Читать онлайн «100 знаменитых тиранов». Страница 117

Император демонстрировал полное бессилие. Он не мог успокоить страну, принять действенные меры по решению социальных проблем и не собирался обуздывать сановников и чиновничество, погрязших в коррупции. Более того, как стало известно позже, он сам запустил руку в государственную казну и начал переводить средства за границу.

Внутри страны ширились протесты, митинги, демонстрации. К студентам присоединились мусульмане, рабочие, даже армия. Дочь императора, Тэнанье Уорк, требовала от отца жестких методов. Но старый император ни на что не реагировал. Он решил передать престол внуку Зару Якоба, учившемуся в Оксфорде, и в то же время затеял новое грандиозное строительство – возведение плотины на Голубом Ниле. Хайле Селассие считал, что воды реки, направленные на поля, помогут решить проблему голода. Во дворец из Швеции прибыли специально вызванные инструкторы, чтобы заниматься с придворными гимнастикой. Двор в полной изоляции от народа продолжал делать вид, будто ничего не происходит, хотя по дворцовым коридорам уже ходили военные и арестовывали зарвавшихся сановников.

Начавшиеся в солдатской среде волнения, вызванные коррумпированностью высшего командования, помогли выйти на первый план молодым офицерам. Они подняли мятеж, к которому присоединились все дивизии самой крупной из африканских армий того времени, и фактически начали распоряжаться в государстве и в императорском дворце. Мятежников возглавил майор Менгисту Хайле Мариам, мать которого служила во дворце прислугой. По его приказу была проведена ревизия во всех дворцовых учреждениях, которая вскрыла массу злоупотреблений, особенно в отношении распределения привилегий. Обнародование этих данных еще более всколыхнуло народ, который стал требовать казней.

Императору предъявили ультиматум – выдать деньги, спрятанные во дворце и положенные на счета в швейцарских банках. Он отрицал их наличие, однако большие суммы были найдены под ковром в кабинете и между страницами книг дворцовой библиотеки, – одной из самых больших в мире коллекций изданий Библии. Правда, до счетов так и не добрались. Деньги до сих пор находятся в Швейцарии. По приблизительным оценкам, вклады могут составить несколько сотен миллионов долларов.

12 сентября 1974 г. Хайле Селассие под давлением военных подписал отречение от престола. Его затолкали в «фольксваген» и увезли в «безопасное место». С собой позволили взять лишь узелок с личными вещами. Несколько месяцев император провел в старом дворце Менелика в окружении солдат. Потом под предлогом «внезапной болезни» его поместили в больницу. 27 августа 1975 г. появилось сообщение о том, что император скоропостижно скончался. Причина смерти не называлась, официального расследования не проводилось. Долгое время не было известно и место захоронения.

Но времена меняются. Военная клика во главе с Менгисту Хайле Мариамом, установившая марксистскую диктатуру, принесла народу Эфиопии еще большие бедствия, чем последний император и его окружение. В 1992 г. военные были отстранены от власти, а монархическая организация «Мо-анбесса», пользующаяся массовой поддержкой, взялась за расследование. По опросам оставшихся в живых свидетелей стало известно, что Хайле Селассие был задушен личным врачом Менгисту. А помогали ему шестеро офицеров службы безопасности. Сразу после преступления Менгисту и его заместитель лично проверили исполнение приказа. Тело императора вместе с трупами шестидесяти двух его соратников было спрятано под полом в канцелярии Менгисту.

В марте 1992 г. в Аддис-Абебе прошла торжественная панихида по императору, на которой присутствовали тысячи людей – и аристократов, и простолюдинов. Останки были перезахоронены и сейчас покоятся на кладбище собора Святой Троицы в центре столицы, где с давних пор хоронили членов императорской фамилии.

«Божий ратник» английской революции, создатель армии «железнобоких», прославившийся жестоким завоеванием Ирландии, с 1653 г. – лорд-протектор Англии.

По-разному оценивали личность Кромвеля историки английской революции во все времена. Для одних он был героем, ему посвящали поэмы (Эндрю Марвел «Поэма на смерть Оливера Кромвеля»), его правление считали одним из славнейших в истории Англии. Каждый год 3 сентября у памятника бывшему лорду-протектору собираются те, кто и ныне считает его «отцом английских парламентских свобод». Для других Кромвель – злодей, достигший власти «по уши в крови», проливавший «как воду кровь своих подданных». Его правление называли «коротким и отвратительным господством», а его самого – «наихудшим типом макиавеллевского лицемера», «сыном дьявола, узурпатором и цареубийцей». Современники Кромвеля с особой жестокостью надругались над его могилой. Наши современники запретили называть его именем корабли и улицы. Кто же он, этот «ничем не примечательный сельский сквайр», ставший символом Великой Английской революции?

Родился Оливер в семье Роберта и Элизабет Кромвель в Хантингдоне близ Кембриджа в Восточной Англии. Несмотря на то что по отцу он состоял в родстве с графом Эссекским, министром Генриха VIII Томасом Кромвелем, а по матери – с шотландским королевским родом Стюартов, учился мальчик в бесплатной средней школе. В 1616 г. Кромвель поступил в Сидней Колледж Кембриджского университета, где получали образование дети знатных фамилий. Однако через год, когда умер отец, Оливеру пришлось бросить учебу и вернуться домой, так как он остался единственным мужчиной в семье. Для успешного ведения хозяйства юноша потратил несколько месяцев на изучение права в одной из адвокатских контор Лондона. На этом его образование закончилось. В 1620 г. Кромвель женился на Элизабет Бучьер (Буршье), дочери богатого лондонского торговца. Это, пожалуй, и все, что мы знаем наверняка из первого, самого долгого периода его жизни.

Кромвель по семейной традиции был кальвинистом. Кальвин делил все человечество на две части – «избранных и осужденных». Первых ожидало блаженство рая, вторых – муки ада. «Справедливость предопределяет, кто из людей будет спасен, кто должен погибнуть». Причем «осужденного» не спасут ни добрые дела, ни святое причастие, а «избранному не вредят ни грехи, ни преступления». Кромвель, как истый кальвинист, мучился вопросом, к какой категории принадлежит он сам. На эти искания он потратил почти 40 лет жизни, не раз оказываясь на грани нервного срыва. Кромвель страдал частыми депрессиями. «Устойчивая боязнь приближающейся смерти» – такой диагноз ставили ему врачи.