Читать онлайн «Записки опального директора». Страница 329

Я описал полную ужаса историю, как наш старший брат Сёма в конце июня 1941-го года вывез нас с Полечкой и свою жену Шуру из Красилова накануне его оккупации немецкими войсками. О том, как привёз в Немиров, где жили её украинские родственники, откуда он и я ушли на фронт; как Шура предала двенадцатилетнюю Полечку, когда в город пришли немцы; как моя сестрёнка оказалась в немировском гетто; как далёкая родственница Шуры, тётя Анюта, подкупив полицая, вывела её оттуда и два с половиной года прятала от немцев у себя и у другой родственницы Любы Роик.

Со слов Полечки я рассказал о смертельной опасности, которой подвергались её спасители. Оккупанты объявили: каждого кто укрывает евреев ждёт расстрел, а всех кто выдаст «юда» ожидает награда. В доме Анюты был произведен обыск. Всё тогда закончилось благополучно только потому, что к тому времени роль спасителя взяла на себя Люба.

Полечке было вдвойне страшно: и за себя и за её спасителей. Было невозможно представить, что их могут убить из-за неё. Они рисковали не только собой, но и своими детьми. У Анюты был трёхлетний сын Боря, а у Любы пятилетний Жора. А они надеялись, что пронесёт, что Бог милует и часто молились: «Спаси, Господи, пронеси, Господи!».

Тётя Анюта возмущалась поведением своей родственницы Шуры, предавшей Полечку и своего мужа Сёму. Она считала, что ей следовало заблаговременно эвакуироваться из Немирова, как это сделали многие еврейские семьи, партийные и советские работники. Выражала также недовольство соседями, которые грабили квартиры, откуда выехали евреи.

Рассказал я в том письме и о доброй, отзывчивой украинской девушке Ирине Прысич - младшей сестре Любы, которая часто приходила к Полечке, приносила еду, одежду, лекарства и ухаживала за ней, когда она болела.

Вскоре прибыл ответ из Иерусалима. Отдел «Праведники Мира» музея Яд Вашем сообщил об открытии дела на спасителей Полечки. Были запрошены свидетельские показания из Немирова. Около двух лет длилась переписка и сбор материалов, пока специальная комиссия, возглавляемая верховным судьёй государства Израиль, приняла решение о присвоении Анне Ладубо (посмертно) и Любови Роик почётного звания «Праведники Народов Мира» в знак глубочайшей признательности за помощь, оказанную еврейскому народу во время Второй Мировой войны.

Медаль и Почётная грамота были торжественно вручены престарелой и тяжело больной Любе Роик. Анна Ладуба своего награждения не дождалась. Она и её сын умерли до нашего отъезда в Америку. Почётная медаль и грамота в память о подвиге, совершённом ею, вручена моей сестре Полечке, которая была ею спасена.

Праведники мира... Люди большого мужества и благородного сердца. Они, рискуя жизнью, спасали от рук фашистских палачей еврейских детей. За тысячи километров от нашей бывшей родины, через десятки лет после окончания войны мы низко кланяемся им, нашим спасителям и добрым друзьям.

Для Полечки со времени войны Анна Борисовна Ладуба, Любовь Мартыновна Роик, Ирина Мартыновна Прысич стали родными. Она часто писала им и приезжала к ним в Немиров из Риги и Ейска. Где бы она ни была, куда бы не ездила, всегда самые дорогие подарки для них. И сейчас она, из своего скромного пособия, посылает посылки не сыну и внукам в Москву, а своим спасителям и их семьям на Украину. Из Америки, где сегодня живёт большая часть евреев, спасшихся во время Холокоста, она шлёт низкий поклон людям, спасшим ей жизнь в страшном военном лихолетьи.

Мне всю жизнь казалось, что антисемитизм был всегда. Да и было от чего. Две тысячи лет рассеяния, преследований и гонений, кровавые убийства евреев в России при Иване Грозном, Богданом Хмельницким на Украине, погромы и газовые печи в годы моей молодости. Особенно много погибло моих соплеменников во время войны на оккупированной немцами территории Белоруссии, Украины, России.

На Украине, где прошло моё детство и юность, к середине 1941-го года проживало 2,6 миллиона евреев. По их количеству эта советская республика занимала тогда первое место в Европе и второе в мире - после США. За время оккупации фашисты и их пособники истребили более 1,5 миллиона человек. Ещё большими в процентном отношении были потери в Белоруссии, где до войны проживало около миллиона евреев.

В царской России понятие «еврей» и «иудей» были синонимами: означали принадлежность к иудаизму. Стоило иудею перейти в христианство и он переставал быть евреем. С него снимались все ограничения, установленные в законодательном порядке, в том числе запрет на государственную службу. В редких случаях еврей мог быть даже младшим офицером или самым мелким чиновником. Чтобы сократить проникновение евреев в другие, не запрещённые виды деятельности, была установлена процентная норма на поступление в учебные заведения - не более трёх процентов от числа студентов или гимназистов.

В советские времена официальной процентной нормы не было. В жизни, однако, она существовала и распространялась не только на сферу высшего образования. Поэтому почти не было евреев у кормила государственного управления и в партаппарате.

Даже в постсоветское время, когда Россия стала демократической, определённые ограничения сохранились и их пытались даже узаконить. Уже в годы правления Ельцина председатель одного из комитетов госдумы Ильюхин и отставной генерал Макашов предложили перевести практику «сдерживания евреев» на официальную основу, закрепить её законодательно. Их идея оставляла царскую Россию позади, так как имелось в виду официальное введение «процентной нормы» на все виды деятельности евреев.

Если раньше, во времена жестокой цензуры и государственного антисемитизма в СССР, слово «жид» можно было услышать из уст пьяного мужика, озлобленного за свою собачью жизнь, то теперь оно перекочевало на страницы газет, радио и телевидение, став как бы узаконенным. Тот же депутат Думы Макашов в своих публичных выступлениях широко пользуется такими выражениями и призывает к этническим чисткам в Кремле, а руководитель самой крупной думской фракции, лидер КПРФ Генадий Зюганов «не видит в этом состава преступления».

Лидер фракции либерально-демократической партии в Думе г-н Жириновский, желая, наверное, продемонстрировать свою непричастность к еврейской национальности, гневно обвинял Ельцина в засилии «борухов» в его правительстве и угрожал отправить в Магадан всех желающих уехать в Израиль.

Эти и другие высказывания представителей «национально-патриотической» оппозиции нарушают Конституцию РФ, запрещающую пропаганду национальной исключительности и разжигание межнациональной розни, но российская «фемида», призванная стоять на страже порядка, никаких конкретных мер не принимает, чем поощряет антисемитские выступления.