Читать онлайн «Великая и Малая Россия. Труды и дни фельдмаршала». Страница 118

В продолжение времени этих действии, генерал Глебов переправился у Гуробал, Салтыков обложил Рущук, а Потемкин начал бомбардировать Силистрию. Румянцев, изнемогавший от болезни, но сильный духом, получив первые сведения о неудачах князя Долгорукого и Унгерна, приказал Глебову усилить их и возобновить вместе с ними наступательные действия; но начальники задунайских отрядов донесли фельдмаршалу, что они не могли решиться на такое предприятие, по чрезвычайному истощению людей и лошадей и по совершенному недостатку в фураже.

Получив сии донесения, фельдмаршал перенес свою главную квартиру из Браилова в Яссы и расположил войска на зимние квартиры: 1-я дивизия генерал-аншефа графа Салтыкова находилась в Верхней Валахии; вторая дивизия генерал-поручика Глебова – между реками Серетом и Прутом; третья дивизия генерал-поручика Унгерна – в Бессарабии; резервный корпус генерал-поручика Потемкина – между реками Мостищем и Серетом. Отряд генерал-майора Энгельгардта занимал Малую Валахию.

Новый султан Абдул-Хамид. – Положение обеих воевавших сторон. – Силы и расположение войск. – Планы действий. – Переправа русских войск на правую сторону Дуная. – Дело при Козлуджи. – Обложение Рущука и движение Румянцева к Силистрии. – Движение Каменского к Шумле и расположение его на сообщениях визиря с Константинополем. – Бедственное положение турецкой армии. – Переговоры. – Мирный договор, заключенный в Кючук-Кайнарджи. – Новые недоразумения между Россией и Турцией. – Ратификация мирного трактата султаном. – Зимние квартиры. – Выгоды, доставленные Кючук-Кайнарджийским миром России. – Торжество по случаю заключения мира. – Награды, пожалованные Румянцеву. – Влияние войны 1768–1774 годов на успехи военного искусства

Уже шестой год продолжалась война; обе воевавшие стороны имели большую нужду в мире, но ни одна из них не склонялась к уступчивости. Россия чувствовала свое превосходство в силах, а Порта находилась под влиянием Версальского кабинета, побуждавшего турок к продолжению войны.

В начале 1774 года последовала перемена в турецком правительстве. Непреклонный, постоянный в своих видах Мустафа III скончался и на место его воссел брат его, Абдул-Хамид. Новый султан, проведший всю свою жизнь, от младенчества до старости, в стенах Сераля[173], не имел ни малейшего понятия ни о людях, ни о том, что делалось на свете; до этого времени он не видал никого, кроме женщин, невольников и евнухов.

Воспитанный и проведший весь свой век в постоянном опасении за жизнь свою, слабый духом и незнакомый с государственными делами, Абдул-Хамид вверил управление ими визирю Мушин-Заде-Мегмету, а сам обратился к продолжению праздной жизни в гареме. Против этого женоподобного властителя действовала великая государыня с мужественным духом: возможно ли было сомневаться в успехе?

Предшествовавшие неудачи турок ослабили еще более нравственные силы народа и войск и истощили государственные средства Оттоманской Порты. Верховный визирь с большим трудом успел собрать в начале весны под Шумлой до 50 тысяч войск, с которыми намеревался перенести войну на левую сторону Дуная; но деятельность его противника, Румянцева, не позволила исполнить это намерение.

Со стороны России сделаны были большие усилия для укомплектования армии. Только лишь новые победы могли доставить нашему Отечеству мир, в котором Россия тогда имела крайнюю нужду. В то самое время, когда борьба с Турцией и моровая язва истощали средства империи, вспыхнул Пугачевский мятеж, в сентябре 1773 года, и в продолжение целого года волновал юго-восточные области государства.

В то же время юный шведский король обнаруживал намерение воспользоваться затруднительным положением нашего Отечества. Но императрица Екатерина, не обращая внимания на грозные тучи, скоплявшиеся над Россией, постоянно стремилась к достижению предположенной ею цели и, сознавая необходимость мира с Турцией, готова была заключить его только на таких условиях, которые были согласны с выгодами империи.

Последние действия русских войск хотя и ознаменовались некоторыми успехами, однако же, в сравнении с победами при Ларге и Кагуле, казались неудачами. Румянцев, огорченный событиями, помрачавшими его славу, впал в тяжкую болезнь и просил увольнения от должности главнокомандующего. Но императрица послала ему значительные подкрепления и уполномочила продолжать войну по его усмотрению.

В продолжение зимы 1773 года русская армия, действовавшая на Дунае, была укомплектована войсками, прибывшими из Польши, и рекрутами, образование которых составляло предмет особенной заботливости главнокомандующего. В то же время устранены были препятствия по части снабжения запасами магазинов передней линии, устроенных в Браилове, Ораше (против Гирсова) и Слободзее.

Армия, назначенная для действий в предстоявшем походе, состояла из четырех дивизий и двух корпусов: 1-я дивизия генерал-поручика Глебова должна была собраться в Браилове; 2-я дивизия генерал-поручика князя Репнина – у Слободзеи; 3-я дивизия генерал-поручика Каменского – у Измаила; 4-я дивизия (резервная) генерал-майора Суворова – близ устья Яломицы. Резервному корпусу генерал-аншефа графа Салтыкова указан сборный пункт на реке Аржисе; отряд генерал-майора Энгельгардта занимал Крайову. Резервный корпус генерал-майора Ширкова находился в Подолии.

Наступательные действия против турецкой армии, расположенной у Шумлы, могли быть ведены двояким образом: занимая постепенно страну и важнейшие пункты, остававшиеся во власти турок, либо наступая решительно и угрожая неприятельской столице. Первый из сих способов действий был сопряжен с потерей времени и отлагал решительную развязку дела; надлежало овладеть по крайней мере двумя из важнейших турецких крепостей, ближайшими к пути действий нашей армии, – Рущуком и Силистрией, устроить основание действий на Дунае и потом уже устремиться через Балканы к Царьграду.

При действиях решительных нельзя было оставить без внимания Силистрию, которая по положению своему могла оказать весьма важное влияние на успех предприятия нашей армии против турецкого корпуса, занимавшего Шумлу. И потому, предпринимая вторжение в неприятельскую страну, следовало отделить часть армии для обложения Силистрии, либо, по крайней мере, для наблюдения за гарнизонами ближайших турецких крепостей на Дунае.

Фельдмаршал, имея в виду исполнить волю императрицы, открыть непосредственно действия против визиря к Шумле и вместе с тем овладеть Рущуком и Силистрией, покорение которых могло упрочить успех наших действий за Дунаем, решился распределить вверенную ему армию следующим образом: дивизия Салтыкова, в числе 10 тысяч, назначена была для обложения Рущука; сам фельдмаршал, с 12 тысячами человек дивизии Глебова, принял на себя осаду Силистрии, а дивизии Каменского и Суворова, в числе 14 тысяч, долженствовавшие двинуться через Базарджик к Шумле, назначены были для удержания в бездействии визиря, в продолжение осады Рущука и Силистрии.