Читать онлайн «Персидский фронт (1909) Незаслуженно забытые победы». Страница 66

Но, с другой стороны, имелись свидетельства, что курдская племенная конница в своей массе ушла из Урмийской области на юг Иранского Курдистана. Такую информацию казачьим разъездам сообщали беженцы-айсоры из селений Омар-Ага, Хитагава и ряда других.

Попытки казачьих разъездов, высылаемых далеко в горы для разведки, собрать более достоверные сведения о неприятелях в конце 1915 года успеха не имели по следующей причине. Глубокие снега покрыли горные перевалы и дороги, высота снега на них порой доходила до стремени коня. То есть о проходимости путей на Ушнуэ говорить не приходилось.

В штабе генерал-майора Ф.Г. Чернозубова (стоявшем на то время в городе Хое), суммировав все эти разведывательные сведения, пришли к следующему выводу. В условиях наступившей горной зимы неприятель мог наступать в зоне ответственности Азербайджанского отряда только со стороны города Ревандуза на Ушнуэ и Соудж-Булаг «с последующим поворотом на Урмию».

Исходя из таких вполне реальных «прогнозов на зиму», Черно-зубов поставил 3-й Забайкальской казачьей бригаде (вернее — созданному на ее базе сводному отряду) следующую боевую задачу. Генерал-майору Стояновскому со своими казаками-забайкалыдами предстояло удерживать занимаемый ими район до подхода ожидаемых армейских резервов. А до этого полагаться только на самих себя, но наступавших турок разбить.

Бригадный начальник Стояновский на то время имел такие силы: 3-й Кубанский и 3-й Верхнеудинский казачьи полки (всего 12 сотен), пограничный полк, 4-ю и 7-ю армянские дружины, 2-ю и 4-ю Забайкальские казачьи батареи (10 полевых и 2 горных орудия), отдельную пулеметную команду (всего 18 пулеметов в отряде).

Усиление отряд Стояновского мог получить только из состава прибывающих в состав Азербайджанского отряда армейских резервов. От железнодорожной станции Джульфа уже двигались 6 батальонов пехоты и 6 казачьих сотен при 12 орудиях и 32 пулеметах. Часть этих сил Стояновский и мог получить на свое усиление. Поэтому Чернозубов предписывал:

«…Приказываю: выяснить силы противника и удерживать Урмию, Кала-Зева, Талау и Соудж-Булаг… отход только в крайнем случае под напором значительных сил к Миандоабской переправе (через озеро Урмия. — А.Ш.), которую занял 2 сотнями (забайкальский 2-й Нерчинский) полк».

Этот приказ пришел 12 декабря, а уже 16-го турки и курды «открыли» боевые действия в районе Миандоаба, где стоял отряд кубанских казаков войскового старшины Захарова. Тому пришлось под давлением превосходящих вражеских сил начать отход к Миандоабской переправе.

Стоявшие на ее прикрытии две сотни забайкальцев-нерчинцев пошли на рискованное дело. Они в конном строю бесстрашно атаковали неприятеля во фланг. Лихая атака привела к тому, что турки и курды обратились в бегство. Преследовавшие их кубанцы и нерчинцы «очистили от противника долину реки Татава», который бежал к Амир-Абаду, юго-западнее Миандоабы.

Тот победный бой заметно улучшил положение отряда войскового старшины Захарова. Им была занята новая, более удобная позиция у селения Мехмандар, что позволило надежно прикрыть броды через реку Татаву.

Начальник Азербайджанского отряда, обеспокоенный ситуацией, отправил в Миандоабу стоявшие в городе Тавризе четыре сотни 2-го Нерчинского казачьего полка. Так полк забайкальских казаков, разбросанный по Иранскому Азербайджану, вновь собрался воедино.

Чтобы уяснить ситуацию после боя у Миандоабы, было принято решение провести усиленную рекогносцировку (разведку) в районе города Ушнуэ. На этот раз речь шла не о дозорных казачьих сотнях. В отряд войскового старшины Куклина вошли две конные сотни казаков-верхнеудинцев, две пехотные роты и армянская дружина. Этот отряд двумя походными колоннами со всеми предосторожностями двинулся к Ушнуэ.

Куклинскому отряду вскоре после начала движения пришлось столкнуться с неприятелем. Первыми завязала бой правая походная колонна, которой кохмандовал подъесаул князь Ухтомский. Выйдя из селения Гялас, она по правому берегу реки Рубар-Ушнуэ, по горному хребту вышла к первой линии вражеских окопов. Началась их атака.

Когда цепь спешенных казаков и пехотинцев спустилась в долину, пулеметчики поверх их голов с дистанции в тысячу шагов обстреляли окопы. Засевшие в них турки были лишены возможности вести прицельный огонь. Когда атакующие приблизились к вражеским окопам на 300 шагов и бросились в штыки и шашки, противник, не принимая рукопашного боя, бежал на вторую линию окопов.

Атакующая ситуация повторилась и на второй, и на третьей линии окопов. Только сильная усталость за день людей не позволила подъесаулу князю Ухтомскому захватить четвертую линию турецких окопов.

Провела свой бой и левая походная колонна подъесаула Церельникова. Сначала она перед селением Имам сбила заслон из 60 спешенных курдских всадников. Затем отразила атаку турецких кавалеристов силой до двух эскадронов, которым пришлось покинуть поле боя.

После этого войсковой старшина Куклин отправил на поддержку атаки правой колонны 2 пулемета и конную сотню из армянской дружины. Получив такое усиление, подъесаул князь Ухтомский смог заставить турок отступить к селению Гирдкашан.

Куклинский отряд продолжил движение к Ушнуэ. Турецкие и курдские всадники по пути постоянно нависали над походными колоннами русских. Но все их попытки приблизиться пресекались казачьими взводами, прикрывавшими отряд с флангов и тыла.

Колонны приблизились к городу Ушнуэ. Однако речь о том, чтобы ворваться в него, не шла. Причин виделось две: заканчивались боеприпасы, а на флангах стала появляться в значительном числе вражеская конница. Поэтому войсковой старшина Куклин приказал отряду закрепиться на достигнутом рубеже.

Боевая задача была выполнена: местонахождение сил неприятеля у города Ушнуэ выяснили, силы его установили, бой с ним выиграли. Отрядный командир отправил донесение, которое ожидалось в чернозубовском штабе. В нем говорилось следующее:

«.. Донося о вышеизложенном, не могу, по долгу службы, умолчать, что как офицерские, так и нижние чины отряда вели себя как истые герои, проникнутые любовью к родине и духом побить врага и готовые броситься в безумную атаку, презрев опасность…»

Куклинский отряд занял выгодную позицию у высоты Молла-Иса, которая позволяла контролировать не только дорогу на Ушнуэ, но и речную долину. Казачьи сотни были отведены на место их прежней стоянки, а для наблюдения за действиями противной стороны у горы была оставлена сводная рота армянских дружинников, состоявшая из добровольцев — жителей Ванского района, в котором турки и курды в 1914 году наиболее жестоко расправились с местными жителями-христианами, то есть учинили поголовную резню.