Читать онлайн «История куртизанок». Страница 154

Джорджии довелось пережить еще более страшное испытание. Хозяин ночного клуба Джо Ламендола, красивый и эффектный мужчина, за которого она в итоге вышла замуж, отличался особой жестокостью. Джорджия видела, как он и его подручные избивали корчившегося на земле человека, который молил их сохранить ему жизнь, а потом запихивали его в багажник машины. Когда Джорджия со слезами на глазах спросила Джо о том, что произошло, он бил ее до тех пор, пока она не сказала ему, что ничего не видела и ничего никому не расскажет. «Чтоб ты никогда, никогда, черт тебя побери, не задавала мне никаких вопросов! Кто ты вообще такая, чтобы меня допрашивать?» — кричал он на нее{402}.

Как Вирджинию и Арлин, Сэнди и Джорджию их приятели-гангстеры время от времени тоже избивали. Джорджия стала своего рода классическим образцом избиваемой жены. Сэнди постоянно подвергалась оскорблениям. «Дура тупая. Сука. Стерва. Тварь последняя», — обзывал ее поначалу очаровательный любовник, когда она давала ему неудачно приготовленное блюдо. Попробовав пережаренный бифштекс с недоваренной картошкой в мундире, он швырнул тарелку с едой об стену, потом стукнул кулаком по столу и стал ругать Сэнди на чем свет стоит.

Обе женщины жили с партнерами, которые их полностью контролировали и держали в полном подчинении, регламентируя их жизнь до мелочей, вплоть до того, какой косметикой им пользоваться, как стричься и одеваться, с кем дружить, чем заниматься. Другую проблему составляла беременность. Как выяснила Сэнди, гангстеры терпеть не могли, когда их сожительницы беременели. После нескольких тайных попыток избавиться от плода, включая спринцевание лизолом, Сэнди призналась Берни. Тот сказал, что она сама виновата в этой глупости, а потом посетовал на невезение в жизни: от него беременела каждая женщина, с которой он спал. Когда Сэнди, пытаясь защититься, возразила ему, что была близка с ним только в «бесплодные» дни менструального цикла, как это принято у католичек, Берни крикнул: «Ты разве не знаешь, что католички рожают по двадцать детей?»{403}

В 1960-е годы канадка Ширли Райс пережила многое из того, что довелось перенести Сэнди и Джорджии, а позже стала полицейским осведомителем, как Арлин. Но, в отличие от этих женщин, Ширли уже была замужем. Молодая мать и скучающая жена, она начала свою «карьеру» достаточно поздно, когда ей было двадцать три года. Как-то вечером она решила пройтись по барам в родном городе Гамильтоне — промышленном пригороде Торонто. В одном из заведений ей приглянулся Рокко Папапия, глава преступной семьи Папапия. Они вступили в интимные отношения во время третьего свидания в квартире брата Рокко. Собственную квартиру тот не пожелал «осквернять», так как туда часто приходила его невеста.

Их сексуальные отношения носили традиционный характер. В отличие от многих американских бандитов, в клане Папапия к оральному сексу относились с отвращением, считали его омерзительным извращением. Когда Ширли иногда брала в рот член Фрэнка Папапия (старшего брата Рокко, которому тот передал Ширли, когда она ему надоела), потом он отказывался ее целовать — по его мнению, это «было просто ужасно» — и чувствовал себя так, будто его измазали грязью. Он даже не мог себя заставить есть вместе с женщиной, которая способна на такую мерзость. Ширли решила, что для этих итальянских гангстеров время сексуальной революции еще не настало.

Таких же традиционных взглядов Папалия придерживались и в отношении брака. Ширли пришла к выводу о том, что Рокко женился, когда заметила, что он существенно прибавил в весе: ему стала готовить жена, поняла она. Ширли прекрасно знала, что не следует задавать никаких вопросов о женах, спрашивать Рокко (а потом Фрэнки), любит ли он ее, или показывать, что она его ревнует. Ей следовало смириться со своим положением любовницы; ей нужно было быть красивой, развлекать своего партнера и — когда Рокко просил ее об этом — быть доступной для сексуальных утех с некоторыми его партнерами. Во время одной встречи бандитов Ширли поняла, что отдалась восьми из девяти приглашенных мужчин. Рокко пошутил: «Получается, это ты встречу организовала?»{404}

В обмен на доставленные удовольствия и услуги, оказываемые семье Папалия, Ширли получала подарки, деньги, а когда ушла от мужа, работу в принадлежавшем Папалия клубе «Золотой ключ». В качестве администратора она там выступала как старшая среди подружек бандитов и как наставница своих молоденьких сотрудниц. Она говорила им, что гангстеры любят, чтобы их девушки одевались со вкусом и носили платья. Они не должны произносить слово на букву «е», находясь в компании, хотя его можно употреблять, находясь с кем-то наедине. Им нужно стремиться быть изящными, пить не пиво, а ликеры, носить классические ювелирные украшения, а не аляповатые побрякушки, и никогда не предлагать и не рассчитывать ни на что, кроме традиционных сексуальных отношений. «Мне приходилось фантазировать, чтобы сделать [половой акт] интересным, — позже вспоминала Ширли. — При сношениях с бандитами я никогда не испытывала оргазм; пока была с ними, я просто не знала, что это такое»{405}.

Любовницы гангстеров, дающие интервью или описывающие свое прошлое, обычно признают, что были совершенно бесправны. Ширли Райс с феминистских позиций пытается проанализировать свои беспорядочные половые связи, стремясь доказать, что, подражая влиятельным и облеченным властью мужчинам, она хотела обрести внешние атрибуты власти. Джорджия теперь понимает, что оказалась классической жертвой синдрома избитой женщины; то же самое, вне всяких сомнений, чувствовали Арлин и Вирджиния. Многие из этих женщин путали стремление к обладанию с любовью, насилие со страстью и потому приносили себя в жертву кошмарным отношениям, нередко меняя одного партнера на другого.

В качестве необходимого предварительного условия для соединения своей судьбы с судьбой преступника, отвергающего установленные в обществе порядки, его будущая подруга должна игнорировать законы и пренебрегать общепринятыми моральными нормами поведения. Ей следует усвоить совершенно иные принципы, те, которыми руководствуются ее знакомые из преступного мира, — и следовать этим принципам. Действительно, многим законопослушным женщинам определенные ценности доступны в меньшей степени, чем представительницам преступного мира, где на первом месте стоят деньги и вещи, которые можно купить, а за ними следуют возбуждение от опасности и насилия. Но подружкам бандитов приходится платить за это слишком высокую цену, которая включает утрату чувства собственного достоинства, разрушенные семьи и постоянную личную незащищенность, которая может длиться всю жизнь.