Читать онлайн «Долг. Мемуары министра войны». Страница 101

Несмотря на все мои усилия, понижение политической температуры, увы, не означало, что Ирак исчез из предвыборной повестки дня. После упомянутого выступления президента, после наших с Петрэусом, Крокером и Малленом свидетельств перед сенатом Обама публично призвал: «Конца войне благодаря политике Буша не предвидится, но давно пора завершить противостояние в Ираке». А Хиллари Клинтон прибавила: «Президенту стоит ответить на вопрос, который напрашивается сам собой, – если «Большая волна» провалилась, что сулит эндшпиль в Ираке?»

Критическим элементом «эндшпиля» являлись переговоры по стратегическому рамочному соглашению (СРС) и соглашению о статусе сил (ССС) с иракским правительством. Подписание ССС – которое обеспечивало юридический базис для постоянного присутствия войск США – обсуждалось на протяжении 2008 года, поскольку в конце этого года истекал мандат Совета Безопасности ООН, санкционирующий пребывание многонациональных сил в Ираке. Местные чиновники не проявляли интереса к расширению или «пролонгации» этого мандата. Нашу переговорную команду возглавляли Райс, Крокер, Бретт Макгерк из аппарата СНБ и Дэвид Саттерфилд из Государственного департамента. Сотрудники министерства обороны также входили в эту команду, наличествовала тесная координация усилий, в том числе с привлечением Петрэуса и его подчиненных, однако ведение переговоров военные с удовольствием передоверили Госдепу и штатским специалистам. Работа была и вправду неблагодарная. Препятствия возникали постоянно, в значительной мере из-за политической обстановки в Ираке и из-за ощутимого нежелания иракцев видеть вооруженные силы США на своей территории – в первую очередь таковое демонстрировали спонсируемые Ираном шииты. Все довольно быстро поняли, что планы подписать соглашение 31 июля совершенно нереальны.

Учитывая очевидные проблемы с подписанием ССС, я предположил, что иракцев можно стимулировать, показав, что мы заключили ряд аналогичных соглашений с другими странами. Например, стоит посоветовать им пообщаться с южнокорейцами и японцами; пусть обсудят преимущества и недостатки нашего пребывания в этих государствах. Как оказалось, это была чудовищно глупая идея. Представители Южной Кореи и Японии поделились с иракцами своим разочарованием американскими военными, нарушающими местные законы. Конфликты с частными охранными компаниями также не облегчали процесс, ведь иракцы обладали собственным, весьма негативным опытом взаимодействия с этими структурами. На видеоконференции 5 февраля с Малленом, Петрэусом, Фэллоном, Эдельманом и другими я изложил приоритеты министерства обороны для переговоров. Самое главное – добиться операционной свободы действий (в том числе юридической защиты наших войск) и права задержания подозреваемых (воинствующих экстремистов, которых иракцы легко могут отпустить). Что касается ЧОК, «мы согласны на компромисс». На следующий день Эдельман процитировал Крокера, который будто бы сказал о частных охранниках: «Эта зараза отравит ССС».

К началу лета все способы продлить наше военное присутствие в Ираке казались не менее «ядовитыми». Я неоднократно слышал, что ССС «в этом году не подпишут», что иракцы ненавидят декреты Временной коалиционной администрации 2003 года и не меньше возненавидели резолюцию Совета Безопасности ООН. А именно эти три документа, причем вместе взятые, создавали правовую основу для дальнейшего пребывания наших военных в Ираке после декабря 2008 года. Несмотря на все проблемы, к июлю 2008 года участники переговоров согласились, что стороны близки к соглашению. По условиям нового документа мы обязывались вывести свои гарнизоны из иракских городов к середине 2009 года, сроки же полного вывода войск США подлежат обсуждению между Малики и американским президентом. Эдельман сказал мне: «Лучше и быть не могло», а Одиерно заявил, что «для работы достаточно».

В сентябре неожиданно возник вопрос о том, чьей юрисдикции подлежат американцы в военной форме, нарушившие иракские законы; мы пытались найти баланс между противоположностями: с одной стороны, следовало убедить наших солдат, что их никогда не сдадут на сомнительную милость иракских судов, а с другой – нужно было заверить иракцев, что любой совершивший серьезное преступление на территории Ирака окажется в ведении иракского суда. 9 сентября, на последней видеоконференции с Петрэусом как командующим в Ираке, я сказал, что юристы министерства обороны «давятся» предложенным компромиссом и беспокоятся, что может возникнуть прецедент для нашего военного партнерства с другими странами. Но в итоге мы и здесь нашли приемлемый вариант.

Петрэус доложил, что иранский бригадный генерал арестован в Ираке за подкуп законодателей – каждому он предлагал по 250 000 долларов за голос против ССС. Позже мы узнали, что глава иранского подразделения «Кудс», генерал-майор Касем Сулеймани, убеждал президента Талабани – Ирак не должен подписывать никаких соглашений с Бушем.

В день моей беседы с Петрэусом, 9 сентября, Буш объявил, что еще 8000 военнослужащих США вернутся домой к февралю 2009 года благодаря продолжающемуся снижению уровня насилия в Ираке. На следующий день мы с Майком Малленом выступали в конгрессе. Я сказал, что мы вошли в эндшпиль в Ираке и очень важно сделать все правильно. Я призвал наших политических лидеров проявлять осторожность и гибкость и учитывать рекомендации старших офицеров и военачальников. Я сказал: «Имейте в виду, мы должны ожидать, что задержимся в Ираке на годы, хотя формы нашего присутствия будут ограничиваться и меняться».

Шестнадцатого сентября 2008 года Рэй Одиерно сменил Петрэуса в качестве командующего многонациональными силами в Ираке. Непосредственно перед церемонией смены командования я произвел Рэя в полные генералы – эта церемония транслировалась по видеоканалу из штаб-квартиры во дворце аль-Фав в Багдаде, так что жена и близкие Рэя, приглашенные в Пентагон, могли наблюдать посреди ночи за торжеством. Я прикрепил на униформу Одиерно заслуженных четыре звезды, а затем уголком глаза, заметил, как он исподволь отрывает «липучки» и переворачивает нашивку нужной стороной вверх[68].

Прилетев в Ирак ради передачи командования, я встретился с аль-Малики. Тот выразил беспокойство: если мы не сможем достичь соглашения о статусе сил и американские войска покинут Ирак, «ситуация серьезно осложнится. Нам необходимы американские войска, по крайней мере на некоторое время. Если они уйдут, мы лишимся всех успехов и достижений». Он сказал, что в интересах Ирака сохранить американское военное присутствие и «долгосрочные отношения». На самом деле все ключевые иракские лидеры хотели заключить соглашение – просто никто не хотел первым сообщить об этом публично.