Читать онлайн «Военные противники России». Страница 287

Как военачальник Лафайет прославился во время войны североамериканских колоний Англии за свою независимость. Будучи молодым офицером, а затем генералом американской армии, он проявил себя с самой лучшей стороны. Отблески этой геройской славы сопровождали его всю жизнь. Единомышленники считали Лафайета «героем Нового и Старого света». Последнее, с военной точки зрения, является, пожалуй, большой натяжкой. Выдающуюся роль во время Великой французской революции Лафайет сыграл, прежде всего, как политический деятель. Именно в этой ипостаси его имя и вошло в историю. Что же касается его военных заслуг перед Французской революцией, то они выглядят несравнимо скромнее. Как командующий армией он ничем себя особенно не проявил, кроме, разумеется, политического противостояния с правительством и попытки свержения его путем вооруженного мятежа. Когда же эта затея закончилась провалом, Лафайет бросил свою армию и бежал из страны, но попал в плен к врагу. На этом его военная карьера во французской армии, в которой он, собственно, никогда и не служил, за исключением последних 8 месяцев, и закончилась. Заметим при этом: закончилась бесславно. Так что «героизмом» тут, даже при самом воспаленном воображении, никак не пахнет. Мы уже не говорим о славных победах французских войск под предводительством Лафайета, каковых вообще не просматривается. Командование Лафайета Национальной гвардией в первые годы революции относится, скорее, к сфере политической деятельности, так как эта военизированная структура ни в каких боевых действиях тогда не участвовала, а лишь выполняла роль вооруженной опоры правящего в то время режима. Необходимо отметить, что на этом посту Лафайет проявил себя твердым и решительным военачальником. Ему были присущи такие качества, как осмотрительность и последовательность в своих действиях и поступках. К числу положительных качеств Лафайета следует отнести его непоколебимую верность своим принципам и идеалам, которую он достойно пронес через всю свою жизнь, не отступив от них ни на йоту, не польстившись ни на какие посулы и блага, какими бы заманчивыми они ни казались. В этом плане Лафайет являет собой пример человека и политика, достойного уважения.

Французский военный деятель Марсо (Marceau) Франсуа Северен (1769, Шартр, департамент Эр и Луар, — 23.09.1796, Альтенкирхен, Германия), дивизионный генерал (1794).

О происхождении и первых юношеских годах будущего героя Революционных войн Французской республики мало чего известно. Имеющиеся в нашем распоряжении сведения очень скудны и крайне противоречивы. Но все же, опираясь на них, можно сделать вывод, что Марсо происходил из семьи небогатого горожанина-провинциала и получил весьма скромное образование. В 1785 году поступил на военную службу в королевскую армию, будучи зачислен рядовым солдатом в Ангулемский пехотный полк, входивший в состав парижского гарнизона. К началу революции был уже сержантом. С началом народного восстания в Париже принял в нем активное участие, в том числе участвовал и в штурме Бастилии (14 июля 1789 года).

Революцию Марсо принял восторженно — перед такими, как он, выходцами из народных низов она открывала новые возможности и вдохновляющие перспективы. Однако уже тогда, несмотря на свои революционные убеждения, молодой Марсо отвергал крайности, сплошь и рядом допускаемые наиболее радикальными революционерами, в частности, их самовольные расправы над неугодными властными структурами прежнего режима и их отдельными представителями, выступал за соблюдение революционной законности и порядка.

Когда началось создание Национальной гвардии, Марсо покинул свой полк и вернулся в родной город, где вскоре был избран командиром батальона местной Национальной гвардии (1789). В этот период (1789—1792) он усиленно изучает военное дело, прежде всего военно-теоретические труды.

С началом войны революционной Франции против 1-й антифранцузской коалиции европейских держав (апрель 1792 года), предпринявших попытку вооруженным путем задушить революцию во Франции, Марсо во главе своего батальона отправляется на фронт. Принял участие в обороне осажденного интервентами Вердена. Осада этой крепости прусскими войсками герцога К. Брауншвейгского началась 30 августа 1792 года. Через 2 дня большая часть гарнизона, поддержанная жителями города, взбунтовалась и потребовала от коменданта сдать крепость и город врагу. Возглавлявший оборону Вердена генерал Борепер отказался выполнить это требование и предпочел смерть позору капитуляции, покончив жизнь самоубийством (застрелился). Заменивший его Марсо не имел ни сил, ни возможностей для продолжения обороны. Со слезами стыда и негодования ему пришлось выполнить унизительную процедуру капитуляции — вручить прусскому генералу вместе со своей шпагой и ключи от крепости (2 сентября 1792 года). Этот горький урок Марсо запомнил на всю свою жизнь, воспоминание об этом всегда вызывало в нем ненависть к гражданской войне в любых ее проявлениях. Капитулировавший гарнизон Вердена был выпущен противником из крепости. Вскоре Марсо покинул Национальную гвардию и перешел на службу в регулярную армию, будучи назначен командиром эскадрона кирасир.

В апреле 1793 года полк, в котором он служил, был направлен в Вандею, где только что вспыхнул крупный контрреволюционный мятеж. Как выше уже отмечалось, Марсо питал глубокое отвращение к гражданской войне. Оказавшись в Вандее, он не испытывал никаких симпатий к повстанцам (шуанам), применявших самые варварские методы борьбы, но вместе с тем не одобрял и ту крайнюю жестокость, которую проявляли республиканские власти по отношению к повстанцам и поддерживавшему их местному населению. Неискушенный в политике молодой офицер не скрывал своего критического отношения к происходящим событиям. Слухи о его «вольнодумстве» быстро дошли до комиссара Конвента при республиканских войсках в Вандее и Бретани Бурбота. По его распоряжению Марсо и несколько разделявших его взгляды офицеров были арестованы по обвинению в государственной измене и брошены в тюрьму города Тур. Но накануне сражения при Сомюре (10 июня 1793 года) Марсо был освобожден, возвращен в армию и вновь вступил в командование своим эскадроном. В этом неудачном для республиканских войск сражении он проявил себя с наилучшей стороны — был одним из наиболее отличившихся своими умелыми и мужественными действиями, а также выдающейся личной храбростью офицером. Кроме того, ему даже удалось в последний момент спасти от верной гибели своего недавнего гонителя комиссара Бурбота. Восхищенный доблестью, проявленной Марсо в сражении при Сомюре, Бурбот лично ходатайствовал перед Конвентом о его производстве сразу в бригадные генералы.