Читать онлайн «На восьми фронтах». Страница 64

- Обязательно, товарищ генерал. Там мы пересядем в другие машины,- ответил Попель.

В штабе армии нас с Казаковым познакомили с последними оперативными сводками. Они радовали. 1-я гвардейская танковая своими главными силами сейчас уже подходила к Одеру.

- Все решили внезапность, быстрота действий и смелый маневр, - докладывал В. И. Казакову начальник штаба армии генерал М. А. Шалин.- Особенно успешно действовала сорок четвертая танковая бригада полковника Гусаковского. Захватив ночью мост через противотанковый ров в двенадцати километрах юго-западнее города Мезеритца, вытащив из гнезд противотанковые надолбы и раздвинув ежи, танкисты, батальон за батальоном, пошли вперед. Затем развернулись фронтом круто на север и атаковали находящегося в дотах и дзотах противника с тыла. За ночь бригада прошла весь укрепленный район...

А вот другим бригадам этого сделать не удалось. Против них враг в массовом масштабе применил фаустников, расстреливал танки залповым огнем из дотов, взрывал минные заграждения... Пришлось подтягивать артиллерию.

- Значит, без "бога войны" и танкам туго,- полушутя-полусерьезно сказал В. И. Казаков.

- В этом мы убеждались не раз, убедились и теперь,- ответил М. А. Шалин.

- Спасибо за информацию, - поблагодарил его В. И. Казаков.- А теперь пора и в путь-дорогу.

Член Военного совета и начальник штаба армии начали настаивать на том, чтобы командующего артиллерией фронта в поездке сопровождали два танка из охраны штаба и машина с автоматчиками.

- Да у меня и там найдется охрана. Ведь еду-то я не к кому-нибудь, а к артиллеристам,- пытался отговориться В. И. Казаков.

Но в конце концов все же согласился с доводами танкистов...

Чуть ли не сразу за городом взору открылась необычная картина - все пространство окрест было покрыто острыми угольниками бетонных противотанковых надолб. Они выстроились многими рядами, а между ними тянулись глубокие рвы. За надолбами, а кое-где и среди них располагались низкие железобетонные купола дотов и бронеколпаки панцерверков.

Около одного такого панцерверка В. И. Казаков приказал сделать остановку. Вышли из машины, начали осматривать его. Это было мощнейшее сооружение, общим объемом примерно 3500 кубических метров. Потолки имели толщину не менее двух метров, стены вылиты из цемента. Освещая путь карманными фонариками, долго спускались в сырое подземелье. Оно находилось на глубине метров тридцати, не меньше.

Панцерверк был вооружен двумя тяжелыми орудиями и четырьмя станковыми пулеметами. Кроме того, в нем имелись площадки для минометов и огнеметов. Укрепление было электрифицировано, оборудовано водопроводом. С соседним панцерверком соединялось узкоколейной железной дорогой и подземным ходом сообщения.

Наружные бронеколпаки имели форму цилиндра диаметром 2,5 метра. Толщина их брони составляла 300 миллиметров...

Полковник П. М. Соломиенко встретил нас на полдороге. С ним тоже была машина с автоматчиками.

- Да что у вас тут творится? Воюете в тылу? - спросил его Казаков.

- Так точно, товарищ генерал. Утром отбили атаку группы гитлеровцев из ста - ста двадцати солдат и офицеров,- ответил полковник.- Ведь здесь пока нашей пехоты почти что нет, вот недобитые фашисты и бродят волчьими стаями...

Затем комбриг поведал нам о недавних событиях. Рассказал, что огонь из 122-мм и 152-мм орудий по панцерверкам никаких результатов не принес. И лишь когда подтянули сюда дивизионы, вооруженные 203-мм орудиями, дело сдвинулось с мертвой точки.

- Мы вели огонь с расстояния подчас сто пятьдесят метров и не пробивали бронеколпаки. Представляете, наши снаряды делали в броне вмятины глубиной до восьмидесяти миллиметров! Но-лишь вмятины. Правда, сила их удара была так велика, что гитлеровские артиллерийские расчеты получали тяжелые контузии и оказывались небоеспособными. И еще. Тыловые двери и пулеметные казематы снаряды прошивали насквозь. Все это и позволило нам частью уничтожить, а частью пленить гарнизоны восьмидесяти таких укреплений.

Да уж, артиллеристам здесь пришлось поработать крепко!

* * *

С прибывшим из Москвы корреспондентом нашей газеты подполковником Л. А. Высокоостровским приехали на командный пункт командира корпуса генерала И. П. Рослого. Пока вспоминали с ним бои под Моздоком и Орджоникидзе, в блиндаж вошел член Военного совета 5-й ударной армии генерал-лейтенант Ф. Е. Боков. Он сразу же повел нас к командующему армией генерал-полковнику Н. Э. Берзарину, который, оказывается, находился в соседнем блиндаже.

Мы знали, что соединения 5-й ударной ведут тяжелейшие бои за Одером. Ведь враг по мере приближения наших войск к Берлину дрался все ожесточеннее. Активизировалась и его авиация, действующая с берлинских аэродромов.

Да, напряжение предельное. И все же Н. Э. Берзарин встретил нас с улыбкой, даже пошутил:

- А мы уж думали, что придем в Берлин без корреспондентов "Красной звезды". Даже горевали...

- Никакая сила нас с того берега не столкнет!- убежденно говорил он уже минуту спустя.- Переправляем сейчас на плацдарм артиллерию, саперные подразделения, танки, самоходные орудия...

- Нам член Военного совета сказал, что вы вроде бы получили телеграмму от маршала Жукова, в которой тот проявляет беспокойство за судьбу плацдарма,вставил я.

- Да, получил. Вот она, прочитайте,- подал нам командарм бланк телеграммы.

Маршал писал:

"Военному совету 5-й ударной армии, командирам корпусов и командирам дивизий 5-й ударной армии. На 5-ю ударную армию возложена особенно ответственная задача удержать захваченный плацдарм на западном берегу р. Одер и расширить его хотя бы до 20 км по фронту и 10-12 км в глубину. Я всех вас прошу понять историческую ответственность за выполнение порученной вам задачи и, рассказав своим людям об этом, потребовать от войск исключительной стойкости и доблести. К сожалению, мы вам не можем пока помочь авиацией, так как все аэродромы раскисли и взлетать самолеты в воздух не могут. Противник летает с берлинских аэродромов, имеющих бетонные полосы. Рекомендую: 1. Зарываться глубоко в землю. 2. Организовать массовый зенитный огонь. 3. Перейти к ночным действиям, каждый раз атакуя с ограниченной целью. 4. Днем отбивать атаки врага. Пройдет 2-3 дня - противник выдохнется. Желаю вам и руководимым вами войскам исторически важного успеха, который вы не только можете, но обязаны обеспечить. Г. Жуков".

- Вчера весь день провели на плацдарме,- сказал Берзарин.- Всем Военным советом, всем штабом, всем политуправлением... О телеграмме и требованиях маршала Жукова сейчас знает каждый боец и командир...

В это время связист доложил, что у телефона генерал Варфоломеев.