Читать онлайн «На восьми фронтах». Страница 76

Впереди батальона Самсонова устремились к рейхстагу комсомольцы Михаил Еремин и Григорий Савенко. То короткими перебежками, то переползая от одного укрытия к другому, они упорно, шаг за шагом сближались с врагом, увлекая за собой товарищей.

Знамя No 5 несут разведчики Михаил Егоров и Мелитон Кантария.

- Вот пока все, что мне известно,- закончил генерал.

А в это время бой шел в помещениях рейхстага. Штурмующие подразделения метр за метром, комнату за комнатой, этаж за этажом очищали его от фашистов. На лестницах и в коридорах то и дело вспыхивали рукопашные схватки...

Рано утром 1 мая над рейхстагом уже развевалось красное знамя, ставшее Знаменем Победы. Его водрузили М. А. Егоров и М. В. Кантария во главе с заместителем командира батальона по политической части лейтенантом А. П. Берестой при поддержке автоматчиков роты И. Я. Сьянова. Это знамя символически, воплотило в себе все знамена и флажки, которые были водружены группами капитана В. Н. Макова, лейтенанта Р. Кошкарбаева, майора М. М. Бондаря и многими другими советскими воинами.

Командующий 3-й ударной армией генерал-полковник В. И. Кузнецов позвонил на командный пункт маршала Г. К. Жукова:

- На рейхстаге - красное знамя! Ура, товарищ маршал!

- Дорогой Василий Иванович,- ответил ему Жуков,- я сердечно поздравляю тебя и всех твоих бойцов с замечательной победой! Этот исторический подвиг войск никогда не будет забыт советским народом!

А в рейхстаге все еще продолжались упорные бои. Они длились еще более суток, и только 2 мая гитлеровский гарнизон сдался. Комендантом рейхстага был назначен полковник Федор Матвеевич Зинченко.

Мы заночевали у генерала С. Н. Переверткина и только утром 2 мая попали в рейхстаг.

Берем первые интервью.

Ф. М. Зинченко:

- Настроение хорошее. Сегодня реально увидели - конец войне... Бои были трудные, пожалуй самые трудные за все время войны. Герои - весь полк. И еще артиллеристы, танкисты, саперы, связисты, медицинские работники...

С. А. Неустроев:

- Радость, конечно, великая. Но говорить с вами не могу: смертельно устал...

А. П. Берест:

- Победители - наши замечательные советские солдаты. Рядовые солдаты! А запевалы победы - коммунисты и комсомольцы...

И. Я. Сьяиов:

- Нам просто выпал случай, счастливый случай. Если бы на нашем месте были другие дивизии, другие полки, другие батальоны и роты - конец бы был такой же. Победа!

Михаил Егоров:

- Очень жаль Петра Пятницкого. Вот настоящий советский богатырь! Прошу не забывать - он первым из нашего батальона достиг стен рейхстага. Вечная память, вечная слава ему!

Мелитон Кантария:

- Спасибо командованию, что такое великое поручение было доверено колхозному комсомольцу из-под Кутаиси!

В ночь на 8 мая корреспонденты газет и радио были вызваны к члену Военного совета фронта.

- Германия разбита,- заявил нам генерал-лейтенант К. Ф. Телегин.- Завтра будет подписан акт о капитуляции. На эту церемонию каждой газете дается по два места - одно для корреспондента, другое для фотокорреспондента...

Стоит ли говорить, как нам всем хотелось поприсутствовать при подписании акта о безоговорочной капитуляции фашистской Германии! Но...

- Кто будет от "Правды?" - спросил между тем Телегин.

Рядом сидят Всеволод Вишневский, Борис Горбатов, Мартын Мержанов, Иван Золин, Яков Макаренко, Виктор Темин - все правдисты.

Мержанов говорит:

- Горбатов.

Горбатов - в свою очередь:

- Мержанов.

- Но кто же все-таки будет от "Правды"?..

Находим дипломатическую лазейку:

- Горбатов и Вишневский будут от писателей.

- "Известия"?

- Леонид Кудреватых, а от писателей - Всеволод Иванов и Лев Славин.

- "Красная звезда?"

- Леонид Высокоостровский.

- А ты? - толкает Высокоостровский меня.- Ты же ветеран на этом фронте.

Я что-то шепчу ему, но он не понимает и произносит мое имя.

- Трояновский назначается старшим среди корреспондентов на завтрашнем мероприятии. Он пойдет сверх нормы,- говорит К. Ф. Телегин.

- Тогда Константин Симонов.

Но рядом сидит еще Кривицкий. Как же ему завтра не быть в Берлине! И мы предлагаем кандидатуру публициста Александра Кривицкого. Военный совет не возражает.

На прощание начальник политуправления генерал-лейтенант С. Ф. Галаджев говорит:

- А вообще-то приезжайте завтра в Берлин все. Устроим...

Утро выдалось солнечное, теплое. Берлин уже перестал дымиться, успел даже немного почиститься. В парках и скверах появились ребятишки,, торговцы открывали свои лавки. И хотя никто из берлинцев конечно же не знал, какой сегодня предполагается исторический день, все же тысячи из них вышли на улицы.

Мы с Высокоостровским где-то в полдень направились на центральный берлинский аэропорт Темпельгоф. В душе - праздник. Просто не верилось, что наконец-то наступил день, которого мы все так долго ждали!

У здания аэропорта стояли десятки машин. Здесь мы увидели генерала армии В. Д. Соколовского, первого коменданта Берлина генерал-полковника Н. Э. Берзарина, члена Военного совета 5-й ударной армии генерал-лейтенанта Ф. Е. Бокова и других представителей советского командования, прибывших встретить союзников. Колыхались на ветру советские, американские, английские и французские флаги. Блестела на солнце медь оркестра.

Вот над аэродромом показались большие серебристые лайнеры. Их почетным эскортом сопровождают советские истребители.

Сделав круг, самолеты приземляются. Из них выходят главный маршал авиации Англии А. Теддер, командующий стратегическими воздушными силами США генерал К. Спаатс и главнокомандующий французской армией генерал Ж. де Латтр де Тассиньи. И еще генералы и полковники, майоры и лейтенанты. И конечно, иностранные корреспонденты. Их даже значительно больше, чем генералов и офицеров.

Генерал В. Д. Соколовский приветствует союзников и ведет их к автомашинам.

Внимание корреспондентов приковано к самолету, приземлившемуся последним. Он доставил представителей гитлеровской Германии, уполномоченных правительством Деница подписать акт о безоговорочной капитуляции фашистского государства. Мы видим бывшего начальника штаба германского верховного главнокомандования генерал-фельдмаршала Кейтеля, главкома военно-морскими силами адмирала флота Фридебурга и генерал-полковника авиации Штумпфа.

Кейтель - в длинном плаще. Он вертит головой, то и дело протирает платком монокль. Ему, видимо, не верится, что он в Берлине. И действительно, легко ли поверить тому, что он видит! По бетону аэродрома парадным шагом идут советские солдаты. Справа и слева стоят советские истребители. На куполе здания аэропорта реет советский флаг...