Читать онлайн «В океанских глубинах - Подводный флот (сборник)». Страница 83

Получив приказание покинуть отсек, Преминин привычным движением поднял рукоятку кремальеры стальной переборочной двери, ведущей в 8-й отсек. Но она не поддалась, несмотря на все его усилия. Видимо её сильно прижало возросшим давлением. Командир решил выровнять давление, но из магистрали повалил густой ядовитый дым, создавший угрозу для людей, находившихся в 8-м отсеке без средств защиты. Не удалось снизить давление и в 7-м отсеке открытием запоров на системе вентиляции - закусило чеку на стопоре. Чтобы вызволить товарища, старший мичман Василий Ежов и два матроса с помощью различных инструментов и приспособлений отчаянными усилиями штурмовали заклиненную дверь. Но ни усилия моряков соседнего отсека, ни самого Сергея не увенчались успехом. А сигналы Сергея, стучавшего ключом по переборке, становились все слабее, пока не прекратились. Но и после этого подводники не оставили своих попыток пробиться в 7-й. И только после того, как все мыслимые и немыслимые сроки действия дыхательного аппарата Преминина истекли, по приказанию командира оставили загазованный отсек и перешли в 9-й. Шел уже десятый час вечера...

Вскоре в связи с возрастанием угрозы затопления корабля, выполняя распоряжение Главкома ВМФ, весь личный состав был снят с аварийного корабля. Последним, когда лодка уже погрузилась под рубочные рули, в 11 часов по московскому времени 6 октября сошел, как и положено командиру, капитан 2 ранга Британов. A через две минуты ракетоносец скрылся в океанской пучине. На борту, словно в стальном саркофаге, остался лишь Сергей Преминин. Его так и не удалось извлечь из реакторного отсека. Он погиб, до конца выполнив свой воинский долг. Посмертно его наградили орденом Красной Звезды, а в августе 1997 года Указом Президента Российской Федерации Сергею Анатольевичу Преминину присвоено звание Героя России.

"Золотая звезда" и Грамота Героя были вручены 28 ноября 1997 года родителям моряка-подводника, проживающим на Вологодчине.

Не углубляясь во все аспекты работы комиссии, которая обстоятельно разбиралась в причинах драматического события, оценивала действия командования и определяла судьбу офицеров, этого теперь уже покоящегося на глубине 5000 метров ракетоносца, проследим жизненные перипетии второго, а по сути дела главного действующего лица - старшего лейтенанта Николая Николаевича Беликова. Они, по меркам тех времен, тривиальны. Как и большинство членов экипажа, проявивших подлинное мужество и героизм, до последней минуты боровшихся за жизнь своего корабля, он и другие - никто не был представлен к государственным наградам. Никто, кроме Преминина и начальника химслужбы подводной лодки капитан-лейтенанта С. В. Воробьева. Во время аварии он действовал самоотверженно и, проявив высокое чувство товарищества, отдал, когда потребовала обстановка, свой индивидуально-дыхательный аппарат командиру БЧ-V капитану 3 ранга В. П. Маркову, а сам едва сохранил себе жизнь.

Николай Беликов, как и все остальные офицеры, старшины и матросы, расписанные по кораблям, попал на другую подводную лодку - К-421. На ней он совершил еще четыре боевых службы. Но моральная травма, которую испытал офицер-подводник, сохранилась на всю жизнь. До сих пор, говорит Беликов, по ночам снятся кошмары. И по некоторым признакам, как показалось во время нашей беседы, не оставляет его чувство обиды: ведь офицеру поставили в вину, что он остался жив, когда погиб подчиненный моряк.

Известно, что общественная оценка подвигов не всегда совпадает с официальной. Так случилось и в то время. В 1986 году потеря мощного ракетоносца с атомной энергетикой и ядерным оружием на борту, назревающий скандал, вышедший за пределы страны после недавних событий в Чернобыле и тяжелых последствий той катастрофы - все это несомненно довлело над всеми инстанциями и не только в Военно-Морском Флоте.

Поэтому действия экипажа и командира К-219 были оценены весьма скромно, хотя даже американская газета "Вашингтон пост" через несколько дней после гибели советского подводного ракетоносца писала: "Моделируя аварию, специалисты ВМС США пришли к заключению, что командир и экипаж подводной лодки заслуживают высокой оценки за то, что быстро сумели всплыть, а также за действия по борьбе с огнем".

В июле 1995 года на собрании военнослужащих соединения ремонтирующихся подводных лодок на судоремонтном заводе "Нерпа" было принято решение возбудить ходатайство о присвоении звания Героя Российской Федерации Н. Н. Беликову и С.А. Преминину. Глас моряков услышали. Сергей Преминин получил это высокое звание посмертно... Оба моряка совершили подвиг - подвиг, как венец героического акта, на который шли вполне сознательно. Подвиг, который спас жизнь не только их товарищей, но и способствовал предотвращению ядерной аварии и радиоактивного заражения окружающей среды. Случись тогда беда, Гольфстрим и ветры разнесли бы радиоактивную отраву по Северной Атлантике и Западному полушарию.

Здесь приведен лишь один пример самоотверженности и мужества моряков-подводников. Их неизмеримо больше.

Высокие морально-нравственные качества людей атомного флота наиболее рельефно проявляются в период экстремальных обстоятельств, но даже простая, повседневная служба, походы в автономные плавания без происшествий и аварий свидетельствуют не только о высокой морской и профессиональной подготовке подводников, но и об их психологической закалке. Любой выход в море, каждое погружение атомохода требует полной отдачи моральных и физических сил от всех членов экипажа от командира до матроса-первогодка.

Не случайно уже в послевоенное время 68 подводников отмечены "Золотыми Звездами" Героев Советского Союза и Российской Федерации, а более 3 тысяч награждены орденами и медалями.

Нельзя не заметить, что сама служба на атомном подводном флоте всегда служила для большинства моряков хорошей жизненной школой. Из среды послевоенного поколения подводников выросло около ста адмиралов, на чьи плечи легла тяжесть и ответственность за высокую боевую готовность подводных сил ВМФ.

ПОДВОДНЫЙ СПЕЦНАЗ

ИЗ ИСТОРИИ

Очень долгое время воины, действовавшие под водой, использовали только ручное оружие и инструмент: ножи, остроги, пилы, крючья, сверла, буравы.

Примерно 1330 лет назад появилось оружие принципиально нового типа "греческий огонь". Предание гласит, что его изобрел византийский инженер Каллиникос между 660-667 годами нашей эры. Впервые греки-византийцы применили это средство в 672 году в сражении при Кизике, в Мраморном море, где они полностью уничтожили флот багдадского халифа Муавия.

Существовали различные рецептуры боевых зажигательных смесей, включавшие в свой состав селитру, серу, смолу, нефть и другие вещества. Были и такие сорта "огня", которые могли гореть в воде. Их применяли тремя способами. Во-первых, насосами через трубы либо просто из бочек выливали на палубы и борта вражеских кораблей. Во-вторых, глиняные сосуды с "греческим огнем" пускали по течению навстречу неприятельскому флоту. В-третьих, пловцы прикрепляли такие примитивные "мины" к бортам вражеских кораблей.