Читать онлайн «Черчилль. Династия на вершине мира». Страница 102

Цианотичное состояние также связывают с заболеванием крови и врожденным пороком сердца. Именно последнее могло побудить к необходимости немедленного крещения[590].

У Перегрина имеется письмо, опубликованное в газете Sunday Telegraph 29 апреля 1990 года, проясняющее ситуацию, возникшую вокруг имени его отца:

Семья Роденов разрешила мне несколько лет назад сделать копии с некоторых документов из своих архивов, и обнаружились следующие факты: «Джон Джоселин <…> жил в Англии и находился там в течение 1879 года. Он приехал в Дублин после рождения моего отца».

Вторым именем, ассоциируемым с отцовством Джека, был Эвелин Боскавен (позднее 7-й виконт Фалмут)[591]. Боскавен был военным секретарем при 7-м герцоге Мальборо в период, когда тот находился на должности вице-короля Ирландии и семья Черчиллей жила в Дублине. История о том, что Боскавен был отцом Джека, была рассказана двумя сыновьями Леони Лесли – Шейном и Сеймуром Лесли. Шейн в письме к Аните Лесли говорил: «Ты можешь высчитать время их [Дженни и Боскавена] первой встречи по дате рождения Джека»[592]. Сеймур поведал ей, что его семья жила в квартире напротив лондонского дома Боскавена[593]. Отсюда создается впечатление, что братья Лесли наблюдали отношения между Дженни и Боскавеном как в Ирландии, так и позднее в Лондоне.

Во время рождения Джека Черчилля в 1880 году Леони Лесли была не замужем и жила со своей матерью в Париже. Леони познакомилась с Джоном Лесли (позднее 2-м баронетом) на банкете в Дублинском замке в 1883 году, и в следующем году в Нью-Йорке состоялась их свадьба. Их первый сын, Джон (который по достижении зрелости изменил свое имя на ирландское – Шейн), родился в 1885 году, за ним последовал Норман в 1886 году и Сеймур в 1889 году. Как известно, семья Черчиллей вернулась из Дублина в Лондон в апреле 1880 года. Следовательно, братья Лесли не могли ничего знать об отношениях Дженни и Боскавена ни до рождения Джека, ни долгое время спустя, поскольку они еще не родились на свет. Семья Лесли жила в замке Лесли в Гласлоу, графстве Монаган (в настоящее время в Ирландской Республике). Боскавен, который имел прозвище Звезда или Пришелец со звезды, был другом и, вполне вероятно, любовником Дженни. Но его имя появляется впервые в тайном дневнике Дженни в 1882 году, два года спустя после возвращения Черчиллей из Дублина в Лондон[594].

Существуют и другие имена в списке потенциальных отцов Джека, но поскольку совершенно очевидно, что они никогда и ногой не ступали на ирландскую землю, то не стоит их упоминать. Наилучшим доказательством отцовства Джека служит то, что, судя по фотографиям, его старший сын, Джонни, похож на Уинстона, а его младший сын, Перегрин, похож на своего дедушку – 7-го герцога Мальборо.

Четвертая история касается родословной Дженни по материнской линии. Некоторые писатели полагали, что в семейной линии существовала кровь коренных американцев (североамериканских индейцев). Бабушка г-жи Джером, Кларисса Холл (в девичестве Уилкокс) была родом из Массачусетса, и ходили слухи, что ее изнасиловал индеец-ирокез. Эту нелепую историю рассказывали, в шутку, сестры Дженни – Клара и Леони[595]. По мнению сестер, их мать в пожилом возрасте стала все более походить на индианку, и девушки шутливо называли ее Большой Вождь Сидящий Бык; отсюда и взяла начало эта история.

Очевидно, бабушка г-жи Джером и ее сестры имели черные, цвета воронова крыла, волосы и глаза темного цвета, что послужило основой зарождения слухов об изнасиловании. История превратилась в легенду и стала передаваться из поколения в поколение[596]. Элизабет Черчилль-Снелл[597], живущая в Канаде, занималась исследованием этой истории и обнаружила, что никаких индейцев-ирокезов или индейцев каких-либо других племен не было на протяжении нескольких миль от дома Клариссы Уилкокс, и маловероятно, чтобы она соприкасалась с какими-нибудь индейцами.

Пятая история, появившаяся в газете Daily Mail в 2009 году и обсуждаемая в документальном фильме телеканала Channel 4, заключается в том, что Дженни имела в течение своей жизни двести любовников[598]. Источник этих утверждений не приводится. Однако авторам этой книги удалось отыскать источник, которым является Джордж Мур[599], ирландский художник, прозаик и журналист[600]. Маловероятно, чтобы Мур, которого считали человеком с сомнительной репутацией, когда-либо знал Дженни.

Хотя мы допускаем, что Дженни имела несколько любовников, учитывая, что она выходила замуж три раза, вряд ли их число превысило полдюжины. Имена мужчин стали появляться в ее жизни после смерти лорда Рэндольфа и до того, как она познакомилась с Джорджем Корнуоллис-Вестом. Когда Джордж оставил ее и ушел к актрисе Патрик Кэмпбелл, Дженни написала откровенное письмо его матери, датированное 14 августа 1910 года, в котором она заявляла о своей верности Джорджу во время их брака: «Я любила его больше всего на свете, и всегда была ему верна»[601].

Принимая во внимание серьезные и постоянные проблемы со здоровьем лорда Рэндольфа, начиная с 1882 года, и тот факт, что, по мнению Перегрина, его дедушка стал с того времени почти импотентом, мало кто сможет обвинить Дженни в том, что она имела любовную связь с Чарльзом Кински, продлившуюся десять лет[602]. В то время ей было всего двадцать восемь лет. Возможно, эта связь помогла ей справиться с болезнью мужа и тем напряжением, испытываемым ею как женой восходящей политической звезды.

В документальном фильме телеканала Channel 4 было заявлено, что Кински «никогда не собирался жениться на такой женщине, как Дженни, которая была, возможно, неполноценным товаром». Это неверно. Кински женился бы на Дженни, когда она овдовела, но его отец, князь Кински, заставил его объявить о помолвке с молодой богатой наследницей – графиней Елизаветой Вульф Меттерних цур Грахт (Лили), пока Дженни находилась в кругосветном путешествии.

Перегрин Черчилль рассказал нам, со слов большого друга Кински – Джорджа Лэмбтона, что отец Кински заставил его жениться под угрозой лишения наследства, а Кински имел большие долги. Дженни был неизвестен один факт, который был сообщен в биографии Дженни, написанной Анитой Лесли в 1969 году, а именно, что Кински, узнав о приближении смерти лорда Рэндольфа, пытался разорвать свою помолвку, но под давлением отца ему пришлось жениться[603]. Кински никогда не смирился с утратой Дженни. Его молодая жена имела хрупкое здоровье, и после тринадцати лет замужества она умерла от рака, не оставив наследника. В день свадьбы Дженни с Джорджем Корнуоллис-Вестом она получила утром открытку, обрамленную черной рамкой, как бы говорящей о тяжелой утрате. Она была от Канцлера австро-венгерского посольства в Санкт-Петербурге. В ней стояло три слова: «Toujours en deuil (в вечном трауре)», с подписью Чарльза Кински. После смерти своей жены и после развода Дженни с Джорджем Корнуоллис-Вестом Кински, имевший в то время титул князя, вернулся к Дженни, и тогда он мог бы жениться на ней. Они возобновили дружбу, и он купил ей в подарок на Рождество настольные часы, но ее не прельщал даже титул княгини. Перегрин говорил, что она не могла забыть его измены и вышла замуж за Монтагю Порча.