Читать онлайн «Предостережение». Страница 117

Вывод из сказанного один: пока преобразования общества проводились в рамках советской системы, то есть в целях ее улучшения, а не демонтажа, дела в стране шли в гору.

Пришедшие к власти «демократы», подобно саранче, пожирают на своем пути плоды народного труда, не создавая ничего путного. Перестройка потеряла социалистическую, подлинно демократическую направленность и завершилась в 1991 году государственным переворотом, развалом Советского Союза. Об этом писал я в 1991 году, и каких-либо оснований для пересмотра этой точки зрения нет. Более того, время подтвердило, к сожалению, ее правильность.

Как это могло произойти?

То, что произошло в нашей стране, — это прежде всего результат ослабления, а затем ликвидации руководящей роли КПСС в обществе, выталкивание ее из большой политики, идейного и организационного разрыхления КПСС. Образование в ней фракций, проникновение в руководящий состав партии и государства, партийных и властных структур республик карьеристов, национал-сепаратистов, политическое перерождение группы руководителей страны во главе с Горбачевым, переход их на позиции ликвидаторства компартии и Советского государства — все это звенья одной цепи уничтожения КПСС. Горбачев самовольно оставил пост Генерального секретаря, не созвав Пленума ЦК, не дал отпор действиям Ельцина, подписавшего указ о запрете КПСС и беловежское соглашение о расчленении СССР.

Сейчас и тот, и другой сваливают свою вину на коммунистов, на КПСС. Парадоксально, но факт. Как тут не вспомнить тех людей (со многими из них мне приходилось встречаться), которые после пребывания по 10—15 лет в тюрьмах в 30 — 40-е годы сохранили преданность Советской власти, идеям социализма. Писатель В.Д.Успенский, автор романа о Сталине «Тайный советник вождя», пишет, что «самому довелось пройти тюрьму, этапы, ссылку. Однако личные невзгоды не ослепили меня…

Без Сталина не победили бы мы в самой страшной войне и уже тогда превратились бы в нацколонию, в сырьевой придаток Запада, что и пытаются сделать с нами сейчас». В.Д.Успенский участвовал в боях с гитлеровскими захватчиками.

Такие люди не «фанатики» и не порождение «пропаганды тоталитарного режима», как пытаются представить их демократы-антисоветчики, а настоящие коммунисты, большие патриоты нашей Родины.

То, как идейно разоружали КПСС засевшие в ней ревизионисты, можно видеть на примере соотношения классовых и общечеловеческих интересов. В Политбюро в то время обозначились две диаметрально противоположные позиции — одну занимал я, другую — А.Н.Яковлев. Присягавший в течение десятилетий классовому подходу к явлениям в общественной жизни, Яковлев к концу 80-х годов во время перестройки полностью сменил классовые ориентиры на общечеловеческие ценности, стал проповедником бесклассовой оценки общественно-политических процессов.

Такая природа людей ведет родословную с древних времен. Согласно одному священному писанию иудей Савл яростно преследовал христиан, затем обратился в христианство и стал его проповедником — апостолом Павлом. А.Н.Яковлев, подобно превращению Савла в Павла, из гонителя буржуазных взглядов превратился в защитника, пропагандиста капиталистического образа жизни.

Что касается моей позиции, то она состояла в следующем: общечеловеческие ценности не должны подменять классовый подход к политическим явлениям, событиям в обществе.

— Приоритетное решение общечеловеческих проблем, прежде всего устранение ядерной угрозы, отнюдь не означает какого-либо искусственного «притормаживания» социальной и национально-освободительной борьбы, игнорирования классовых противоречий и антагонизмов… — сказал я в своем выступлении в 1988 году в г. Горьком.

Сейчас Яковлев и ему подобные политические лицемеры и перерожденцы защищают классовые интересы нарождающейся буржуазии и обслуживающей ее правящей верхушки. Как верно заметил политик философ А.Капто: «Называйте этот подход, как хотите: не классовый, а, скажем, клановый, корпоративный, групповой» — от этого смысл не меняется.

Конечно, на деформациях социализма лежит печать ошибок и преступлений, допущенных руководителями партии в 30-е годы, массовые необоснованные репрессии, грубые нарушения законности. Вредные последствия культа личности были вскрыты и преодолены по инициативе КПСС несколько десятилетий назад, но об этом господа псевдодемократы предпочитают не упоминать.

На ходе событий, безусловно, сказалось, что борьба компартии с главной опасностью — антисоциалистическими, национал-сепаратистскими силами — подменялась устранением так называемых консервативных сил, выразителем которых считали Лигачева, выступавших на самом деле за улучшение, реформирование общества в рамках советской системы, не допуская ее ослабления и разрушения.

На Пленуме ЦК КПСС в начале 1990 г. я сказал следующее (выступление опубликовано): «…серьезный промах заключается в том, что мы не смогли разглядеть (а некоторые не хотели видеть) главную опасность для перестройки. Жизнь показала, что главную, пожалуй, я бы сказал, смертельную опасность представляют силы националистического, сепаратистского, антисоциалистического толка. Вот где подстерегала нас реальная опасность социализму, Отечеству».

В конце 80-х годов Горбачев, Ельцин, их окружение просто не произносили слово интернационализм, оно исчезло в прессе, в официальных сообщениях, с большим трудом было включено в материалы к XXVIII партсъезду. Между тем социалистический интернационализм был краеугольным камнем в здании Страны Советов.

Еще об одном, говоря о причинах поражения перестройки. В 1990 — 1991 годы возрастал разрыв между товарной массой и доходами трудящихся, остро ощущался недостаток потребительских товаров, нарастало недовольство людей. В республиках, входящих в СССР, набирали силу сепаратистские тенденции. Ослабли позиции СССР на международной арене. В стране возникли политические движения, ориентированные на ликвидацию советской системы и создание общества западной модели. Опираясь на активную поддержку внешних сил, теневую экономику, «элиту» творческой интеллигенции, часть государственного аппарата, путем обмана и демагогии, особенно о так называемых привилегиях номенклатуры, эти движения смогли получить поддержку определенной части общества.

Что же представляли собой привилегии? Так как нигде толком о привилегиях тех лет не написано, мне, пожалуй, с руки рассказать об этом, ибо пройдены многие ступени партийной, государственной, производственной деятельности. Прежде чем стать первым секретарем обкома КПСС в возрасте 45 лет, я прошел в Сибири и в Москве хорошую школу жизни на крупном авиазаводе, в вузе, в комсомоле, в областном Совете, райкоме и обкоме партии, в ЦК КПСС. Прежде чем быть избранным в Политбюро, работал заведующим отделом, секретарем ЦК КПСС.