Читать онлайн «Трудная миссия». Страница 46

На это Паунд раздраженно бросил, стараясь попасть в иронический тон посла:

- Завтра же я буду просить премьера, чтобы он назначил вас вместо меня командовать британским флотом!

Майский рассмеялся и сказал, что не претендует на столь высокую честь.

Страсти разгорались, и Иден поспешил закрыть совещание. Он сказал, что посол запросит свое правительство об эскадрильях, а там видно будет, что делать.

Н. Г. Морозовский в протоколе записал: "Совещание прервано ввиду обострившихся отношений сторон".

Советское правительство энергично настаивало на отправке очередного конвоя. Для его охраны из Резерва Ставки были выделены силы авиации. Посол И. М. Майский еще рат беседовал с Иденом. Члены нашей миссии также использовали все возможности, чтобы при встречах с военными и военно-морскими специалистами Великобритании подчеркнуть важность отправки нового конвоя.

И все же союзники согласились отправить конвой только в сентябре.

При его формировании нам стало известно, что грузы поступают на транспорты не в полном объеме. Англичане объяснили это тем, что в стране не хватало якобы самолетов и танков. Я вынужден был обратиться к лорду Бивербруку.

- Но английская промышленность достаточно мощна, чтобы обеспечить обещанные поставки, - доказывал я министру. - Складывается впечатление, что кое-кто из должностных лиц хотел бы отправить транспорты недогруженными. Согласитесь, что такие действия отнюдь не способствуют укреплению союзнических уз.

Лорд ответил:

- Я постараюсь поправить положение. И если через три дня оно не изменится, готов принять от вас самое резкое неудовольствие.

Должен сказать, что вскоре грузы начали поступать в полном объеме. Я позвонил Бивербруку и поблагодарил его.

В первых числах сентября 1942 года конвой "PQ-18" в составе 40 судов вышел в море. Союзники включили в эскорт 16 эсминцев и только что построенный вспомогательный авианосец "Авенджер" с 12 самолетами-истребителями.

Между конвоем и немецкими базами действовал патруль из английских подводных лодок. С воздуха конвой был прикрыт большим количеством советских самолетов-торпедоносцев и бомбардировщиков. Тем не менее Черчилль просил Сталина направить временно на Север побольше бомбардировщиков дальнего действия.

Глава Советского правительства 8 сентября сообщил У. Черчиллю: "Как нам ни трудно выделить дополнительное количество дальних бомбардировщиков для этого дела в данный момент, мы решили это сделать. Сегодня дано распоряжение дополнительно выделить дальние бомбардировщики для указанной Вами цели" [Переписка Председателя Совета Министров СССР..., т. 1, с. 80.].

Наши самолеты наносили удары по аэродромам противника в Северной Норвегии, Гитлеровцы же в отместку бомбардировали шведский город Хапаранда, приписывая эти налеты нам.

На этот раз для перехвата конвоя противник решил не вводить в действие свои надводные корабли. Он нацелил против судов исключительно авиацию и подводные лодки.

Бои носили ожесточенный характер. Так, воздушное сражение возле мыса Канин Нос длилось два с половиной часа.

Десятки вражеских торпедоносцев и бомбардировщиков беспрерывно атаковали конвой, но без особого успеха. Огонь зениток, автоматов, пулеметов (корабли Северного флота, кроме того, вели стрельбу из орудий главного калибра), аэростаты воздушного заграждения, поднятые над конвоем, делали защиту довольно надежной. В результате конвой потерял в том бою (и вообще в операционной зоне Северного флота) всего одно судно американский транспорт "Кентукки". Он был поврежден торпедой, но мог двигаться. Тем не менее команда, следуя инструкции, покинула корабль, который был добит артиллерийским огнем английского сторожевика и фашистской авиацией.

Вообще надо сказать, что западнее острова Медвежий из 12 потерянных транспортов 10 были затоплены союзными эскортными кораолями согласно злополучной инструкции адмиралтейства, затоплены из-за повреждений, полученных в бою.

Противник понес большие потери. Из 100 его самолетов, участвовавших в воздушных атаках конвоя, 24 были уничтожены. Но и конвой, как уже упоминалось, понес немалый урон. На северодвинский рейд прибыло 27 судов. Однако по итогам прохождения конвоя (особенно в нашей зоне прикрытия) можно было сделать вывод: при правильной организации дела, решительных действиях сил эскорта потери могли быть значительно меньшими.

Черчилль же по-прежнему выступал против отправки конвоев, ссылаясь на потери, на ухудшение положения союзников в Атлантике, на потребность в судах для проведения операции "Торч" ["Торч" ("Факел") -кодовое наименование десантной операции союзников в Северной Африке.]. Союзники прибегали к всевозможным хитростям и дипломатическим ухищрениям, чтобы не портить отношений с нами и одновременно не отправлять конвой "PQ-19".

А в октябре, в разгар полярной ночи, в северные порты было отправлено 13 судов без какого-либо охранения. Из них до пункта назначения добралось всего лишь пять.

"PQ-19" отправился в путь только в конце декабря. Он состоял из двух групп судов, эскортируемых эсминцами и прикрываемых флотом метрополии. Первая группа дошла более или менее благополучно, вторая была атакована в районе мыса Нордкап фашистскими кораблями - двумя тяжелыми крейсерами и шестью эсминцами. Но атака не принесла противнику успеха: союзники потеряли один эсминец (немцы тоже) и один транспорт получил небольшие повреждения.

Что касается последующих конвоев, то они шли более или менее благополучно. Советские люди помнят о той помощи, которую оказали нам союзники в годы войны, отдают дань искреннего уважения мужеству и героизму американских и английских моряков. Знаменательно, что в Мурманстче, через который из союзных нам государств шел поток военных грузов, к 30-летию Победы иод фашистской Германией воздвигнут монумент в память о совместной борьбе стран антигитлеровской коалиции.

11. ЭХО СТАЛИНГРАДА

Снова, как и прошлым летом, мы с тревогой и внутренней болью слушали сводки Совинформбюро. Снова отмечали на карте города, которые с тяжелыми боями оставляли наши войска. Врага удалось остановить у Воронежа, но он прорвался южнее и, хотя и медленно, приближался к Сталинграду.

Весь мир, затаив дыхание, следил за титанической борьбой Красной Армии на Волге. В английских газетах нам не раз приходилось читать о падении Сталинграда; на какоето время мы мрачнели, но вскоре выяснялось, что это очередная геббельсовская "утка".

С каждым днем росло сопротивление советских частей как у Сталинграда, так и на Кубани и Кавказе. В конце октября - начале ноября уже чувствовалось, что наступательные возможности противника были на пределе.