Читать онлайн «Первые леди Америки». Страница 60

Участие в заседаниях кабинета во многом помогало ей при выполнении обязанностей Первой леди, даже учитывая, что она ни разу не выступала там. Она была на важнейших совещаниях в Кэмп-Дэвиде, когда принимались стратегические решения. (Кэмп-Дэвид — загородная резиденция американских президентов, которая стала известна благодаря ближневосточным мирным переговорам между Картером, президентом Египта Садатом и израильским премьер-министром Бегином, приведшим к Кэмп-Дэвидскому соглашению и к возобновлению дипломатических отношений между Израилем и Египтом). Розалин давала президенту различные советы и по личным вопросам. В автобиографии она писала, что в Белый дом вошла скорее как политический партнер, а не как супруга.

Джимми Картер считал: «Совершенно естественно, что, когда мы переехали в Вашингтон, она взяла на себя часть общественной деятельности и заменяла меня на некоторых торжествах».

В годы президентства Картера Розалин считали «старшим Я» мужа, а сам Картер называл ее «удивительным продолжением моей личности». В одном из выступлений 1979 года она недвусмысленно заявила: «Президент Соединенных Штатов придает моему мнению большое значение. Я знаю, что имею влияние на него».

Поэтому совершенно не удивляет единодушное мнение многих американских историков и политологов о том, что ни одна супруга американского президента этого столетия не имела такого влияния на решения президента, как Розалин Картер.

19 февраля 1991 года Джек Г. Уотсон, шеф обслуживающего персонала Белого дома, назвал Розалин Картер «исключительной женщиной». Уотсон, знавший супругов Картер с 1966 года (он работал вместе с ними в штате Джорджия, а потом в Белом доме), приписывал супруге Картера «выдающийся политический инстинкт». По его словам, «она затратила много времени и энергии на избирательную кампанию мужа, для него она была самым важным источником неискаженной информации». На вопрос, есть ли различия в образе действий Розалин Картер и Нэнси Рэйган при выполнении ими роли Первой леди, Уотсон ответил, что Розалин Картер чаще ездила в качестве эмиссара и чаще заменяла мужа. Нэнси Рэйган неоднократно приглашала к себе сотрудников президента и давала им указания. И добавил: «Розалин никогда этого не делала. Она просто разговаривала с президентом. Розалин никогда не звонила мне из Западного крыла Белого дома, чтобы дать какие-либо поручения. Конечно, она звонила мне, если надо куда-нибудь поехать, или просила подготовить для нее встречу с представителями местных организаций». Когда его попросили описать влияние Розалин на президента Картера, Джек Уотсон сказал: «Розалин не была официальной советницей президента по делам прессы или политическим вопросам. Эти функции выполняли другие люди — Джоди Фостер, Стюарт Эйзенштадт и Збигнев Бжезинский. Но тем не менее Розалин оказывала на политику президента небывалое до сих пор влияние. Они были партнерами в великолепном браке, какого я раньше не встречал».

Элеонора Розалин Смит родилась 18 августа 1927 года на ферме родителей недалеко от селения Плейнс, в котором родился и ее будущий муж, Джимми Картер. Розалин была старшей из четырех дочерей супругов Франсис Эллет и Уилбен Эдгар Смит. Семья Смитов, точно так же, как и семья Картеров, поселилась в Джорджии более 200 лет назад. Розалин росла, как она сама говорила, «изолированной и защищенной от внешнего мира». Отец, которого она очень уважала, был не только фермером, он водил школьный автобус и владел авторемонтной мастерской. Мать закончила колледж, вела домашнее хозяйство и приучала детей к строгим правилам.

Когда Розалин было шесть лет, родители поехали вместе с ней в Вашингтон и посетили Белый дом. Президентом тогда был Герберт Гувер. Позже она вспоминала о довольно напряженной атмосфере за обедом с президентом и его супругой.

Смиты были методистами. Как послушный ребенок, Розалин регулярно посещала воскресную школу при церкви методистов, где ее прежде всего учили бояться бога. «Бог» был для нее «отец», который больше наказывал, чем прощал. В автобиографии она признавалась: «Я всегда боялась иметь злые мысли». После замужества Розалин перешла к баптистам, как Картер.

В 1940 году отец Розалин заболел лейкемией. Однажды в воскресный день он собрал семью у своей кровати и поведал им о неизлечимой болезни. Всю жизнь он мечтал получить образование и теперь просил детей учиться, чтобы добиться в жизни лучшего положения. Завещал им заботиться о матери. Вскоре после этого он умер. В то время Розалин было 13 лет. Она считала себя виноватой в смерти отца и верила, что Бог покарал семью за грехи, однако не представляла, в чем состоят ее грехи, и начала сомневаться в справедливости божьей.

Со смертью отца закончилось детство. Чтобы обеспечить семью, мать начала работать на местной почте и где могла прирабатывала: шила подвенечные платья, помогала в косметическом салоне и парикмахерской. Семье жилось очень трудно. Бедность одолевала их, в домашнем хозяйстве пришлось помогать и детям, но, несмотря на это, Розалин ходила в школу, играла в баскетбол, встречалась с молодыми людьми.

В этот период Розалин впервые осознала, что негры не пользуются равными правами со всеми. Одна студентка колледжа для негров попросила Розалин напечатать ее дипломную работу. Рукопись изобиловала орфографическими и грамматическими ошибками, а уровень соответствовал школьной работе шестого класса. Тогда она поняла, что доктрина «равного, но раздельного» обучения не давала неграм никаких шансов получить хорошее образование.

В 1944 году Розалин окончила среднюю школу и осенью поступила в колледж Соусвестен ин Америкус с двухгодичным сроком обучения (штат Джорджия). Ей было 17 лет. В это время она познакомилась с Джимми Картером.

Семьи Смит и Картер давно знали друг друга, часто общались, хотя Картеры жили лучше. Мать Джимми, Лилиан Картер, была хорошей медсестрой, ее уважали во всей округе. В ее честь Смиты назвали младшую дочь Лилиан. В детстве Розалин часто покупала у Джимми лед, но никогда не разговаривала с ним, позже подружилась с его младшей сестрой Рут. Джимми никакого внимания не обращал на девочку, младше его на три года. Для Розалин Джимми принадлежал другому поколению. Лишь на втором курсе она серьезно заинтересовалась им.

Однажды в комнате Рут она увидела на стене фотографию Джимми в форме кадета академии морского флота. Позже она записала: «От этой фотографии я не могла отвести глаз. Мне казалось, что он был самым красивым молодым человеком, которого я когда-либо видела. Я знала его уже давно, как в любом маленьком провинциальном городке, где все знают друг друга, но он был на три года старше меня и к тому же уже четыре года учился в высшей школе. Он казался мне элегантным и недостижимым».