Читать онлайн «Ромен Гари, хамелеон». Страница 183

Роми Шнайдер.

По мнению Одетты Легль{766}, сюжет книги Ромену Гари навеяла встреча и последовавшая за ней тайная связь с Роми Шнайдер, которая в то время жила совсем недалеко, на улице Барбе-де-Жуи. В фильме Коста-Гавраса, поставленном вскоре по этой книге, она сыграет роль Лидии.

Первые дни нового 1977 года Гари провел в Каньяк-дю-Кос у Поля и Анни за корректурой английского издания «Вся жизнь впереди», подготовленного известным американским переводчиком Ральфом Манхеймом. Превосходно владея языком, Гари сам придумал несколько «ажаризмов» на английском, чтобы разбавить временами чересчур «правильный» стиль перевода. Павлович, выдававший себя за автора этих исправлений и регулярно передававший их Манхейму, доставил Гари окончательный вариант книги 19 апреля. Вместо «ажаризмов» Гари в нем остались «правильные» выражения переводчика. В англоязычных странах издатели уделяют особое внимание тому, что они называют final cut, даже если это идет в ущерб произведению.

С тех пор как Ромен Гари и Лесли Бланш развелись, он никогда не посылал ей своих книг, но на этот раз отправил экземпляр «Света женщины» с дарственной надписью. Не зная, что посылка от Ромена, Лесли отложила пакет куда-то в угол, не открывая. Через несколько месяцев после смерти Гари она случайно нашла его под кипой бумаг и решила посмотреть, что внутри. В книгу была вложена визитка Гари, на которой он написал, что хотел бы с ней поговорить. К этой просьбе он дописал: «Если у Вас найдется время и Вы будете в Париже, заходите познакомиться с моим сыном. Это не худшее мое творение!»

«Свет женщины» пестрил меткими выражениями, полюбившимися читательницам: «Здорово, когда можешь помочь кому-то, когда сам нуждаешься в помощи»; «Чтобы быть счастливыми вдвоем, недостаточно быть несчастными поодиночке»; «У холодной женщины мораль и психология спят в одной постели»; «Что такое проблемы совместной жизни? Одно из двух: либо проблемы, либо совместная жизнь»; «Совместная жизнь — это когда мужчина живет женщиной, а женщина живет мужчиной».

В «Матен де Пари» от 11 марта 1977 года было помещено интервью Ромена Гари: «Долой диктат разума!» Книги Ромена Гари идут нарасхват. Но теперь, после выхода своего последнего романа «Свет женщины», он утверждает: «Книга — это кусок мыла, который должен рекламироваться и продаваться ровно также, как кусок мыла. Невероятно, что писатели — сколь бы известны они ни были — вынуждены сами навязываться читателю… Многие книжные магазины позакрывались… Ужасно, что мы живем в эпоху, когда, стоит вам заговорить о чувствах, вас заклеймят как слюнтяя. Но придет день, когда любовь признают самым главным чувствам, а диктату разума придет конец».

«Свет женщины» вызвал бурную реакцию критиков — как крайне положительную, так и крайне отрицательную. Анни Копперман из газеты «Эко»{767} пришла от нового творения Гари в восторг:

Это могла бы быть дешевая мелодрама. Но это великолепная книга. Полная искреннего и наивного, но упоенного лиризма, который заставляет читателя принять точку зрения автора. Начиненная остроумными афоризмами. И, как всегда у Ромена Гари, отмеченная присутствием причудливых и незабываемых персонажей, порожденных воображением великого фокусника.

Жаклин Пиатье, злой гений писателя, написала по поводу этой книги статейку под саркастическим заголовком: «Моя жена умерла, да здравствует другая женщина!»{768}

Благодаря коммерческому успеху «Света женщины» счет Гари обнулился — на протяжении двух предыдущих лет его долг достиг ста тысяч франков.

В 1977 году Ромен Гари познакомился с хорошенькой брюнеткой по имени Беатрис Клерк, работавшей литературным агентом в издательстве «Рамсе»{769}, по заданию которого она общалась с Клодом Леви-Строссом и Франсуа Шатле. Гари был ее любимым писателем, и, не осмеливаясь подойти на улице, она решила позвонить ему под предлогом заказа на написание книги. Накануне по случайному совпадению она видела его в ресторане «Липп», куда пришла с друзьями: Гари в полном одиночестве с мрачным видом сидел за соседним столиком. На нее он, похоже, и не взглянул.

Когда Беатрис ему позвонила, Гари сразу понял, что к чему, и, терпеливо выслушав ее монолог о «заказе», рассмеялся. Разумеется, он ни при каких условиях не собирался сотрудничать с другими издательствами, кроме «Галлимар».

Беатрис недавно разошлась с мужем и теперь жила одна в небольшой квартирке на улице Драгон, в двух шагах от ресторана «Липп», куда впоследствии они часто с Роменом Гари ходили. Им нравился и «Рекамье». Прежде чем сделать заказ, Гари спрашивал у Беатрис: «Ты будешь вино? Хотя некоторые считают меня пьяницей, я пью только воду».

Порой Гари приходил к ней вечером без предупреждения. Если Беатрис не было дома, он рисовал на листочке бумаги цветы и пришпиливал картинку к входной двери. Он долго расспрашивал ее о мужчинах, которые были ее любовниками или просто знакомыми, и делал вывод, что все они дураки. Но большую часть времени он самовлюбленно говорил о себе, о своей писательской миссии, о том, что скоро она увидит, на что он способен, — намек на Эмиля Ажара. Как-то он поведал ей, что однажды, возвращаясь домой, стал свидетелем бурной ссоры: мужчина бил женщину. Повинуясь своему рыцарскому порыву и не видя ничего зазорного в том, чтобы прибегнуть к силе, Гари набросился на обидчика с кулаками, а женщина заорала: «Не суйся не в свое дело, идиот!»

Он был умелым и сильным любовником вопреки тому, что наивно могли подумать читатели романа «Далее ваш билет недействителен». Многие проститутки предлагали ему свои услуги. Гари помогали не только «добрые шлюхи», как он любил их называть. Вместе с письмами Шарля де Голля, Мальро, Раймона Арона, Габриэля Гарсиа Маркеса и Франсуа Миттерана он хранил визитную карточку Пьера Шассена, врача-фармаколога, эксперта при Антибском суде, который писал ему, что доктор Сюбрини из Монпелье, ученик Кувелера, раньше заведовавший урологической клиникой в Париже, сделал его «физически несгибаемым» и совершенно уверенным в себе. Комментарий Гари на обороте этой визитки: «После романа „Далее ваш билет недействителен“ этот господин предлагает мне имплантировать пластмассовый член!»{770}

Он жаловался Беатрис: «Эти дураки-журналисты только поверхностно читают, а потом болтают повсюду, что, мол, бедный Гари стал импотентом!» Даже если у Гари и не было оснований тревожиться, мысль о том, что он может стать несостоятельным как мужчина, не давала ему покоя{771}. В особые моменты у него вырывались ругательства, что вызывало у Беатрис, особенно в начале их отношений, неудержимый смех; впрочем, она быстро поняла, что такая реакция с ее стороны совершенно его охлаждает. Беатрис старалась держать Гари на расстоянии: она видела, что если он и не пресытился еще ею, то по крайней мере бабник редкий{772}.