижается до нуля и прибыль. Падение прибыли отрицательно влияет на уровень инвестиций. В результате, если хотя бы часть толпы последователей переусердствует со своими инвестициями или ошибется в выборе момента, возникнет опасность спада.

     Мы еще вернемся к трактовке Шумпетером бизнес-циклов, сейчас же нас больше интересует его увлечение ролью самих предпринимателей. Обратите внимание, что шумпетеровский предприниматель не обязательно получает прибыль, хотя и единолично участвует в ее создании. Прибыль достается владельцу предприятия, точно так же как рента - собственнику земли. Даже в большей степени, чем капиталист из трудов Рикардо, шумпетеровский предприниматель оказывается жертвой запущенных им же самим процессов.