Читать онлайн «Искусство вождения полка (Том 1)». Страница 74

В реляции 7-й Сибирской дивизии об этой панике деликатно говорится, что вследствие угрожающего положения, занятого немцами по отношению к 28-му Сибирскому полку, "левый фланг его поспешно отошел".

Вот другое показание о панике, написанное черев 2 дня непосредственным свидетелем, командиром ближайшей роты 27-го Сибирского полка: "К-ру III батальона 27-го Сибирского стр. полка

22/IX 1915 г.

№ 41,

из з. Чубейки.

Доношу, что с 19-го на 20-е занял позицию восточнее д. Мешкуцы на высоте; к моей роте примыкал правый фланг 28-го Сибирского стр. полка. 7 сентября около 12 час. дня (в действительности в 11-м часу — А. С.) усилилась перепалка как ружейная, так и артиллерийская по участку 28-го полка и по моему участку. Через некоторое время я заметил, что из окопов 28-го полка люди уходят и даже убегают. 13-я рота 28-го Сибирского полка тоже ушла, осталось только человек 10, которые перешли в окоп моей роты. 13-я рота названного полка примыкала к моей роте. Дабы обеспечить свой левый фланг и не дать немцам занять часть высоты, которую занимал 28-й Сибирский полк, я велел занять окопы 13-й роты 28-го Сибирского полка ротам III батальона 32-го Сибирского стр. полка, но 2 прапорщика, которые состояли при этом батальоне (численность батальона 32-го Сибирского полка составляла 200 человек, как сообщил капитан, командир 11-й роты), не заняли со своими ротами брошенных окопов и не исполнили ни моей просьбы, ни приказания и находились все время за горкой, не зная, что им делать или уходить назад или стоять под горой. Я, видя, что ничего не поможет, увещаниями увлек часть людей 32-го полка — человек 15 — в окопы 13-й роты 28-го Сибирского стр. полка, оставленные 13-й ротой, и поставил подпрапорщика вверенной мне роты Вовченко, который начал обстреливать с высоты немцев, стремившихся занять окопы, оставленные 28-м Сибирским стр. полком, а также не допускать занять высоту, которую занимала 13-я рота 28-го Сибирского стр. полка; остальные люди 32-го Сибирского стр. полка или остались в землянках, или ушли назад. Прапорщик (неразборчиво) ушел и явился к месту резерва только вечером. Батальон 32-го Сибирского стр. полка состоял резервом при нашем полку и был расположен за левым флангом полка.

Командир 9-й роты 27-го Сибирского стр. полка подпоручик Скоропляс".

Несомненный интерес представляет и следующее показание, написанное одновременно с предыдущим, командиром III батальона 27-го Сибирского полка: "22/IX 1915 г.

№ 334.

Полковнику Афанасьеву — подполковник Элерт из Чубейки.

Около 12 час. дня (во всяком случае время точно определить не могу) я увидел сначала одиночных людей, убегающих с позиции в тыл, потом довольно стройные цепи, идущие, слегка пригибаясь, тоже с позиции в тыл. Как я знал, это были цепи частей 28-го Сибирского стр. полка, оставившие свои позиции и отходящие в тыл. Так как левый фланг вверенного мне батальона оставался обнаженным, а немцы, заметя отход 28-го Сибирского стр. полка с позиции, повели наступление с целью занять окопы, смежные с 9-й ротой, я бросился к отходящим цепям и, ругая их, старался остановить; офицеры 28-го полка тоже старались остановить цепи, но увещевания очевидно не помогли, и нижние чины продолжали идти назад.

Возмутительно было то, что нижние чины 28-го полка шли без особого чувства страха — довольно стройно, по временам многие останавливались рвать горох и равнодушно жевали. Я приказал выдвинуть пулемет и обстрелять всю эту массу; услыхав пулеметный огонь и свист пуль, все отступающие цепи повернули и пошли назад, но, как оказалось впоследствии, скрывшись с глаз, повернули налево и ушли в тыл. На горке впереди меня осталась только одна рота 28-го полка, которая окопалась и кажется наступала с Финляндским полком. Резервом за III батальоном стоял батальон 32-го полка. Когда части 28-го полка оставили занимаемую ими позицию, я приказал командиру 9-й роты подпоручику Скороплясу оставленные окопы заняты батальоном 32-го полка, то же приказание передал командиру названного батальона. Командир батальона 32-го полка сказал мне, что все возможное будет сделано, но что у него в батальоне осталось не более 40 человек, а остальные разбежались. Придя на другое утро в д. Чубейки, я увидел этот батальон в строю, и там было не 40 человек, а по меньшей мере 200.

Подполковник Элерт"{94}.

Из приведенных показаний видно, что своеобразная "паника" людей, не забывающих при бегстве из окопов нарвать по пути гороха, и сводившаяся по существу к отказу сражаться, распространилась и на резервы, стоявшие за 27-м Сибирским полком. Вероятно и последний полк покатился бы назад, а фронт III Сибирского корпуса — без всяких усилий немцев — покатился бы за р. Лощу, если бы позади 7-й Сибирской дивизии во второй линии, не оказались бы развернутыми 7-й, 15-й и 16-й полки Марушевского. Для последнего было ясно, что все бегство происходит без серьезного участия немцев. 15-му Финляндскому полку Марушевский приказал занять брошенные 28-м Сибирским полком окопы, а остановленным частям 28-го полка — возвратиться и занять окопы II батальона 6-го Финляндского полка, подлежавшего смене, на что 28-му полку потребовалось 9 час.; выдвижение его на 2,5 км — с линии Бурбишки — Пломпяны к Мешкуцы, вне ружейного обстрела и под слабым случайным артиллерийским, потребовало время с 13 до 22 час., настолько этот полк был расстроен. Фактические потери 28-го Сибирского полка в этом бою около 50 человек, т. е. 2,5 % его состава. Офицеры его, как значилось в донесении командира IV батальона, были все "живы и здоровы".

В V Кавказском корпусе с рассветом 20 сентября установилась спокойная атмосфера; штаб V Кавказского корпуса отрицал паническую информацию III Сибирского корпуса: "20/IX.

Ген. Кублицкий (начальник 2-й Финляндской дивизии. — А. С.) доносит от 11 час. дня, что 6-й полк отошел от д. Мешкуцы не за реку Лошу, а лишь на незначительное расстояние, не более полукилометра. В настоящее время положение восстановлено. На фронте 8-го полка противник ведет атаки (вероятно перепалки из-за наступления 2 рот 6-го Финляндского полка на г. дв. Древеники. — А. С.), нами отбиваемые. Командир корпуса приказал ген. Дельсалю (начальник гвардейской стр. бригады. — А. С.) поддержать ген. Кублицкого.

12 ч. 20 м.

1444. Половцев".

При этом V Кавказский корпус считал, что он фактически сменил часть 7-й Сибирской дивизии: "На фронте 2-й Финляндской дивизии 7-й полк, выдвинутый к с. Пломпяны для смены 28-го Сибирского полка, содействовал атаке 6-го Финляндского полка, направленной для обратного завладения д. Мешкуцы и занял позицию от бугров у Шмильги до д. Мешкуцы. В настоящее время фронт 7-го и 6-го полков обстреливается сильным артиллерийским огнем. На фронте 8-го полка спокойно. Правый фланг гвардейских стрелков и 5-й Финляндский полк — сильный огонь. 5012. г. дв. Сержанты. Половцев".