Читать онлайн «Воровский». Страница 25

Воровский с Бонч-Бруевичем прожили в гостинице неделю. Но и за это короткое время Бонч-Бруевич сумел развить поразительную деятельность. Почти каждый вечер он заходил в номер к Воровскому и предлагал один проект за другим: то носился с планом издательства, то с планом журнала для широкой публики. Наконец порешили на журнале «Наша мысль». Он начал выходить с января 1906 года. Это был большевистский еженедельный журнал, в котором Воровский поместил несколько своих статей. Вышло пять номеров, и журнал был закрыт правительством за явно враждебное царизму направление.

А в это время в Москве события развивались более стремительно. По призыву Московского Совета рабочих депутатов 20 декабря началась всеобщая политическая забастовка. Забастовали рабочие фабрик и заводов, прекратилась работа в типографиях, встали поезда. Только Николаевскую железную дорогу не удалось остановить…

На московских фабриках и заводах проходили бурные митинги и собрания. Над головами скромно одетых людей тревожно забились гудки, на вокзалах засвистели локомотивы. Пролетарская Москва дружно поднялась на борьбу с ненавистным самодержавием и капиталистами. Забастовка переросла в вооруженное восстание.

Девять дней длился неравный бой. По Николаевской дороге были переброшены войска. Началась расправа с восставшими. Баррикады окрасились кровью. Дольше всех держалась Пресня — последний оплот рабочих.

Воровскому хотелось самому пробраться в Москву, очутиться поближе к месту битвы, но проехать туда оказалось невозможным: дорога была забита военными эшелонами.

Вслед за Москвой в конце 1905 — начале 1906 года восстания вспыхнули и в других городах России: Нижнем Новгороде, Ростове-на-Дону, Перми, Красноярске, Чите. В Новороссийске восстание окончилось победой рабочих. За оружие взялись шахтеры Донбасса, рабочие — металлисты Екатеринослава. На вооруженную борьбу против царского самодержавия поднялся народ Украины, батраки Польши и Прибалтики, крестьяне Гурии, рабочие Финляндии.

Отголоски московского вооруженного восстания разнеслись по всей необъятной Российской империи.

В Петербурге Воровскому приходилось выступать на собраниях, партийных митингах, полемизировать с меньшевиками, отстаивать ленинскую точку зрения главным образом по вопросам тактики.

Однажды Петербургский комитет РСДРП попросил Воровского выступить на большом собрании. Правда, Воровскому совсем не хотелось говорить перед широкой аудиторией, но долг обязывал. Пришлось согласиться.

В зале собрались члены фабрично-заводских ячеек и партийные агитаторы. Были и меньшевики. Они выступали против бойкота I Государственной думы. Воровский же отстаивал бойкот. Он старался говорить спокойно, последовательно и логично. Не прибегал к дешевым эффектам, не выкрикивал громких фраз, не стучал кулаком. Он хорошо усвоил то, что ему советовал Ильич: «Не возбуждать, а убеждать!» Вацлав Вацлавович старался аргументированно доказать свою правоту.

В конце декабря Воровский выехал в Финляндию, где должен был проходить IV съезд РСДРП. Но съезд не состоялся из-за начавшейся забастовки железнодорожных рабочих. Съехавшиеся делегаты провели в городе Таммерфорсе первую конференцию РСДРП. Задачи момента требовали объединения большевиков с меньшевиками, и конференция положила этому начало. На ней также было принято решение о бойкоте I Государственной думы.

В те дни Вацлав Вацлавович часто бывал в квартире сочувствующего большевикам В. М. Смирнова, в Гельсингфорсе, на Елизаветской улице, и пользовался его книгами. В. М. Смирнов работал в университетской библиотеке и имел неплохую домашнюю библиотеку. В его квартире Воровский постоянно встречался с В. И. Лениным, А. В. Луначарским, Н. К. Крупской и другими товарищами, прибывшими на конференцию. Здесь шли оживленные беседы, обсуждались разные вопросы, намечалась тактическая линия.

Забравшись в библиотеку, Воровский целиком отдавался работе. Он любил сидеть за книгой, делал нужные выписки, готовил статьи. Делал он все не спеша. Подперев рукой лоб, внимательно вчитывался в текст, отмечал оригинальные мысли, радовался, когда встречал острое словцо. Лицо оставалось неподвижным, смеялись только глаза: в них плясали огоньки. Но вот Воровский углублялся в текст, и глаза замирали, становились задумчивыми.

После окончания конференции Воровский остался на некоторое время в Финляндии. Он подготовлял материалы для брошюры «Государственная дума и рабочий класс». В ней он намеревался разоблачить перед рабочими новый правительственный избирательный закон от 11 декабря 1905 года.

В своих письмах к жене Воровский просил выслать материалы, которых он не мог разыскать в Финляндии. Он писал, что материалы ему необходимы, так как его брошюра требует еще много работы и закончить ее надо. К тому же Владимир Ильич поощрял его. В. И. Ленина действительно заинтересовала работа Воровского. «Он с любовью роется в моих записях и беседует о деталях, — писал Воровский. — Жаль только, что розыск материалов занимает много времени. Я, между прочим, отложил другие работы (для «Образования» и «Правды»), так как к сроку готовить не имею возможности, голова другим занята. Займусь ими, когда освобожу голову от кучи цифр, таблиц, связанных с думой».

В своей брошюре Воровский хотел высмеять самодержавие, которое, пойдя на уловку, несколько расширило избирательные права, дав их некоторой части рабочих. Умело оперируя статистическими Данными, цифровыми показателями, таблицами и другими документами, Воровский старался доказать, что рабочему по закону от 11 декабря попасть в думу труднее, чем верблюду пройти через игольное ушко.

В конце января Воровский вернулся в Петербург и сдал в печать свою работу. Вскоре она вышла в свет.

Декабрьское вооруженное восстание в Москве было подавлено, но революция все еще продолжалась. По всей России прокатилась волна стачек, забастовок, демонстраций, протестов. Весной 1906 года начались волнения в деревнях и селах обширной Российской империи. Нужно было сплотить партийные ряды, объединиться с меньшевиками, выработать совместный план действий. Эти задачи и должен был разрешить IV съезд РСДРП.

В феврале 1906 года были созданы «Партийные известия» — орган объединенного ЦК РСДРП. От большевиков в редакцию вошли Луначарский, Воровский и Базаров. Вышло всего лишь два номера этой газеты.

Накануне съезда по заданию Ленина Воровский выехал в города Европы, где находились многочисленные группы русских политэмигрантов.

1 марта на пароходе Воровский покинул столицу Финляндии.