Читать онлайн «100 знаменитых тиранов». Страница 103

А официальными фаворитками Людовика XIV в 60-е гг. были и герцогиня де Лавальер, родившая ему четверых детей, из которых выжили двое, и маркиза де Монтеспан, родившая королю восемь детей, из которых выжили четверо. Всех своих детей Людовик узаконил, ничего для них не жалел, тем более что средства он брал в государственной казне. Так, внебрачной дочери, выходившей замуж, он подарил миллион ливров наличными, драгоценности стоимостью 300 тыс. ливров, ежегодную пенсию в 100 тыс. ливров; он ежемесячно оплачивал развлечения сына – 50 тыс. ливров, многотысячные карточные проигрыши, как свои, так и жены и любовниц. С начала 80-х гг. при дворе появилась новая фаворитка – маркиза де Ментенон, женщина умная и набожная, одно время воспитывавшая внебрачных детей короля. У нее в Версале были апартаменты, примыкавшие к королевским покоям. После смерти в 1683 г. Марии Терезии состоялся тайный брак Людовика XIV и мадам Ментенон, которая была старше мужа на 3 года.

Время шло, король старел, умирали близкие ему люди. В 1711–1712 гг. один за другим ушли из жизни сын, внук и правнук. Это ставило под угрозу саму династию. И тогда король пошел на нарушение «Салического закона» – закона о престолонаследии. По распоряжению 1714 г. к престолонаследию допускались его дети, родившиеся от связи с маркизой де Монтеспан. В августе 1715 г. король заболел, состояние его все ухудшалось, началась гангрена. Первого сентября Людовик XIV умер.

Хотя он и оставил страну с расстроенными финансами и так и не добился гегемонии над другими европейскими государствами, тем не менее Франция получила возможность играть в Европе первостепенную политическую роль.

Российский император, самодержец, царствование которого отличалось тиранией и произволом, «военно-полицейской диктатурой».

В Петербурге, отделенный от города лугом и рвами, усилиями архитекторов Баженова и Бренна, работавших под личным контролем императора, возводился Михайловский замок – желанный дворец Павла I. По стилю подобных ему не было. От здания веяло мрачностью и суровой красотой. В самом замке в конце лабиринта пышных зал находились напоминавшие келью кабинет и спальня императора, украшениями которых были роскошный письменный стол и бюст его кумира – Фридриха II. В спальне – несколько дверей. Одна вела в покои императрицы, другая – в покои царской любовницы Гагариной. Еще не успели просохнуть стены, когда Павел повелел двору переехать в полюбившийся ему дворец, который превратился в конечном счете в его великолепную усыпальницу.

Происхождение Павла, так же как и его жизнь, окутано тайной. Достоверно известно лишь то, что он появился на свет 20 сентября 1754 г. и что матерью его была Екатерина Великая. А вот кто был отцом? Сам он считал отцом мужа Екатерины императора Петра III. Многие в этом сомневались, поговаривали о том, что его отцом был любовник императрицы граф Салтыков. Другие настаивали, что такой уродливый, низкорослый, курносый мальчик не мог родиться от красавца графа, что Екатерина родила мертвого младенца, которого заменили новорожденным чухонцем из деревни Котлы возле Ораниенбаума, после чего для сохранения тайны жители деревни были выселены на Камчатку, а сама деревня снесена.

Сразу после рождения мальчика забрала в свои покои императрица Елизавета Петровна, поэтому Екатерина видела его крайне редко. До шести лет воспитанием Павла занимались только женщины – фрейлины и няньки. В результате он рос довольно пугливым. В 6-летнем возрасте Елизавета Петровна назначила ему нового воспитателя – умного, образованного камергера графа Н.И. Панина. Теперь у Павла появились новые впечатления: театр, торжественные церемонии. Его учили грамоте, истории, другим наукам, в которых он весьма преуспевал.

В 1761 г. Елизавета умерла. Переворот 1762 г., проведенный Екатериной, буйство гвардейцев, крики очень испугали мальчика, и это отложилось в его памяти навсегда. Теперь воспитанием наследника решила заняться мать. Пригласить воспитателей из-за границы не удалось, – остановились на своих: С. А. Порошин, Эпинус, Остервальд, будущий митрополит Платон. Павел изучал историю, географию, математику, русский, немецкий и французский языки. Он много читал – в частности Ломоносова, Державина, Расина, Мольера, Вольтера, Руссо. У него появились свои суждения, не всегда верные, но он не боялся признать свою ошибку.

В то же время быт екатерининского двора – русских вельмож, голштинцев, пруссаков, – их фривольные разговоры за стаканом вина накладывали отпечаток на неокрепшую душу мальчика. В десять лет он уже выступал на торжествах, танцевал на балах с фрейлинами императрицы. Томная атмосфера двора способствовала пробуждению в Павле чувственности. Разговоры о казнях, пытках сменялись разговорами о любви. Павел вместе с фаворитом Екатерины Григорием Орловым и с ее одобрения наносил визиты фрейлинам. У него появилась первая возлюбленная – фрейлина Вера Чеглокова.

Когда Павлу исполнилось 14 лет, было решено учить его государственным наукам. Учителями стали одни иностранцы, которые привили ему страсть к военному делу и преклонение перед прусской системой. Теперь на первый план вышли военные учения и парады. Но привлекали его не героика и рыцарство, а палочная дисциплина и порядки прусской армии. В это же время его первый наставник Н.И. Панин, сам ревностный масон, стал потихоньку, с помощью таинственных рукописей, привлекать Павла к масонству. Масонские книги получали из Пруссии, которая и для Павла, и для его отца Петра III являлась образцом для подражания, а король Пруссии Фридрих Великий, покровитель масонов, был кумиром обоих. Екатерина, поначалу просто высмеивавшая масонов, вскоре установила их связь с Павлом и узнала о внушаемых ему идеях. Это привело к арестам и ссылкам масонов. Но к этому времени Павел уже знал, кто инициировал смерть его отца, знал, что именно он должен был занять трон, а Екатерина могла быть только регентшей до его совершеннолетия. Однако он настолько боялся матери, что смиренно ждал своего часа целых 34 года. Как он ненавидел ее!

Правда, и она отвечала ему тем же. А еще он ненавидел окружение Екатерины, ее фаворитов, ее сановников; расточительные празднества; ее политику. Павел в 1774 г. даже представил Екатерине свои «Рассуждения о государстве…», где были следующие положения: внешняя политика должна быть только оборонительной, армию надо сократить и подчинить строжайшей дисциплине, соблюдать экономию во всем. Это было полной противоположностью политике Екатерины, и она поняла, что ее пути с наследником разошлись.