Читать онлайн «Поединок спецслужб. Перезагрузка отменяется». Страница 126

3 и 27 января — получены радиограммы с инструкциями о тайниковой операции и тех материалах, которые агент должен добыть и заложить в контейнер.

29 марта — потратив несколько недель на получение и пересъемку необходимых материалов, Плавин закладывает тайник, обработку которого произвел американский вице-консул Шорер.

3 апреля — получена и расшифрована радиограмма о получении материалов.

28 апреля—радиограмма с инструкцией о проведении тайниковой операции в районе ул. М. Разночинная (Ленинград).

27 мая вице-консул США Рейзер провел закладку тайника (бросок контейнера из машины). В нем было письмо, указывавшее шесть новых мест для тайника, и 4500 рублей. Столько денег Плавин зарабатывал в своем учреждении за полтора года упорного труда.

12 июня—радиограмма с указанием заложить тайник и перечень интересующих американскую разведку секретных материалов.

25 июля—Плавин, подготовив необходимые материалы, заложил тайник, обработку которого провел вице-консул Рейзер.

27 июля—получена радиограмма с подтверждением о получении материалов.

1 сентября — 13 октября — получены несколько радиограмм с детальными инструкциями о проведении операции по моментальному броску в машину, принадлежащую сотрудникам ЦРУ, секретных материалов, в том числе одного из важнейших фрагментов детали пусковой ракетной установки.

11 ноября — Плавиным осуществлен бросок собранных им секретных, в том числе вещественных, материалов в открытое окно движущейся машины. В ней находились второй секретарь посольства США Левитски, за рулем вице-консул Шорер.

Наверное, это была единственная в своем роде операция по связи. Поздно вечером в обусловленном месте агент ждал машину с известными ему номерами у обочины дороги. Она подкатила вплотную к тротуару, Шорер резко притормозил, Плавин просунул в открытое окно увесистый сверток прямо в руки Левитски, и автомобиль рванул вдоль по улице, резко набирая скорость.

14 ноября — на подставной адрес в американский разведцентр Михаил Моисеевич направил шифрованное письмо.

15 ноября — получена радиограмма о получении материалов, брошенных в машину, и выражена благодарность за проведенную работу.

15 декабря — получена радиограмма о закладке очередного тайника для агента.

В общем-то, этот год не был каким-то особенно выдающимся в работе Плавина с американской разведкой. Примерно такой же набор острых оперативных мероприятий происходил и в предыдущие, и в последующие месяцы, с той лишь разницей, что в постперестроечный период, когда рухнул «железный занавес», стали возможны поездки Плавина за границу и личные встречи с сотрудниками ЦРУ на территории третьих стран. По степени риска эти мероприятия не шли ни в какое сравнение с домашней работой агента. Здесь, в Советском Союзе, ему и стены помогали. Случись что, он твердо знал, что помощь придет немедленно. Его спасут в любой, самой критической, ситуации даже ценой провала всей оперативной разработки. За границей все было гораздо сложнее. Конечно, в беде его не оставят. Но там американцы действуют на своем поле, и выбор средств у них практически не ограничен. Тем более, гам они работают практически открыто, не волнуясь за собственную безопасность, а потому и безнаказанно.

Но в данном случае все было иначе. Американцы сами заботились о благополучии и безопасности своего конфидента. И не только за границей, но и на территории СССР, куда Плавин должен был возвращаться после каждой турпоездки, и мог оказаться в поле зрения КГБ. А если так, то нужно соответствующим образом помочь своему информатору, сделать его секретное ремесло абсолютно незаметным, минимизировать все возможные риски, не допустить ни малейших подозрений. Конечно, в этом помогали четкие инструктажи, до мелочей отработанные варианты тайниковых операций и конкретные наставления разведчиков ЦРУ по скрытному сбору секретных сведений и их обработке. И здесь американцы избрали свой излюбленный способ — значительная финансовая поддержка плюс материальнотехническое обеспечение своего агента самым современным шпионским инструментарием.

За время работы с сотрудниками Центрального разведывательного управления США Плавин узнал много такого, о чем даже не догадывался, читая шпионские романы. В реальной жизни все было проще, но более захватывающе, интереснее и ответственнее. Чего стоили тайны шпионского ремесла, которым его обучили американские разведчики в ходе личных встреч и заочных инструктажей! Он, профессиональный фотограф, был удивлен тем, как легко и просто можно изготовить микроточку с помощью подаренного ему американскими разведчиками широкоугольного объектива.

На стол клался лист бумаги с убористо написанным шифрованным текстом. Затем он фотографировался через этот объектив на специальную пленку. После—обычная проявка, и на негативе лист становился темной точкой, раз в 7—10 меньше торцевого среза обычной спички. Ну кто обратит внимание на такую крапинку, даже если ее и увидит!? Тем более, что и выглядит она как мелкий брак на негативе. Наконец, поверхностный эмульсионный слой с изображением этой микроточки отслаивался от твердой основы пленки и заделывался в открытку, которая отправлялась на подставной адрес американской разведки. Отыскать такую микроточку в открытке едва ли возможно, даже заранее зная, что она там есть. Кроме всего прочего, нужно было знать не только конкретное место ее размещения, но и способ маскировки. Микроточка могла заделываться в печатный шрифт, приклеиваться к бумаге и тут же маскироваться рукописным текстом, исполненным шариковой ручкой, помещаться в расслоенный картон и так далее. Примерно такие же послания получал из ЦРУ Плавин, сам извлекал их и прочитывал с помощью обычного фотообъектива.

Более крупные сообщения обесцвечивались и, становясь абсолютно прозрачными и незаметными, заделывались под почтовую марку.

Поразили Михаила и цветные открытки, где значительную часть изображения занимали морские пейзажи или голубое небо. Секрет оказался прост. Симпатическими чернилами по морю и небу наносился невидимый текст, который проявлялся после обработки специальным раствором, состав которого был только у агента. Флаконы с этим составом, порошкообразные химикаты для подготовки проявляющих растворов и невидимые чернила оп получил во время одной из тайниковых операций. Весь этот шпионский набор тайнописи американские разведчики аккуратно и бережно упаковали в специально изготовленный контейнер, имитирующий ничем не приметный увесистый булыжник. Впрочем, иногда к нему приходила почтовая корреспонденция с тайнописью, которая проявлялась... обычной водой. Все эти уловки использовалась для подготовки небольших сообщений на канале двусторонней связи между агентом и разведцентром.