Читать онлайн «История куртизанок». Страница 126

В частности, это было характерно для начального периода их отношений, когда Эмили еще продолжала встречаться с Мопертюи. Вольтер сказал ей, что его соперник, пусть даже он замечательный ученый, никогда не сможет предложить ей счастье преданной и верной любви. Проходили месяцы, и поскольку Мопертюи вел себя с ней эмоционально отстраненно, Эмили постепенно отдавала всю свою любовь Вольтеру.

Эмили и Вольтер стали вместе путешествовать, а в 1734 г. обосновались в Шампани, в заброшенном замке Сире, принадлежавшем семье ее мужа. Флорен не возражал. Иногда он навещал жену и ее любовника, но тактично спал отдельно от Эмили, а питался вместе с сыном и его учителем. Больше всего его радовало то, что любовники частично перестроили замок, заново его обставили и украсили на деньги, одолженные Вольтером под невысокий процент.

К такому шагу Вольтера принуждали проблемы политического характера. Судебный исполнитель получил приказ публично сжечь его революционные «Философские письма», издателя которых посадили в тюрьму, а самому Вольтеру грозила большая опасность.

Сире стал идеальным прибежищем с множеством тайных укрытий, к тому же замок находился так близко от границы с Лотарингией, что Вольтер, если бы ему грозила опасность ареста, в любой момент мог туда перебраться.

Сначала Вольтер жил в Сире один, потому что Эмили не хотелось расставаться с обществом, собиравшимся в парижских салонах, общение с которым давало ей богатую пищу для ума. Но она понимала, что ревность Вольтера будет усиливаться, если они перестанут жить вместе. Поэтому Эмили приехала в Сире с сотнями коробок багажа и сразу же принялась за ремонт замка. Она камня на камне не оставила от планов Вольтера: в тех местах, где он планировал устроить камины, она решила сделать лестницы, а там, где должны были быть двери, распорядилась делать окна. Но гораздо важнее было то, что они с Вольтером там много занимались научным и литературным творчеством. Не случайно это время их деятельности (1733–1749 гг.) получило название «период Сире».

Теперь Эмили стала признанной любовницей Вольтера, и она так выстраивала их отношения, будто собиралась прожить вместе с ним до конца своих дней. Но, в отличие от большинства любовников XVIII в., которые ради соблюдения видимости приличий прибегали к разным уловкам, Эмили и Вольтер открыто жили вместе, а это требовало определенного подхода. Каждый раз, когда ей приходилось проводить время с мужем, она неизменно проявляла по отношению к нему глубокое уважение. На деле само присутствие Флорена вместе с ними представляло тот факт, что она жила в грехе с Вольтером, в искаженном свете, придавая их отношениям некую видимость правомерности, к которой стремились все трое.

В высшей степени дисциплинированная и собранная женщина, Эмили установила такой режим научных занятий, который помогал значительно менее организованному Вольтеру сосредоточиться. День начинался в покоях Вольтера поздно утром с чашечки кофе и беседы. В полдень Эмили с Вольтером иногда заглядывали к Флорену, чтобы поприветствовать его, когда он завтракал со своим (и ее) сыном и его гувернером, потом любовники расходились по кабинетам и работали. Иногда они делали перерыв, немного закусывали и недолго общались перед тем, как вернуться к книгам.

В девять часов они встречались за ужином, сытно и вкусно ели, потом вели приятную беседу, иногда принимали участие в драматических постановках в небольшом театре замка или устраивали поэтические чтения. В полночь они вновь расходились по своим кабинетам, и Эмили продолжала работать до пяти часов утра. Потом она возвращалась к себе в спальню, отделанную исключительно в синих и желтых тонах, где даже корзинка для собачки имела желто-синюю раскраску. Эмили спала четыре часа, и этого времени ей хватало, чтобы восстановить силы. Если бы она сама определяла продолжительность собственного отдыха, время сна было бы сокращено до одного часа, а проснувшись, она бы опускала руки в холодную как лед воду.

Проекты Эмили часто были связаны с работой Вольтера. Его выдающиеся произведения Siecle de Louis XIV («Век Людовика XIV») и Essai sur les moeurs («Очерки о нравах и духе народов») в основном были написаны в Сире. Там же он создал трагедии «Апьзира», «Магомет», «Меропа» и другие драматические произведения, а также текст оперы. Под опытным руководством эрудированной Эмили Вольтер усвоил (но далеко не в совершенстве) принципы физики, в частности сформулированные Лейбницем и Ньютоном, и приобщил их к своему основному интеллектуальному багажу. Он великодушно признал влияние Эмили и посвятил ей работу, написанную в 1738 г.: Elements de la philosophie de Newton («Основы философии Ньютона»). Он даже дал понять, что скорее сам был при ней чем-то вроде секретаря, чем она — его музой.

Эмили тогда занималась переводом работы Ньютона Analytic Solution («Аналитическое решение»), а в 1748 г. она создала собственное произведение Exposition abregee du systeme du mond («Краткое изложение мировой системы»), которое специалисты считают более глубоким прочтением Ньютона, чем толкование Вольтера. Она перевела «Басню о пчелах» Бернарда Мандевиля и составила комментарии к этому произведению, части которого Вольтер дословно использовал в своем Treatise on Metaphysics («Трактате о метафизике»). Кроме того, она провела текстуальный анализ Книги Бытия и Нового Завета, причем эту задачу ей отчасти облегчило ежедневное чтение Библии с Вольтером. В отличие от работ Вольтера, большая часть произведений Эмили осталась в рукописной форме; при жизни были опубликованы лишь ее «Краткое изложение мировой системы» и несколько научных трудов. Почти до самой своей безвременной кончины она работала над переводом фундаментального труда Ньютона Philosophioe Natural is Principia Mathematica («Математические начала натуральной философии») и комментариями к нему.

Как публично, так и приватно Вольтер первым признавал, что его любовница была его равноправным интеллектуальным и сексуальным партнером. Он читал вслух то, что писал каждый день, и охотно принимал ее критические замечания и предложения. Ее острый ум убеждал его в том, что женщины способны на все, на что способны мужчины. В письме другу Вольтер особенно лестно отозвался об Эмили. «Я [не могу] жить без моей дамы сердца, к которой отношусь как к великому человеку, как к самому надежному и уважаемому другу, — писал он. — Она понимает Ньютона; она презирает предрассудки, короче говоря, она делает меня счастливым»{287}.

Кроме того, Эмили много размышляла над природой мужчин и женщин. Однажды, переодевшись в мужское платье, она зашла в Париже в кафе, где собирались только мужчины. Отмечая, что женщина не создала ни одной хорошей трагедии, ни одного достойного стихотворения или рассказа, ни одной достойной похвалы картины, не говоря уже о трактате по физике, она полагала, что причина этого состоит в том, что женщин никогда не учили думать. И добавляла, что на месте короля она бы исправила эту ошибку, поощряя женщин принимать участие во всех областях жизни, особенно тех, которые связаны с умственным трудом. В большинстве своих проявлений жизнь Эмили в роли любовницы Вольтера была своего рода уроком равенства полов.