Читать онлайн «Творцы Священной Римской империи». Страница 45

После коронации Оттон I оставался в Риме менее двух недель, которые ознаменовались появлением двух важных документов. 12 февраля 962 года при участии императора состоялся большой синод, на котором обсуждалось положение дел в христианском мире. Папа Иоанн XII исполнил давнюю мечту Оттона I об учреждении Магдебургского архиепископства как центра христианской миссии в Восточной Европе, а также Мерзебургского епископства, об основании которого король дал обет Богу перед битвой с венграми на реке Лех. В пожалованной по этому случаю папской грамоте проводится прямая связь между победами, одержанными Оттоном I над венграми (и для самого римского понтифика императорская коронация Оттона I явилась неизбежным следствием его победы над этими страшными врагами христианского мира) и другими язычниками, и прибытием его в Рим для получения из рук папы императорской короны, чтобы стать защитником церкви. Таким образом, обретение императорской власти здесь связывается не просто с триумфальной победой (как это понимал Видукинд), а с победой над язычниками и с защитой церкви. Свою главную задачу Оттон I видел в защите церкви и в обращении язычников к Богу. Это убеждение находит свое выражение в грамоте об учреждении Магдебургского архиепископства: «Полагаем, что в распространении веры заключаются спасение и прочность королевства и империи нашей» Именно эта имперская идея была близка Оттону I, такой императорской властью он хотел обладать. Становится понятной и связь его итальянской политики с экспансией в Восточной Европе, подготовлявшейся миссионерством среди язычников-славян.

На следующий день, 13 февраля 962 года, Оттон I пожаловал римской церкви привилегию, так называемый «Оттонианум», роскошно выполненный экземпляр которой, написанный золотыми буквами на пурпурном пергаменте, до сих пор хранится в Ватикане. Эта грамота, содержащая прямые апелляции к Пипину и Карлу Великому, наглядно демонстрирует стремление Оттона I продолжать франкско-каролингскую традицию. Свою главную задачу император видит, как уже отмечалось, в защите церкви, что, рассуждая логически, предполагает некоторого рода право надзора за ней (в частности, контроль за выборами новых пап) и, соответственно, определенные властные функции в Риме. Из этого вырастали конфликты пап с императорами, их споры о верховенстве в христианском мире. «Оттонианум» позволяет лучше понять представление Оттона I об императорской власти. Оно непосредственно примыкает к каролингской идее IX века. Империя для него связана с папством и Римом. Власть императора как защитника церкви выше власти любого короля. Император возвышается над королями благодаря освящению и коронации папой, его власть является «священной». Так, Лиутпранд Кремонский с 962 года называет Оттона I «священным» и даже «священнейшим императором». Сам же он в качестве официального титула использовал «imperator augustus» («император август»). Предпринятое в 966 году добавление к титулу названий титульных, образующих государство народов («император август римлян и франков») не вошло в постоянную практику. Оттон I не хотел давать жителям Рима хоть какое-то преимущество перед обитателями Саксонии и других герцогств Германии.

Коронацией 2 февраля 962 года завершился важный этап итальянской политики Оттона I, с которой и началась в собственном смысле слова средневековая итальянская политика Германии, хотя она имела предшественников в лице восточнофранкских королей и герцогов Баварии и Швабии. Возникла Священная Римская империя, рассматривавшаяся ее творцами как продолжение Каролингской и Древней Римской империй. Для обоснования этой преемственности появилась теория передачи императорской власти («translatio imperii») от римлян к франкам, а от них — к саксам. Короновавшись в Риме императорской короной, Оттон I включил свое государство в традицию христианской священной истории, рассматривавшей Древнюю Римскую империю в качестве последней из великих, всемирных монархий, гибель которой знаменует собой наступление конца света и пришествие Антихриста. Это служило лучшим оправданием итальянской и в целом имперской политики.

Оттон Великий стал императором, защитником папства, управителем Церковного государства, вождем римско-католического христианского мира. Поскольку императорская коронация явилась лишь формальным признанием фактического положения вещей, последующие германские короли, еще не коронованные в качестве императоров, но занимавшие доминирующее положение среди правителей Западной Европы, тоже стали претендовать на императорское достоинство. В дальнейшем германский король в качестве наследника Оттона Великого с момента своего избрания королем Германии сразу же становился также и королем Италии, а в этом качестве — и претендентом на императорскую корону. При этом папа не жаловал императорское достоинство, а лишь совершал формальный акт коронации, с которым связывалось обретение нового титула. Считалось, что императорскими правами изначально обладает германский король как таковой. Именно эта точка зрения утвердилась со времени императорской коронации Оттона Великого. Его империя, хотя и связанная с древним императорским городом Римом, была Германской империей, а сам он, как уже было сказано, довольствовался простым титулом «император август».

Оттона I упрекают за то, что он толкнул Германию на гибельный путь: в борьбе за Италию, Рим, императорскую корону немецкие короли обескровили страну, причинили много вреда и своему народу, и соседям. Исходя из этого, роль Священной Римской империи в истории обычно получает отрицательную оценку. Оставляя в стороне вопрос о том, в какой мере Оттон I несет ответственность за имперскую политику своих преемников в последующие века, отметим лишь, что возникновение империи Оттонов не было чем-то случайным, явившимся на свет по прихоти одного человека. Империя родилась как результат взаимодействия различных политических сил и отвечала интересам Германии X века.

4 февраля 962 года Оттон I покинул Рим, но не для того, чтобы вернуться в Германию, хотя давно намеченная цель и была достигнута. Ему, многоопытному политику, было ясно, что пока лишь обретен символ императорской власти, а сама власть еще не имеет и не будет иметь надежного основания до тех пор, пока не сломлено сопротивление Беренгара и Адальберта. Теперь предстояло утвердить свое господство в Италии. Благоприятное начало второго итальянского похода и римская коронация позволяли надеяться на успешное решение и этой задачи. Определенно, Оттон I извлек урок из своей первой экспедиции за Альпы: если опять уйти из Италии, не доведя дело до конца, то потом придется начинать все сначала. И все же, вероятнее всего, он тогда не представлял себе, с какими проблемами ему предстоит еще столкнуться. Если б он знал, что целых три года ему теперь не вырваться из Италии, решился ли бы он на столь длительный срок оставить без присмотра Германию? Мы не знаем, какие планы тогда выстраивались в его голове; реальный политик, он обычно решал ближайшие задачи с учетом сложившейся обстановки, не позволяя увлечь себя несбыточным надеждам.