Читать онлайн «Убийца Гора». Страница 88

– Ну, хватит, – донесся до меня голос Филемона. – Убирайтесь отсюда, рабыни.

Громко хохоча, те послушно удалились.

Я ощущал вокруг себя движение народа; не то чтобы я был в центре их внимания, просто слышался сплошной гул мужских и даже женских голосов. Я почувствовал, как другой конец цепи отсоединяется от заднего борта повязки. Я поднялся на ноги, и охранники, подталкивая в спину, повели меня вокруг громадного, занимающего целый квартал здания Куруманского невольничьего рынка, куда мы вошли через заднюю, предназначенную для строго ограниченного круга лиц дверь.

Здесь с меня сняли колпак, и я едва удержался на ногах, задохнувшись от хлынувшего мне в легкие чистого, свежего и прохладного воздуха, каким, как показалось мне, было наполнено здание невольничьего рынка. После непроглядной темноты кожаного мешка даже довольно приглушенное освещение коридора показалось мне морем огней, ослепившим меня и поразившим богатством красок и оттенков. Я невольно пошатнулся, и один из охранников ударом кулака отшвырнул меня к стене.

Здесь я смог отдышаться, проверяя одновременно, насколько прочно скованы руки у меня за спиной, пока не почувствовал прикосновения мяча охранника к своей пояснице. Руки оказались скованными надежно.

– Сюда, – приказал Филемон, и мы двинулись по длинному, плавно изгибающемуся коридору.

Мне приходилось видеть здание Куруманского невольничьего рынка снаружи, по никогда не доводилось побывать внутри. С внешней стороны оно напоминало громадную, круглую, приземистую башню, состоящую из нескольких ярусов и окруженную крытой галереей, поддерживаемой высокими массивными колоннами.

Снаружи стены здания и пол были украшены многочисленными огромными мозаичными картинами, выложенными с большим мастерством и представляющими собой различные сцены и события, связанные по тематике, как и следовало ожидать, с основным занятием работорговца. Встречались сцены охоты и поимки будущих рабов, их обучения, наказания и выставления на продажу. Целая серия картин подробно рассказывала о рейде специализирующегося на добывании пленников отряда, начиная с самых первых шагов подготовки похода и кончая его заключительной фазой, представляющей собой успешное возвращение добытчиков в Ар на громадных тарнах со своими закованными в цепи жертвами. Другая серия мозаичных картин повествовала о продолжении столь удачно начатого захвата рабов с момента их регистрации в этом же центральном зале рынка до выставления на продажу свободным жителям славного города Ар. Этому же радостному событию посвящен и ещё целый ряд картин, изображающих в различных вариациях просветленную лицом рабыню, протягивающую руки своему новому благородному хозяину, разумеется, жителю Ара. Немало здесь было и символических изображений закованной в цепи красавицы, олицетворяющей собой всех женщин как таковых, склонившейся к ногам воина-победителя, представляющего собой, естественно, мужчину города Ар.

Жители Ара – я говорю, разумеется, о мужчинах, как, впрочем, и жители большинства горианских городов, рассматривают себя как наилучших, наиболее ярких и неповторимых представителей мужской части населения Гора, придерживаясь в отношении женской части населения, тем более представительниц этого, по их мнению, далеко не прекрасного пола других городов Гора, той труднооспоримой у них точки зрения, что все они едва ли даже достойны быть рабынями столь славных мужчин столь славного города Ар.

Я полагаю, что рабовладельцев, этих довольно искушенных в житейских делах людей, обладающих к тому же развитым чувством космополитизма, подобные произведения искусства должны приводить в умиление.

Бывая в других городах Гора, я думаю, они успели насмотреться на весьма схожие сюжеты мозаичных картин, украшающих центральные работорговые дома каждого из городов, отличающиеся лишь тем, что там коленопреклоненная, насмерть перепуганная девица из Ара будет изображена распластанной у ног сурового воина, представителя того города! Насколько серьезно воспринимает мужское население Гора подобные особенности персонажей украшающих их город произведений искусств, зависит, конечно, от самого человека, но даже среди тех, кто при зрелом размышлении над ними и посмеется, безусловно, не найдется ни одного мужчины, который не рассматривал бы представительниц женской части населения других отдаленных от него городов как совершенно отличных от свободных женщин его собственного города: каждый мужчина, не задумываясь, воспринимает любую пришлую, иногороднюю женщину как существо неизвестное, враждебное и достойное лишь рабских цепей и кнута.

С наружной части здания Куруманского невольничьего рынка в дни аукционов на всеобщее обозрение также выставлялись рабыни, размещавшиеся либо в подвешенных к крыше галереи пластиковых клетках, либо в клетках обычных, металлических, расставленных в длинный ряд у внешней стены здания. Подобные экспонаты служили скорее для привлечения на участие в торгах потенциальных покупателей, но при желании их, безусловно, также можно было приобрести.

С Филемоном во главе мы миновали массивные, окованные железом ворота в задней части рынка и оказались внутри одного из центральных залов. Мы прошли мимо длинного ряда столов и многочисленных комнат. Последние предназначались, как я успел заметить, для всевозможных медицинских обследований и приведения в надлежащий вид выставляемых на продажу рабынь – там их можно было вымыть и дать возможность обсушиться.

То и дело попадались конторы служащих, занимающихся оформлением ведомостей и сопроводительных документов. Но чаще всего встречались небольшие комнатки со столами, заваленными шелковыми накидками, наборами косметических средств, флаконами с ароматическими жидкостями. Проведение торгов на Куруманском рынке тщательно планируется, партии выставляемых на продажу рабынь подбираются и готовятся к выходу весьма скрупулезно. При этом учитывается все, чтобы привлечь интерес покупателя. Сменяющие друг друга на помосте девушки никогда не выходят в схожих одеяниях, они должны контрастировать по цвету волос и прическе, украшениям, комплекции и умению держаться.

Немалую проблему создает обилие косметических средств и их использование. Торговля живым товаром, как и любым другим, – занятие весьма сложное и требующее от её организаторов больших затрат времени, тонкого вкуса, опыта и воображения.

С того места, где мы шли, из задней части зала мне не было видно, как проходили торги. Нам не встретились готовившиеся ко вступлению на помост девушки, находящиеся вплоть до самого своего выхода в закрытых помещениях, расположенных, как правило, на подземных этажах. Вскоре по обеим сторонам вдоль нашего прохода потянулись длинные ряды металлических экспозиционных клеток, сейчас пустующих и используемых лишь между десятым и четырнадцатым часом каждого дня аукциона для предоставления «возможности будущим покупателям оценить находящийся в них товар, который будет выставлен на продажу тем же вечером. В дневное время клетки устанавливаются в центральной части зала, куда вход свободный. Клетки, как и подходы к ним, на это время устилаются коврами, и в каждую помещается девушка, обнаженная и без макияжа; в это время им позволяют пользоваться только ароматическими средствами. Это один из ответственнейших моментов процедуры продажи, и готовятся к нему весьма тщательно: с предварительно вымытой девушки снимают ошейник, ей делают аккуратную прическу, а если нужно, и укладку волос. Именно тогда продавцом должны быть учтены все мелочи, представляющие его товар в наиболее выгодном свете, поскольку в этот момент предполагаемый продавец будет прикидывать в уме истинную цену рабыни, верхний предел которой они смогут установить для себя во время вечерних торгов. Как сказала мне однажды Элизабет, реальной ценой рабыни является та, которую можно назначить ей именно днем, поскольку в вечернее время основную роль в набавлении цены выполняет уже мастерство ведения торга самим аукционистом, девушка же только выполняет его команды и от волнения часто выставляет себя в менее выгодном свете.